Покорители стихий
Шрифт:
Одним резким движением она сорвала с шеи цепочку, подаренную недавно, и швырнула ему в лицо, затем пнула ногой потрепанную коробку, которая валялась на крыше, и быстрым шагом направилась в сторону выхода. Джет молча наблюдал за ней и не пытался остановить.
***
Несколько часов Корра просидела в самой отдаленной пещере, стараясь не плакать. Это была их первая с Джетом ссора, и она не знала, как нужно было себя вести. Злость закипала в ней каждый раз, как только она вспоминала его сердитые глаза. Он ведь не захотел даже выслушать ее нормально.
Она поднялась с холодной земли и стала мерить шагами пещеру. Одна часть ее души требовала вернуться и извиниться, другая — упрямо ждать, пока это сделает Джет. Теперь он знал, где она живет, и спокойно мог явиться к ней домой. Выбрав второй вариант, Корра решила вернуться в дом и подождать Джета там.
Теперь она точно не была готова к тренировкам по покорению огня, слишком уж взвинченной себя чувствовала. Айро говорил, как тяжело было Зуко овладевать огненной стихией, когда тот злился.
— Что-то случилось? — спросил ее Аанг, заметив растерянное лицо девушки. Она-то надеялась, что в доме никого не будет.
— Нет, — отозвалась она. — Ничего. А ты почему не в пещерах?
— Тоф дала мне выходной, — отмахнулся он. — И все-таки… Я слишком хорошо знаю тебя, чтобы просто так поверить.
— Это все Джет, — Корра едва удержалась от всхлипа. — Мы поругались.
— Джет? — растерялся мальчик, а затем быстро сообразил. — Тот юноша, с которым ты общаешься? Значит, так его зовут?
— Угу, — кивнула девушка. Ей вдруг вспомнились последние слова Джета, и она снова взглянула на Аанга. Он отлеживался в доме, вместо того, чтобы тренироваться. И это после всех ее рассказов о том, как тяжело сейчас живется людям под гнетом Озая. Она знала, что он пока не был готов выступить против тирана, но он ведь был не один. Тоф сама рассказывала, скольких людей Белый Лотос освободил из тюрем. И вдруг Корра опешила, поняв главное: члены тайного отряда освобождали лишь покорителей, и пальцем не пошевелив, чтобы помочь обычным людям, чьи тюрьмы были даже здесь, в Ба Синг Се. Об этом рассказал ей Джет, хвастаясь, что когда-нибудь он собирался найти смельчаков, которые помогли бы ему совершить набег на темницы, находящиеся в среднем и нижнем кольцах города. А ведь Джет не был покорителем, у него не было и половины той силы, которая была у любого из магов уровня Тоф или Катары.
Негодование сменило направление, теперь она уже сердилась на Аанга, который даже не подозревал, сколько мыслей сейчас сражалось в ее голове.
— Почему Белый Лотос ничего не делает, чтобы помочь людям? — жестко спросила она.
— Что? — Аанг опешил. — Конечно же делает. Ты ведь сама видела, сколько магов они успели освободить…
— А как же обычные люди? — перебила она мальчика. — Они не стоят вашего внимания?
— Конечно, стоят, — растерялся он. — Просто мы пока не можем открыто проявить себя, ведь тогда стражники усилили бы контроль.
— И дюжина покорителей разных стихий этого боится? — она насмешливо прищурилась.
Дверь открылась, это вернулись Сокка и Тоф, они принесли свертки с едой.
— Дядя Айро передал нам какой-то новый сорт чая, — весело сказал юноша, а затем увидел выражение лиц Аанга и Корры. — Ребят, что у вас тут происходит?
— Корра, я тебя не узнаю, — мягко осадил Аанг девушку, не обращая внимания на вошедших. — Мы не можем пока выступить против магов огня, ты ведь и сама это знаешь.
