Чтение онлайн

Вытащил, перевернул. Отдельно, на паре десятков припаянных ножкек, приделана вторая плата. На вид гораздо симпатичнее, чистая, дорожки прямые, ну прямо как в мое время. Умеют же, когда хотят! Хм… Нет, это не печатная плата. Материал больше похож на стекло, никаких отверстий и напаянных компонентов. Неужели интегральная схема? Тогда почему транзисторы отдельно? Непонятно… Попробовал разобраться. Действительно, интегральная схема, на ней куча резисторов и конденсаторов. Удивительно, какие неожиданные петли делает колесо прогресса [82] .

Подумал, посмотрел на это безобразие, и сел рисовать компьютерную мышь в натуральную величину. Та, что была в наличии, как прототип совершенно не годилась. Оптическая система кроме фурора, у местных спецов ничего не вызовет. А вот старомодная, на обтянутом резиной шарике, должна вполне сгодиться. Благо, они в моем детстве вместо игрушек были, сломано-разобрано не сосчитать.

Спрятать все управление внутрь мыши местной электронике явно не под силу. Но подключать все нужно непременно через стандарт RS-232. Он вроде бы сильно древний, уже существует, или вот-вот появится [83] . Поэтому логично вывести переключатели и контакты оптронов многожильным кабелем в отдельный ящичек, и уже его втыкать непосредственно в последовательный порт ЭВМ. Даже технологии 1965-го года справятся.

Прикинул, не проще ли сразу RS-485 на все потребности двигать, включая компьютерные сети, преобразование-то простейшее… Но после раздумья отказался от этой идеи. Это в технологиях 2010 года все промышленные контроллеры сразу идут универсальные, RS232/485. Но для 60-х наверняка разница есть, и очень большая. Не зря же специальные преобразователи были, и стоили немало. Хотя RS-485 толкнуть вперед необходимо, он же простой как молоток, а для промышленности большего-то даже в 2010 году не требуется [84] .

Так, красивый корпус «под руку» нарисовать в трех проекциях и изометрии я хоть и коряво, но смогу. Принцип вращения шарика очевиден, прижимной ролик и пластиковые «палочки» с щелевыми дисками на концах. Помню, их еще постоянно чистить приходилось от грязи. Эскиз не проблема, даже размеры приведу с точностью до пары-тройки миллиметров. Хм… А больше там ничего и нет кроме фотодиодов.

Кстати, как направления вращения определять? Порисовал, явно без лишней пары оптронов ничего не получится. Значит так и пишем, далее принцип действия очевиден даже неспециалисту. Микрософтовское колесико… Да ну, без него хорошо, вон, Apple сколько времени вообще одной клавишей обходился. Сколько проводочков получается? Четыре на датчики, плюс земля, да два на кнопочки… Всего семь, вполне здраво, мешать не будет.

Теперь пояснительная записка, и титульный лист, «Заявка на Патент». Пусть хоть в чем-то первенство у России будет [85] . Да и в историю войти хоть в мелочи, но все равно приятно.

В середине июля 1965 Mariner-4 прошел недалеко от Марса и передал фотографии его поверхности. Местные газеты отреагировали на это со сдержанным восторгом и подтекстом – «нас обогнали, ну ничего, мы…» В Советском Союзе еще никто толком не верил, что громкие победы космонавтов СССР не то чтоб позади, их просто будет очень мало на фоне успехов США.

В самом конце июля «Правда» на удивление нейтрально написала об объявленой в Китае борьбе с буржуазным ревизионизмом, бюрократией, а также старыми нравами и обычаями. Все это под лозунгом Мао Цзедуна «Бунт дело правое», с которым он внепланово выступил в Пекинском университете. Студенты встретили речь Председателя КПК с восторгом. Кое-где начались митинги и демонстрации, впрочем, кто там за кого – не сообщалось. Видать даже ЦК ничего не понимает в заваривающейся каше.

Похоже, это именно та «Культурная революция», о которой так долго говорил попаданец из будущего. Не обманул вождей с прогнозом, все развивается по плану. Немного осталось до знаменитых хунвейбинов и дацзыбао Великого Кормчего, а уж сколько партийных работников не переживет следующую пятилетку, представить страшно [86] .

