Покоряя Вселенную
Шрифт:
— Ты можешь рассказать мне что угодно. Ты это знаешь.
— Нет, не могу. Потому что ты будешь ревновать и говорить смущающие вещи.
— Почему бы тебе не испытать меня? Ты не дала мне шанс оправдаться.
Я вздыхаю в трубку.
— Ладно, давай попробуем. Гордон не эгоистичный придурок, которым ты его считаешь. Он невероятно добр ко мне, хотя мы ругаемся иногда. Он другой, и он мне нравится. Вот.
Я жду.
— Другой. Точно. Хммм. — Я слышу телевизор на заднем плане и его низкий, убеждающий смех. — Тот парень не заботится о тебе так, как ты думаешь, Хло. Парни, как он… что-то для них всегда имеет приоритет. Но продолжай рассказывать… Ты милая, когда наивная.
— Видишь? Я знала, что ты не сможешь. И ты не тот, кто вправе так говорить. Все твои свидания проходят со шлюхами, как Эмбер.
— Оу, я хочу шлюх. Я сомневаюсь, однако, что ты в активном поиске мудаков.
— С чего ты взял, что он мудак?
— Видишь, ты признаешь это.
— Ах! Ты поверхностный. Некоторые могут сказать, что ты мудак.
— Мне плевать, что кто-то может это сказать. Ты бы так сказала?
— Нет, — отвечаю я быстро. Не сказала бы. Уверена, некоторым сложно понять Рока, но если однажды уяснить, что он ни над кем не издевается, и что девушки, которых он цепляет, так же заинтересованы в нем, как и он в них, трудно назвать его мудаком. Он не обманывает никого и единственный человек, которому он причиняет боль, это он сам.
— Что ж, рад слышать, что я еще рассчитываю на твою лояльность, — говорит он. — Но если ты спросишь меня...
— Чего я не...
— Ты все еще не должна встречаться с тем чуваком. Ты должна быть со мной. Поскольку, по крайней мере, ты будешь знать, где ты в моем списке приоритетов — номер один, детка.
— Конечно, ты так сказал, потому что неисправим.
— Спасибо, и ты горяча.
— Заткнись. Когда ты поможешь мне отремонтировать мотоцикл? — спрашиваю я, меняя тему.
— Когда хочешь. Я всегда здесь.
— Да, но никогда один, поэтому ты должен прийти к моему дому.
Внезапно, я слышу хруст гравия позади меня, с дороги. Я быстро сажусь и поворачиваюсь, чтобы посмотреть. Вижу Лолиту, и больше ничего. Трава и кустарники загораживают обзор.
— Что ты делаешь? — спрашивает Рок, зевая.
— Ничего. Мне пора.
— Окей.
Там наверняка какое-то транспортное средство. Мое сердце немного ускоряется. Никто никогда сюда не приезжает. Может быть, Гордон?
— Рок, я тебе перезвоню.
— Пока. — Он вешает трубку.
Я закрываю телефон и встаю, чтобы получше рассмотреть.
— Эй!
Дверца машины захлопывается. Галька хрустит под ногами, и впервые за все время, что я прихожу сюда, я чувствую себя незащищенной. Зря я прервала разговор с Роком.
— Эй! — отзывается мужской голос — Кто там? — мужчина появляется сквозь высокие травы в красном поло с белыми буквами и логотипом, карандаш за ухом. Кто посмел вторгнуться в мое убежище?
Я не отвечаю. Сердце стучит в моих ушах. Он выглядит на двадцать с чем-то, каштановые волосы под бейсболкой с окаймляющим рисунком.
— Ты в порядке? — спрашивает он, оглядываясь, словно кто-то еще может быть со мной.
— Да. Я просто делаю домашнюю работу, — отвечаю я, указывая на книгу. Зачем я ему это говорю? Я не должна объясняться перед незнакомцем.
— Твой? — Он показывает на Лолиту.
— Да.
Пауза. Растерянный взгляд. Он кивает, проверяет Лолиту, затем оглядывается на меня, как будто пытаясь соотнести гонщика с мотоциклом. Пожимает плечами.
— Круто. Мы просто собираемся здесь провести измерения. Тебе не придется уезжать.
— Какие измерения?
— Имущество, удобства, весь лот.
У меня в животе сворачивается тугой узел.
— Зачем?
Он поворачивается и смотрит на старый дом Мёрфи с разбитыми окнами и наклоняющимся забором из связанных цепей.
— Тут разруха. Это все нужно снести и восстановить.
— Что вы имеете в виду? Почему?
Кому нужна земля в глуши?
Окружной работник выглядит раздраженным на меня. Видимо, ничего неожиданного, что кто-то хочет переехать сюда, поближе к устью. Я пытаюсь представить того, кто мог увидеть этот район на карте и решить, что ему это место нравится так же сильно, как и мне. Был ли он здесь? Я никогда никого не видела.
— Земля была продана с аукциона. Вы не сможете болтаться здесь слишком долго. Мы, наверное, начнем в ближайшее время.
— Что? — спрашиваю я, слыша панику в своем голосе. Куда я должна идти? Это мое место! — Кто купил? — требую я, чувствуя себя ужасно.
— Округа? Частный собственник? Я не знаю, кто. Я здесь просто для измерений. — Он машет, обозначая конец нашего разговора и направляется обратно в свой грузовик. Больше голосов. Больше мужчин, чтобы украсть мою пристань со своими измерительными лентами и блокнотами.
Я не могу в это поверить. Никто не обращал внимания на это место многие годы. Я смотрю на воду, пытаясь вообразить новую семью переезжающую на эту землю, полностью разрушая дом Мёрфи, чтобы построить другой дом с террасой и причалом для лодок. Мне больше не будут здесь рады.
— Сколько у меня времени? — обращаюсь я, но мужчина направился в другую сторону участка. Облака уже почти над головами, а воздух пропитан влажностью. Облака будто говорят: пора двигаться дальше. Пора уходить.
Но я не уйду.
Меня в этом году уже просили отпустить и идти дальше.
Это мое место, мое убежище. Так что бульдозеру придется переехать меня, а затем убрать моё расплющенное тело, чтобы разлучить меня с собственностью.
Глава 18
День теста.
Проблема в том, что я не могу перестать думать о разрушении дома Мёрфи. Я просто вижу, как деревянные доски расщепляются в куче хлама под металлическими челюстями. Я чувствую себя изнасилованной, как мама могла бы чувствовать, если бы моя биологическая мать неожиданно пришла в наш дом, требуя, чтобы я была с ней. Было бы у неё на это право? После того, как мама любила меня больше, чем кто-либо другой?
Воспоминания о блаженной ночи в субботу не помогают. Я пытаюсь сосредоточиться, стряхнуть с себя мысли, но часы мистера Руни уж больно громкие, и я не могу сосредоточиться.
Сегодня мистер Руни надел розовый лабораторный халат. Он напоминает перевернутую сахарную вату на бумажной палке из-за седых волос, торчащих на затылке. Из-за проблем со зрением он выбрал Александру в качестве наблюдателя, так она начнет свой тест, когда мы закончим. Она сидит на специальном стуле, бдительная и безразличная одновременно. Она недоботаник, то есть она самая умная в классе, но в то же время у нее есть друзья и репутация, которой она дорожит, так что она не собиралась стучать на любого списывающего. Педро дразнил её сексуальными рожицами, пытаясь рассмешить.