— Не можете или не хотите? — она прищурилась. — Вы боитесь потерять своих людей, но знаете, что в тюрьмах страдают люди. Вы боитесь убивать палачей, но знаете, что они причиняют зло невинным. Нужно идти на жертвы ради общего блага. Нужно устранять злодеев, а не сажать их в тюрьмы. Что ты собираешься делать с Озаем? Погрозишь ему пальчиком? Ты отсутствовал сто двадцать лет и не видел всего того ужаса, что принес он на мою землю!
Она отдышалась после длинной тирады и зло посмотрела в глаза другу. Какая-то духовная трещина образовалась между ними, это почувствовал каждый присутствующий.
— Неужели никто не готов рискнуть?
— Мы не можем подвергать наших людей опасности, их и так осталось слишком мало. Прости, Корра, — Аанг опустил голову, ставя тем самым точку в их дискуссии.
Глаза девушки наполнились злыми слезами. Она развернулась на носках и резко выбежала из комнаты, напоследок громко хлопнув дверью.
— Сердится, — проводил ее сочувствующим взглядом Сокка. — Я ее понимаю. Мне и самому порой хотелось бы вмешаться, но…
— Ей нужно научиться контролировать эмоции, — перебила его Тоф. — Аанг, расскажи поподробнее, что у вас тут только что произошло.
***
Корра долго слонялась по улицам, не зная, куда ей податься. Не могла вернуться к Джету, так как все еще сердилась на него, хоть и в тираде, обращенной к Аангу, она высказала все накопившееся в основном его словами. Джет раньше не раз упоминал о том, что презирает магов, которые трусливо прячутся, вместо того, чтобы дать огненным захватчикам достойный отпор.
Не могла она вернуться домой или в пещеры — Аанга она также не могла простить после всего услышанного. Поэтому девушка молча бродила по опустевшим улицам, анализируя случившееся. В другом состоянии ситуация ее бы насторожила, ведь до комендантского часа еще оставалось много времени, но сейчас она была слишком подавлена, чтобы обратить на это внимание.
Она завернула за угол очередной многоэтажки и увидела причину запустения: почти все жители среднего кольца собрались на главной площади, там обычно проводили казни. Корра избегала подобных зрелищ, так как знала со слов Джета, что казнили стражники специально немагическим способом: через отрубание головы. Девушка поежилась и попыталась поскорее протиснуться сквозь толпу, тем более краем глаза она уже успела заметить, что заключенного с мешком на голове уже вывели на возвышение, где вся процедура и происходила.
Толпа была на удивление молчаливой. Кто-то тихонько всхлипывал, кто-то отводил взгляд. Корра стала активнее пробираться в другой конец площади, расталкивая локтями поникших людей. Вдруг она споткнулась и опустила взгляд вниз, где заметила темноволосую девочку лет пяти, в голубых глазах которой застыла тень ужаса.
— Уйди с дороги, — прошептала Корра раздраженно. Хотелось побыстрее выбраться из этой застывшей в ожидании многоликой массы. Высокая женщина с такими же голубыми глазами, как и у ребенка, прижала девочку теснее к себе, с осуждением глядя на Корру, но ей не было до этого дела.
Вдруг по толпе пролетел вздох, и Корра машинально подняла голову. Со склоненной головы того, кого собирались казнить, уже сняли мешок. Она видела темные волосы, спадающие на лицо. Лезвие уже было готово. В миг перед концом преступник поднял голову, бросая последний взгляд на толпу. И Корра вдруг забыла как дышать: прямо на нее взглянули пронзительные глаза Джета.
Одна секунда. Одна-единственная секунда прошла, прежде чем лезвие опустилось вниз. А Корре показалось, будто она простояла тут вечность, глядя в карие глаза в последний раз. Все посторонние звуки исчезли, она слышала лишь стук собственного сердца. Какую-то секунду она не ощущала абсолютно ничего: ни ненависти, ни страха, ни злости. Лишь абсолютную пустоту. Но каждому мгновению суждено рано или поздно закончиться.