Чтение онлайн

— Я велел ей заткнуться. Сказал: «Заткнись, не то будет хуже!»

— Сказал, значит?

— Ну, да. Громко так, строго: «Заткнись, сука!»

— И что она?

— Не послушалась.

— Надо же! Ну, коли так, ничего не поделаешь, пришлось вам терпеть до конца. Может, она с этим кайром еще в картишки перекинулась?

— Гм-гм, — откашлялся Джоакин. — Я ее ударил, милорд.

— Ты — что?

— Дал ей затрещину, милорд. Она упала и умолкла.

Граф с большим интересом повернулся к Джоакину.

— Ты ударил ее на глазах у дюжины кайров?

— У сотни, милорд. Как только влепил ей, открылись ставни домов на площади и отовсюду высунулись арбалеты. Там была рота стрелков, если не больше. И дюжина мечников.

— Весьма любопытно. Я полагаю, северные мерзавцы пожелали тебя убить. Как же ты вышел из положения?

Джоакин погладил Перст на своей руке.

— Ты всех перестрелял?! Тьма сожри!

Джо потупился, заливаясь краской.

— Нет, милорд, я не стал открывать огонь. Было очень опасно, ваш брат находился под прицелом… Просто Айви взял ее в захват, а я сказал: «Все бросайте оружие, иначе застрелю ее!»

— И они бросили?

— Грм… Боюсь, что нет, милорд.

— Отчего так?

Мартин шагнул вперед, будто стараясь прикрыть собой Джоакина.

— Брат, ну не дави ты его! Джо поступил правильно, это твоя стерва все испортила! Она снова раскрыла рот и говорит: «Да, путевец, убей меня! Потом кайры вас порешат и отберут ваши два Перста, и третий у Перкинса тоже, а в замке-то всего пять. Я помру — замок падет, славный обмен». Джо не стал ее кончать, и хорошо сделал!

Виттор встряхнул головой.

— Стоп-стоп, полегче, Марти. Хочешь сказать, она еще и выдала им число наших Перстов?!

— Э, вроде как, да.

— А что ты делал в это время, позволь узнать? Пускал слюни пузырями? Яйца теребил?

— Милорд… — начал было Джо.

— Тьма сожри, путевец, я спрашиваю брата! Не смей отвечать вместо него! Он — лорд, а ты — вассал.

— Вит, — буркнул Мартин, — ты как отец.

— О чем это ты?

— Высмеиваешь меня, как дурака последнего. Но когда тебе выгодно, называешь лордом.

— Да ты ведешь себя, как дурак! Пленница выдает секреты — а ты сопли жуешь!

Мартин побагровел и громко, злобно шмыгнул носом.

— Ладно, — бросил граф, — валяй дальше. Что еще она им рассказала? Что ты ссышь перед ней?

Мартин буквально задохнулся от обиды. Джоакин рискнул вмешаться:

— Больше ничего, милорд. Я пригрозил застрелить командира кайров, если она выдаст еще что-нибудь. И она сказала кайрам: «Спрячьте мечи, не стоит зря погибать. Замок еле держится, скоро падет».

— Тьма холодная. И что потом?

— Кайры убрали мечи. Попыхтели немного, но покорились. Затем окончили погрузку.

— И все?

— Ну… да.

— Марти, Айви, вы подтверждаете слова Джоакина? На этом все и кончилось?

— Э… угу… да, милорд…

Виттор грохнул кулаками по столу.

— Что было еще, сожри вас тьма?!

— Этот кайр, ну… развязал мешок с бобами и нассал туда.

— Серьезно?..

— Да, милорд, очень основательно. Как конь.

Граф не выдержал и расхохотался. Из глаз его брызнули слезы, в смехе звучали ноты истерики. Джо, Мартин и Айви переминались с ноги на ногу, не находя себе места. Только Мартин украдкой шепнул путевцу: «Спасибо!»

Наконец, граф Шейланд взял себя в руки.

— Уфф… Одно могу сказать точно: бобы из того мешка будете жрать вы. Ну, и моя душенька, разумеется. Я передам повару.

— Милорд, — прокашлял Джоакин, — позвольте сказать.

— О, охотно! Повесели меня еще разок!

— Я думаю, в этом происшествии есть и хорошие стороны.

