Чтение онлайн

Северянин кивнул в ответ и назвал себя. Джереми вскричал, как счастлив познакомиться с одним из лучших полководцев современности. Стэтхем оборвал его взмахом руки:

— Довольно. Как с вами обращаются?

Лаура покосилась на отца, тот наклонил голову:

— Ничего не скрывайте, милые мои. Мы полностью искренни с нашими союзниками!

— Мы заперты в верхнем дворе, — сказал Джереми. — Никогда не выходим за ворота, не передвигаемся без надзора, не можем слать писем. Нас держат пленниками!

— Милорд, мы видели, как женщину сожгли заживо, — с дрожью добавила Лаура. — Сказали, она — еретичка. Наверное, нас нарочно привезли во время казни, чтобы запугать.

Генерал нахмурился:

— Что за женщина?

— Мы не знаем, милорд. Несчастная, которая чем-то не угодила приарху. Я убежден, что вера здесь не причем, а причиной одна политика.

Это сказал Джереми, Лаура не посмела бы заявить, что еретичка не нарушала законов веры.

— А вы сами подвергались мучениям? — спросил Стэтхем.

— Нас постоянно запугивали, — выдавил Джереми мужественно, как бы стыдясь признаться. — Грозили отдать церковному суду, сгноить в монастыре, послать на костер.

Лаура не стала лгать, как брат. Леди может соврать, чтобы обелить кого-нибудь, но чернить с помощью лжи — это нехорошо.

— Мы хлебнули страху, милорд, но содержали нас достойно. Вкусно кормили, водили на прогулки, давали читать книги.

Отец скривился:

— Бедная девочка, ты так напугана, что даже не можешь сказать честно! Милорд, вы сами видите, как худы и бледны несчастные дети!

— А давно вы здесь? — спросил Стэтхем у Лауры.

Отец простонал с болью в голосе:

— Месяц я не видел своих…

Северянин хлопнул по столу.

— Лорд Финли, пускай ответит юная леди.

Лаура успела понять, чего хочет отец. Сказала мысленно: «Прости меня за ложь, Светлая Агата. Я хорошая и выполняю приказ отца».

— Месяц, милорд. Почти от самого Дня Сошествия.

— Разве вы не были в плену у Адриана?

— Сперва… — встрял отец.

— Лорд Финли! — оборвал Стэтхем.

Но Джереми уже уловил мысль:

— Сперва нас стерегли солдаты тирана, а после его смерти — люди приарха.

— И на каких условиях вам обещают свободу?

Теперь отец не рискнул вмешаться, а Стэтхем смотрел в упор на Лауру, так что ей пришлось ответить честно:

— Его преосвященство хочет, чтобы я вышла за лорда Альберта.

— Дрянь, — бросил генерал. — Подлый ход.

— Теперь вы видите, милорд, как играет Галлард, — покачал головой отец. — Он использует приемы, недостойные агатовского рода. Светлая Праматерь плачет, видя злодейства своего внука.

Лаура знала: отец, как и Джереми, не верит в святость Агаты. По мнению отца, Вильгельм Великий был простым завоевателем, Янмэй — его министром пропаганды, а Агата — придворной интриганкой. Но для генерала слова «агатовский род» значили многое.

— Прискорбное бесчестие, — процедил Стэтхем.

— Не забывайте, милорд, что в жилах моих детей также течет кровь Агаты. Недопустимо, чтобы агатовец издевался над детьми своего же рода.

— Этому нужно положить край, — согласился генерал.

— Благодарю вас! Мы всей душою уповали на то, что лорд Эрвин защитит свою невесту.

Стэтхем медленно повернулся к лорду Финли.

— Вы заблуждаетесь, Фарвей. Надежда прислала четыре роты штурмовать дворец. Лорд Эрвин своими руками убил некоторых из этих солдат. Полагаете, брачный договор сохранил силу?

Отец ответил без смущения:

— Милорд, прошу заметить, мы клялись поддерживать лорда Эрвина в мирное время. Он не предупреждал, что поднимет мятеж против Короны.

— Вы прочили леди Лауру ему в невесты. Если бы брак состоялся, лорд Эрвин, как человек чести, во всем поддерживал бы супругу. Во всем без исключения. Того же ждал и от нее, а получил четыре роты под стенами дворца!

— Четыре роты, милорд, — ничто против такого великого воина, как лорд Эрвин. К тому же, это были не лучшие наши солдаты. Мы знали, что герцог легко справится с ними. Но вовсе не послать их не могли: Адриан держал в заложниках моих детей! Что бы сделали вы, милорд, если б вашим любимым чадам угрожала смерть?!

— Мой первенец командует ротой в моем войске. Я ставлю эту роту на самый ответственный участок, а не самый безопасный. Вам следовало запереть врата Сердца Света и дать отпор тирану, а не впускать его без боя и позволять брать заложников.

— Но генерал…

— Довольно, лорд Финли. Брачному договору конец, как и нашему союзу. Я здесь, чтобы прекратить бесчинства Галларда, но не ради вас.

Отец замешкался, и Лаура почувствовала: сейчас ее время. Сильные мужчины любят девичью слабость.

— Генерал, позвольте мне сказать. Я — внучка Агаты, как и вы, и великий герцог Ориджин. Мне очень горько слышать от вас слова обиды. Я понимаю, ведь во мне течет та же кровь. Мы поступили малодушно, и вы имеете все причины расторгнуть помолвку… Но прошу милорд: не рвите хотя бы узы дружбы меж нашими Домами! Дайте нам шанс подняться в ваших глазах!

Отец едва сдержал довольную улыбку, и Лаура поняла, что попала в цель. Выслушав ее, северянин чуть заметно кивнул.

— Такие слова делают вам честь, юная леди. Скажи вы их месяц назад, все было бы иначе. Но сейчас лорд Эрвин одержал великую победу. Все ищут его дружбы, и предпочтение будет отдано тем, кто не запятнал себя. А вашему отцу нечего предложить в обмен на снисхождение моего лорда.

— Полагаю, есть что, — лукаво произнес отец.

Прежде, чем он продолжил, дверь с треском распахнулась и, предваряемый двумя рыцарями, в чайную вступил архиепископ Галлард. Следом за ним вошли еще четверо мечников, сверкая доспехами, окружили стол. Приарх уперся кулаками в столешницу и навис над северным генералом.

— Вы силою вторглись в мой замок! Я должен понять это как объявление войны?

Стэтхем даже бровью не повел. Лишь глянул искоса на ближайшего приархова воина, и тот предпочел отвести глаза.

— Для начала, милорд, — спросил Стэтхем Галларда, — вы понимаете, с кем говорите?

— Прекрасно понимаю. С генералом-убийцей, палачом спящих солдат.

— С равным успехом убиваю врагов Ориджина и днем, и ночью, чем горжусь. Но я принес послание не от лорда Эрвина, а от ее величества.