В Китае происходило что-то огромное и страшное. Предупреждение о близящейся «чистке» правого крыла в ЦК КПК было передано Лю Шаоци через Чжоу Эньлая в конце июня. Дальнейшие события не было возможности представить точно. Возможно, президент КНР принял информацию всерьез, начал действовать и этим разбудил лавину. Или, наоборот, не обратил никакого внимания на слова Шелепина и Косыгина, но при этом обмолвился где-то неосторожным словом. Не исключено, что информация из будущего вообще не сыграла никакой роли, случилось ровно то же самое, что в истории гостя из будущего.

Факт состоял в том, что Мао Цзедун нанес удар первым. 16 июля 1965 года он разыграл свой единственный крупный козырь, а именно ярчайшую харизму. Главным событием стало неожиданное выступление с речью перед студентами Пекинского университета. Всего лишь слова, но уже через несколько часов столицу Поднебесной было не узнать.

Надо сказать, что позиции «Прагматического крыла» ЦК, которое возглавлял президент Лю Шаоци, в Пекине были чрезвычайно сильны. Его сторонники в ЦК партии превосходили числом «левых» оппонентов почти в три раза. Все ключевые посты занимали его ставленники. Даже прессу, в том числе партийную газету «Жэньминь жибао»,полностью контролировал доверенный соратник, заведующего отделом пропаганды ЦК КПК Лу Динъи [87] . Казалось, им нечего опасаться внутрипартийной борьбы. Но они недооценили авторитет и политический талант Председателя, который сумел обратить свою видимую слабость в всесокрушающую лавину молодежных выступлений.

В своем выступлении Великий Кормчий обвинил в неудачах «Большого скачка» перерожденцев и ревизионистов, а именно, высшее партийное руководство, которое пошло по капиталистическому пути. Многие из секретарей обкомов или членов ЦК, говорил Мао, думают, что всего в жизни достигли. Теперь можно материть починенных, разъезжать на персональной машине, есть деликатесы и пить водку в цэковском буфете.

Персонально отметил Дэн Сяопина, который на досуге предавался буржуазной игре в бридж, партнеров для которого ему доставляли из других провинций специальным самолётом. Досталось Лю Шаоци, который обнаглел настолько, что выпустил многомиллионным тиражом брошюру «О самовоспитании коммуниста», в которой открыто клеветал: «Некоторые товарищи, ничего не смысля в марксизме-ленинизме или жонглируя марксистско-ленинской терминологией, мнили себя «китайским Марксом» или «китайским Лениным»…»

«Бунт – дело правое», провозгласил великий Председатель, смахнув пыль с лозунга времен войны с японскими оккупантами, и призвал к уничтожению многочисленных врагов [88] .

Все газеты КНР, кроме армейской «Цзэфанцзюнь бао», постарались «замолчать» выступление Мао Цзедуна или дать ему негативную оценку. Но даже это не помогло. Броский лозунг Великого Кормчего был с восторгом принят студентами. Огонь провокации верховым палом прокатился по всем 55 вузам Пекина. Стены городских домов и заборы деревень украсились листовками-дацзыбао, в которых крупными рукописными иероглифами сообщалось, кто из профессоров или руководителей парткомов пошёл по капиталистическому пути. И где его можно застать для расправы.

22 июля было опубликовано постановление секретного (или подпольного) заседания ЦК КПК о создании Группы по делам Культурной Революции. Ее руководителем был назначен руководитель отдела пропаганды ЦК КПК Чэнь Бода, первым заместителем Цзян Цзин, четвертая и последняя жена Мао Цзедуна.

Авторитет Председателя КПК был настолько велик, что по всей стране из студентов и школьников стали создаваться отряды хунвейбинов (красногвардейцев) и цзяофаней (бунтовщиков). Они хитростью или штурмом брали партийные комитеты и физически изгоняли из них лиц, облеченных властью, но свернувших со светлой дороги коммунизма.