Чтение онлайн

– О, боги! Горстку самострелов вы называете «искровым оружием»? Они ограбили богача в каком-нибудь городке и отняли парочку искр у его стражи. Вот и все! Четыре человечка с самострелами – а остальные пятьдесят тысяч с вилами, косами, серпами… чем там еще владеют крестьяне?

– Лопатами, милорд, – подсказал барон Стэтхем.

– Мотыгами, – добавил полковник Блэкберри.

– Вот видите, – развел руками Эрвин. – Самым серьезным оружием, которое противопоставят нам бунтари, будет плуг с парой волов. Нам придется маневрировать так, чтобы не дать распахать себя насмерть!

Северяне разразились смешками. Генерал Гор вновь покачал головой, но на этот раз промолчал. Он отчаялся пробудить рассудок лорда-канцлера.

– Ступайте, генерал, – сказал Эрвин. – Дайте отдых вашему корпусу. Координация меж вами и новым командующим пока еще не отработана. Сегодня будет лучше, если лорд Нортвуд выведет на поле собственные войска, а не искровые. Вы не возражаете, милорд?

Клыкастый Рыцарь не возражал. Напротив, он обозвал искровиков Короны пугливыми овцами и отказался вести их в серьезную схватку, покуда не убедится в их надежности.

– Воины Нортвуда сделают дело!

– Дааа! – потряс кулаками Дональд.

Деревянно откланявшись, генерал Гор ушел. Иона хотела бы последовать за ним. Она ужасно устала от непонимания и разочарования. Всей душою надеялась, что сей театр кровавого абсурда уже подошел к концу, но и в этой надежде была обманута.

Со странным азартом Эрвин заявил:

– С вашего позволения, лорд Крейг, войска Первой Зимы окажут вам помощь.

– В этом никакого смысла. Нортвуд справится сам!

– Смысл таков. У вас меньше десяти тысяч воинов, у бунтарей – почти восемьдесят. Конечно, они дрогнут и разбегутся. Но вы не сможете эффективно организовать преследование при таком соотношении чисел. Я пошлю с вами кайров не для помощи в бою, а лишь затем, чтобы изловить и наказать всех преступников.

Ионе хотелось выть. Нортвуд поразмыслил и признал аргумент:

– Да, ты прав, нужно всех переловить. Но пусть кайры идут арьергардом.

– Согласен, – кивнул Эрвин. – Ударный кулак войска составят воины Нортвуда. Мы же пойдем следом.

На глазах у Ионы, опрокинутой и раздавленной, мужчины перешли к обсуждению того, каким способом лучше извести восемьдесят тысяч невинных бедняков. Все согласились, что наилучшим местом для сражения будет Святое Поле. Оно представляет собой низину меж двух холмистых кряжей, и бунтари не смогут разбежаться веером во все стороны, а вынуждены будут отступать строго назад. Одного кавалерийского батальона хватит, чтобы обойти их с тылу и отсечь единственный путь к бегству. По части же тактики возникли противоречия. Крейг Нортвуд настаивал на лобовой атаке тяжелых конников, которая сразу сомнет Подснежников и решит исход боя. Стэтхем предлагал сперва нанести дезориентирующий удар с тыла, а когда крестьяне смешаются, бить по фронту. Лиллидей советовал просто вывести лучников на холмы по флангам и расстреливать бунтарей до тех пор, пока они не бросят оружие и не падут на колени. Эрвин поддержал – Иона уже потеряла способность удивляться – Эрвин поддержал Крейга Нортвуда: и вывод лучников на фланги, и тыловая атака требуют затрат времени. Гораздо лучше – быстро и триумфально покончить с бунтом.

– Дааа! – взревел младший Нортвуд.

– Верно говоришь, Ориджин, – покивал старший.

