Чтение онлайн

— Ага. Я разговаривал по телефону со своим агентом, — его взгляд возвращается к Тому, и мне не нужно быть телепатом, чтобы догадаться, что где — то здесь кроется история.

Наклонившись ко мне, Зак кладет руку на верхнюю часть моего бедра, тепло его ладони разливается по всему моему телу.

— Мне нужно подготовиться к своей речи, но что я могу предложить тебе выпить?

Вспоминая шампанское, которое мы пили у Джона и Фелисити, я всё ещё чувствую легкое головокружение.

— Может быть, апельсинового сока?

Посмеиваясь, он встает со стула.

— Понял тебя, Ракета.

— В прошлом году мы собрали невероятную сумму денег, которая уже изменила будущее более сотни детей и их семей. Хоккей должен быть доступен для всех, независимо от происхождения или способностей.

Зак обводит взглядом толпу, которая хлопает в знак поддержки. Его внимание, наконец, останавливается на мне, сидящей всего в десяти футах от сцены.

— Я хочу поблагодарить всех, кто пришел сегодня вечером, всех, кто делает пожертвования, и, наконец, от себя лично, я хочу поблагодарить одну из моих самых близких и давних подруг за то, что она оказала мне поддержку и согласилась быть моей парой на сегодняшнем мероприятии. В моей жизни есть несколько невероятных людей, и я никогда не был так благодарен за неё, как за эти последние несколько месяцев, — он поднимает свой бокал, и все повторяют его жест. — Итак, давайте проведем аукцион и соберем рекордную сумму в этом году.

Возвращаясь к столу, Зак подходит и снова садится рядом со мной. Моё лицо всё ещё горит от его речи.

— Надеюсь, ты не возражаешь, что я упомянул тебя. Я просто хочу, чтобы ты знала, как я рад, что ты сегодня здесь, со мной.

Я кладу свою руку поверх его руки на столе и наблюдаю, как губы Кейт растягиваются в улыбке.

— Нет другого места, где я предпочла бы быть.

— Вот дерьмо, чувак, — Джон прерывает наш транс, листая страницы с предметами для сегодняшнего аукциона. — Ты впервые выставил свою майку “Scorpions”.

Зак кивает.

— Да, она с автографом. У меня их много, и я подумал, что за это можно выручить несколько долларов.

Джон приподнимает бровь.

— Да, я бы сказал, несколько тысяч.

— Что ты пожертвовал? — Кейт поворачивается к Джону.

Он откидывается на спинку стула и улыбается.

— Мои перчатки с автографом после нашей победы в Кубке Стэнли.

Фелисити морщит нос.

— Держу пари, они восхитительно пахнут.

Джон отстраняется с притворной обидой.

— Всё во мне пахнет невероятно, Ангел, — он указывает на Дженсена. — И если ты думаешь, что они плохо пахнут, то наш парень хотел пожертвовать свою защитную капу. Хотя мне удалось отговорить его от этого. Это, должно быть, угроза общественной безопасности.

— Фу, гадость, — отвечает Кейт.

— Твоя реакция не всегда была такой, — говорит Дженсен с другого конца стола, когда остальные из нас замолкают. Он отодвигает свой стул и начинает уходить, но потом снова поворачивается. — Кто — нибудь хочет что — нибудь из бара?

Аукцион продолжается последние полчаса, и уже собраны сотни тысяч. Одни перчатки Джона ушли за более чем тридцать тысяч долларов.

— Я думаю, люди сойдут с ума из — за твоей майки, — говорю я, поворачиваясь к Заку.

Я могу сказать, что он немного расслабился с тех пор, как мы приехали, в окружении своих друзей и за бокалом пива. Многозначительно приподняв бровь, он пронзает меня горячим взглядом.

— Ты бы тоже?

Да. Я знаю, что хоккеисты одержимы тем, что их девушки носят их майки. Так что, хотя я и не его девушка, я решаю подыграть ему во флирте.

— О да, определенно. Я могла бы даже подняться на сцену и пройтись модельной походкой для тебя, если хочешь.

Поднося пиво к губам, он чуть не роняет полный стакан себе на колени.

— Это очень любезное предложение, Ракета. Но, видишь ли, дело в том, что… — он ставит свой бокал обратно на стол и полностью поворачивается ко мне, ставя одну из своих парадных туфель на перекладину, соединяющую две ножки моего стула. — То, как я хочу, чтобы ты прошлась в моей майке, почти наверняка не подходит для этого мероприятия, — выражение его глаз говорит мне, что он представляет, насколько неуместным это было бы прямо сейчас. — Кроме того, никто другой здесь никогда не сможет увидеть то, что должно быть доступно только моим глазам.

Он нежно проводит тыльной стороной ладони по моему бедру, воспламеняя всё моё тело. Впервые в жизни я теряю дар речи, и по самодовольной улыбке, растягивающей его губы, становится ясно, что Зак знает, насколько сильно на меня подействовали его слова.

Затем женщина, ведущая аукцион, представляет последний предмет, и её ассистент ходит по сцене, держа в руках майку Зака с автографом в рамке.

— Я думаю, мы можем начать торги с десяти тысяч долларов.

Руки взлетают моментально, пока самая высокая ставка не достигает пятидесяти тысяч.

— Есть ли ещё желающие в зале? Это ради великого дела, и такое бывает раз в жизни…

— Шестьдесят тысяч долларов, — раздается высокий женский голос, и все головы, включая мою, поворачиваются в её сторону.

Встав со своего стула, но сидя на приличном расстоянии, высокая блондинка машет номером в воздухе, оглядывая остальных присутствующих.

— Шестьдесят тысяч долларов за оригинальную майку с автографом Зака Эванса.

— Ты, должно быть, издеваешься надо мной, — растягивает слова Кейт с другого конца нашего стола.

— Какого хрена она здесь делает? — добавляет Джон с недоверчивой ноткой в голосе.

Моё сердце падает. Это Эми.

Чувствуя исходящее от него напряжение, я разворачиваюсь на стуле и вижу лицо Зака, перекошенное от гнева.

— Как, чёрт возьми, ей удалось пройти мимо охраны? — спрашиваю я.

Эми предлагает самую высокую цену, и аукцион завершается. Всё это время за нашим столом царит ошеломленная тишина — за исключением Кейт, которая явно готова к битве.

— Клянусь Богом, эта женщина — воплощение дьявола.

Зак встает со своего стула и направляется к паре сотрудников своего фонда, явно желая получить ответы на вопрос, как его злобной бывшей девушке удалось не только получить доступ, но и успешно сделать ставку на аукционе.

— Вот дерьмо. Она подходит, — подтверждает Джон.

Я чувствую, как всё моё тело дрожит от волнения. Если она была здесь во время речи Зака, она узнает, что я его девушка, что делает меня врагом общества номер один.