Чтение онлайн

— Тебе нравится?

Этот сукин сын был полон решимости заставить его признать, что ему нравится подчиняться. Но это совсем не так. Транису просто нравились ощущения, которые доставлял ему очень талантливый имдико.

Нравится? К черту все это. За всю свою жизнь Транис никогда так не возбуждался, не жаждал оргазма так отчаянно. И если единственным способом облегчить эту жестокую потребность было сделать Дегорска счастливым, он это сделает.

— Это потрясающе. Мне нравится, когда твой член у меня в заднице. Быть трахнутым тобой — это самое большое событие в моей жизни. Черт возьми, Дегорск, пожалуйста!

Дегорск беззвучно рассмеялся. — Почему-то я сомневаюсь во всем этом, но мне кажется, что мы оба достаточно настрадались. Давай сделаем это.

С этими словами имдико яростно врезался в него, его пах хлестал по тылам Траниса. Теперь его член безжалостно упирался в горячую точку, и набухшее чувство потребности удвоилось, утроилось, возросло вчетверо. Транис пронзительно закричал в подушку, когда восторг превратился в пытку.

Затем Дегорски жестко передернул его член, дроча его мощными взмахами. — Кончай, Транис!

Белый свет и рев наполнили чувства Траниса. Сперма хлынула в его основной член расплавленным потоком, а затем вырвалась наружу в яростных импульсах. Он кричал, кричал и кричал, когда вся эта необузданная страсть, наконец, вырвалась из него, омывая его живот и грудь.

Наконец свирепая пульсация утихла. Он как раз приходил в себя, когда Дегорск застонал и резко ворвался внутрь. Транис почувствовал, как член имдико дернулся, выстреливая свое семя глубоко в задницу Траниса. Дегорск снова застонал, издав долгий звук удовольствия, наполняя драмока.

Через несколько мгновений Дегорск лег сверху на Траниса, и его длинные, цвета полуночной тьмы, волосы занавесом упали на них обоих. Он уткнулся лицом в шею Траниса, издавая счастливые звуки.

Драмок не мог удержаться от смеха, глядя на выходки своего любовника. — Ладно, глупое создание. Я всё ещё предпочитаю быть тем, кто контролирует ситуацию, но это стоит делать время от времени. Во всяком случае, с тобой.

Он слышал улыбку в голосе Дегорска. — Я так рад, что смог прояснить это для тебя. Душ?

— О да!

Дегорск освободил его, и они столпились в тесной душевой кабинке, чтобы помыть друг друга. Они были основательны, но торопились в своей потребности добраться до постели и получить столь необходимый отдых. Быстрая смена постельного белья — и пара рухнула на его поверхность, а Транис спрятался за спину имдико, обхватил теплое тело руками и закинул ногу. Дегорск вздохнул так, словно был самым довольным мужчиной во Вселенной. Его глаза почти сразу же закрылись.

Транис подождал, пока дыхание Дегорска выровняется, и только потом последовал за ним в сон.

Дегорск что-то напевал себе под нос, усаживаясь за стол, чтобы просмотреть отчеты с предыдущей смены. У медиков все еще оставалось довольно много работы после битвы с трагумцами, но в лазарете новых раненых больше не было. Никто не умер за эту ночь. Стена, на которой когда-то красовался его зад, прискорбно пуста, но причина тому была веская. И он проспал всю ночь без кошмаров, вероятно, благодаря очень приятному теплу от тела некоего драмока. Кстати, если задуматься, каждый раз, когда он спал с Транисом и/или Лидоном, ему не приходилось бороться с плохими снами.

В общем, жизнь была не так уж и плоха.

Когда Лидон вошел в открытую дверь кабинета, Дегорск почувствовал прилив удовольствия. Забавно, но он до смешного обрадовался, увидев того самого, которого так недавно всеми силами старался избегать.

Он стер свою первоначальную яркую улыбку и сурово посмотрел на нобэка. — Тебе лучше не искать больше стимуляторов. Я не разрешу вам ещё одну смену, командующий вооружением.

Уголки рта Лидона поползли вверх. Он выглядел усталым, но не настолько измученным, как следовало бы, учитывая, как мало он отдыхал последние несколько дней. Крепкий нобэк. — Я просто хотел зайти и посоветоваться с моим корабельным врачом, прежде чем лечь спать.

— О, значит, это официальный визит. — Дегорск знал, что глупая улыбка, вернувшаяся на его лицо, ни в малейшей степени не была профессиональной. Черт возьми, он в хорошем настроении. При виде Лидона он чувствовал себя счастливее.

Лидон улыбнулся ему в ответ. — Ну, ты же на дежурстве. Мне нравится слышать, что ты разочарован тем, что мой визит не носит личный характер, мой имдико.

Он сел на стул по другую сторону стола Дегорска и поморщился. Доктор тут же наклонился вперед. Он старался говорить спокойно, но в его голосе сквозило беспокойство. — Могу я предложить обезболивающее, или это принесет мне ещё одну порку?

Лидон покачал головой. — У меня есть достаточно, чтобы уснуть. — Улыбка исчезла с его лица. Его глаза изучали стол между ними, и имдико почувствовал, что он собирается сказать что-то важное.

Опустив глаза, Лидон наконец заговорил: — Дегорск, мне нужно, чтобы у ноги была большая подвижность. Даже не могу описать, как это было ужасно, когда я не смог сопровождать тебя в шахту. И хотя Пирас не использовал это как предлог для того, чтобы оставить меня на Веторе, он мог бы воспользоваться этим.

Дегорск знал, чего стоило такому воину как Лидон, произнести эти слова. Признание того, что он не способен исполнять свои обязанности так, как должен, разрушительно для его гордости. В то же время имдико испытывал тихое удовольствие от того, что Лидон знал, что он в безопасности, чтобы поделиться с ним. Что он доверяет ему, как и подобает членам клана.

— Ты выполнил свои задачи в шахтерской колонии таким образом, что никто не может тебя упрекнуть. Ситуация на Веторе тоже обернулась к лучшему.

Лидон встретился с ним взглядом. — Нам повезло с этим защитным щитом. — Он сделал глубокий вдох. — Я горжусь своими знаками отличия и не хочу потерять ни одного из них. Но я должен эффективно выполнять свою работу. Ни на одно мгновение мои способности не должны ставиться под сомнение.

Дегорск не собирался заставлять нобэка просить о помощи прямо. — Лучшие хирурги для твоего типа ранений находятся на Калкоре.

— Ты можешь сделать это.

Имдико улыбнулся, в душе восхищаясь уверенностью Лидона в его способностях. Но не собирался позволить этой гордости оказать плохую услугу его возлюбленному. — Я мог бы, но врач обычно старается избегать серьезных процедур на тех, в ком он эмоционально заинтересован. Как бы мне ни было неприятно это признавать, но есть хирурги искуснее, которые сделают эту работу лучше.