Полководцы Эрвина не были согласны, но и особой опасности не видели: голодные крестьяне вкупе с бедным городским отребьем – стоит ли спорить о тактике боя, если исход в любом случае решен? Расчертив маневры на картах, мужчины покончили с обсуждением.

Эрвин постановил:

– Господа, готовьте батальоны к маршу. Выступаем завтрашним утром. И еще… позвольте оговорить один неловкий момент.

– Милорд?..

– Я не намерен сам возглавлять войска Ориджинов. Будет унизительно для внука Агаты – лично выйти на бой против мужиков.

– Совершенно правильно, милорд. Всецело поддерживаем ваше решение.

– Однако я не смею унижать вас приказом идти в атаку, которую для себя самого я счел позорной. Любой из вас, кто пожелает, может передать командование батальоном офицерам из вассалов, а сам остаться со мною в штабе.

– Благодарим вас, милорд.

– Прекрасно! Я найду для штаба место, откуда сможем наблюдать наш триумф во всей красе. Позаботьтесь о достаточных запасах орджа для празднования.

– Милорд, род графов Лиллидей славится лучшими винодельнями на всем Севере.

– Прошу прощения, граф, но род Блэкберри никогда не согласится с вашим заявлением.

– Судари, немедленно после победы мы разрешим ваш спор путем дегустации! А теперь, коль все решено…

Иона поднялась и тихо кашлянула.

– Да, милая сестричка?

Глаза Эрвина блестели азартным огнем, улыбка сияла предвкушением. Именно радость брата – такая неуместная, абсурдная, жестокая – придала Ионе решимости.

– Господа, вы идете убивать людей…

– Мы же кайры, миледи, – ответил Стэтхем.

– Вы идете убивать несчастных людей, доведенных до отчаянья бедностью, поборами, голодом. Вы идете убивать тех, кто пришел умолять вашего лорда о справедливости.

– Сестра, ты неправильно…

Она нашла в себе силы перебить брата:

– Скажите, кайры, нашли бы вы радость в победе над безоружным? Стали бы рубить хворого, лежащего в постели? Вышли бы на поединок против слепца?.. Те люди, что зовут себя Подснежниками, слабее безоружного кайра. Они несчастней, чем любой из нас в день самой тяжелой хвори. Они настолько темны и наивны, что видят мир хуже слепого. Почему же убийство этих людей радует вас? Те из вас, кому случалось топить котят, – радовались ли этому?! Господа, умоляю: остановитесь, задумайтесь! Что же вы творите?!

На полминуты она заморозила их. Ионе представилось громадное колесо: наскочив на камешек, оно выпрыгнуло из колеи… но теперь неумолимо сползает обратно.

– Миледи, жизнь мужика не имеет особой ценности. Не стоит мерить их вашими высокими мерками.

– Не забывайте, леди Иона: крепость государства порою требует жертв.

– Вспомните: подлые ничтожества убили парламентеров, они сами поставили себя вне законов войны.

Иона всплеснула руками:

– Да не знают они никаких законов войны! Они бесчестны не от подлости, а от невежества! Несколько крестьян по глупости сделали выстрел – а вы обрекаете на смерть всех! Поймайте и казните убийц, но выслушайте остальных! Если щенок от голода укусит вас за палец – вы накормите его или утопите весь выводок?!

– Миледи, грязное тупое отребье не заслуживает сравнения со щенками. Собака – благородное существо, чего не скажешь о мужике.

Иона заметалась взглядом в тщетных поисках поддержки.

– Эрвин!.. Джемис!.. Хоть вы же понимаете меня?!

– Я служу герцогу, миледи, – угрюмо сказал младший Лиллидей. А герцог лучезарно улыбнулся:

– Сестричка, не представляю, как столь огромное сердце помещается в девичьей груди. Твои чувства сделали бы честь и Праматери Глории.

– Забудь о моих чувствах, забудь обо мне! Подумай о тех, кого обрекаешь на смерть! Эрвин, любимый мой, когда же ты научился быть безжалостным?