Граф заржал, но Джо не дал себя сбить:

— Да, милорд, тут имеется выгода. Во-первых, я стукнул леди Ориджин на глазах сотни кайров — и остался жив. Это для них страшное оскорбление, но они стерпели. Значит, боятся за нее и Перстов боятся тоже. И то, и другое нам на руку. Можно быть уверенными: на штурм они не полезут.

— Это я и так знал. Замок окружен идовой пропастью. Какой штурм!

— И второе, милорд. Она сказала им, что мы долго не выдержим. Надо понимать так: не достоим до прихода орды. Теперь они думают, что мы сдадимся сами. Значит, все, что нам требуется, — выстоять. Дождаться Пауля и не сожрать друг друга.

— Всего-то… — мрачно выронил граф. — А не подскажешь ли, сир Джоакин, как это сделать?

Все пошло к чертям со дня сражения.

В разгар штурма, когда большинство северян сгрудилось вокруг замка, граф нанес удар своим главным орудием. Не зная истинного названия, Джо именовал его в мыслях Мечом Богов. Взмах Меча отрубил склоны Замкового холма и отправил в небытие тысячи штурмующих. Сразу после этого кайры Флеминга высадились с кораблей, атаковали Ориджина с тыла и должны были легко добить тех, кто выжил после взмаха Меча.

Но проклятый Десмонд был готов к такому ходу событий. Тысячи воинов, окружавших замок, оказались в большинстве своем жителями Уэймара. Живые щиты предназначались для того, чтобы замаскировать подмену. За спинами горожан, привязанных к таранам и осадным башням, шла еще одна волна горожан — переодетых в серые плащи греев. Только пара сотен кайров находилась среди них, дабы держать в повиновении перепуганных мужиков. Остальные воины Севера наблюдали за бутафорским штурмом с безопасного расстояния.

Чем больше Джоакин вспоминал ту ночь, тем сильней поражался идовой расчетливости Десмонда. Живые щиты создавались не для устрашения, а для маскировки. Женщины и дети висели на башнях потому, что мужики требовались для иной цели: изображать греев. Настоящие кайры прятались за домами и живыми щитами, что мешало верно оценить их число. А чтобы окончательно скрыть подмену, для штурма было выбрано ночное время. Десмонд Ориджин не ждал, что штурм достигнет цели. Как выяснилось позже, львиная доля его солдат находилась в совсем ином месте. Штурм нужен был лишь затем, чтобы спровоцировать взмах Меча Богов.

Тем временем воины Флеминга вместе с Джоакином высадились в речном порту — и наткнулись на кайров Первой Зимы, вдвое превосходящих числом. Уничтожение флемингова батальона было подлинной целью всего сражения. Вызвав взмах Меча и отрезав замок от города, Десмонд взялся за предателей.

Бой в порту оказался самой яростной схваткой, какую видел в своей жизни Джоакин. Кайры Первой Зимы и кайры Беломорья рубились беспощадно, стремительно, люто. Враги не уступали друг другу в мастерстве, но численный перевес был на стороне Ориджина. Люди Флеминга гибли десятками, батальон сминался под напором врага. С первых минут два войска смешались меж собой, и Перст Вильгельма стал бесполезен: Джо не мог отличить своих кайров от чужих. Но он придумал, как спасти положение. Взяв у Флеминга дюжину бойцов для прикрытия, Джоакин отбежал к реке, по набережной и портовым улочкам обошел противника и ударил сзади. Выбор целей стал прост: видишь спину — значит, видишь врага! «Огонь, — приговаривал Джо, меча пламенные шары, — огонь, огонь!» Кайры Первой Зимы среагировали мгновенно. Два быстрых отряда ринулись в обход, чтобы клещами охватить перстоносца. Прошло несколько минут — и он очутился в окружении. Лишь мужество бойцов прикрытия спасло жизнь Джоакина. С трудом отбившись, он вынужден был отступить. Тем не менее, его атака принесла пользу: она ослабила фланг Ориджина, и Флеминг бросил туда главные силы. Кайры Беломорья пробили порядки противника. Но из-за больших потерь Флеминг не мог продолжать сражение. Использовав возможность, он вывел из боя остатки своего войска и рванулся к замку.