Чтение онлайн

– Это я слушаю тебя! Прогремела на весь мир. Мне сейчас таких трендюлей дали… Я так и знал, что все этим кончится, - кричал шеф.

– Так фамилию же мою и имя не сообщали, - оправдывалась женщина.

– Где ты эту карту взяла? Нас ФСБ достала уже.

– Военная тайна! Сами не работают и другим жить спокойно не дают. Я за эту карту сто долларов заплатила, так что министерство мне должно и с процентами.

– Ага! Приедешь, получишь все сполна! – грозился шеф.

– А я в скором времени к вам и не собираюсь. Раньше, чем через две недели не ждите, а к тому времени все забудется.

– А чем ты занимаешься? – спросил Ильич.

– Везу доктора домой! Вот пристрою его в надежные руки и приеду.

– А сам он не может ехать?

– Нет, он ранен и за ним нужен уход!

– Ты что, в медсестры к нему нанялась? – сердился шеф.

– Хуже, в сиделки, - иронично ответила она.

– Марина! – грозно сказал Ильич.

– Ну, чего еще, Ильич? Нет бы, похвалить человека, премию выписать и так далее, а вы сразу лицом о стол… - делая обиженный вид, сказала Марина Павловна.

– Ладно! Не обижайся. Твой «одноклашник» сегодня такой разгон всем устроил и обещал уволить всех…

– … и набрать женщин! – добавила она.

– Вот именно!

– Ильич! Я за тебя замолвлю словечко! Будь здоров!- пожелала она и выключила телефон. Улыбка играла на ее лице.

– Случилось что? – спросил доктор.

– Народ недоумевает, откуда у меня карта с дислокацией боевиков? Я же не могу им объяснить, что она с неба упала. Купила я ее, купила за сто баксов! Такова цена семи жизней! Грустно, правда?

– Но ради них вы тоже рисковали своей жизнью, - сказал доктор.

– Ой! Не смешите! Я спала в машине под штабом, как бурый медведь в берлоге, когда базу штурмовали. О каком риске вы говорите?

– Но даже ехать такую даль на машине, уже риск!

– Доктор! С нами Бог, вы это понимаете?

– Конечно! Он и со мной был в землянке в самый трудный момент. Я чувствовал Его живое присутствие и даже взгляд ощущал на себе! У меня исчез всякий страх! – задумчиво ответил доктор, вспоминая тот момент.

– Это было впервые с вами?

– Так реально, впервые, - искренне сказал он.

– А я верю и знаю об этом постоянно. Сказал же Господь в Евангелии, что если будете иметь веру хоть с горчичное зерно, то и горы сможете передвигать. Мне так хотелось иметь такую веру!

– Чтобы горы двигать? – пошутил доктор.

– Чтоб таким, как вы помогать! – обижено сказала Марина Павловна.

– Простите! – покраснел он и стыдливо опустил голову.

– Уже простила. Сегодня ранним утром наши еще четыре базы боевиков разнесли в пыль. По радио сообщили… - тихо произнесла тетушка и глубокий вздох вырвался из ее груди.

– Здорово! Это они все по той карте работали!

– Наверное… - предположила Марина Павловна.

– Может, еще заложников из плена освободили?

– Вполне возможно. Вот радость, да?

– Не то слово, - вздохнул доктор и задумался снова, вспоминая плен.
– А можно вам задать один вопрос? – как-то робко обратился он через некоторое время.

– Можно хоть десять, я отвечу…

– А что двигало вами, ехать в Чечню? – задал вопрос доктор, не глядя на Марину Павловну, словно уже знал на него ответ.

– Хотите честно? – улыбнулась она, понимая, к чему в таких случаях может клонить мужчина.

– Да! Хочу! – искренне заявил он.

– Любовь, доктор, любовь! – ответила Марина Павловна, едва сдерживая себя, чтобы не рассмеяться. Он опешил от такой откровенности и долго не знал, что сказать.

– Так вы… влюблены? – не очень уверено спросил хирург.

– Конечно! – призналась она.

– А я этого не замечал? – совершенно серьезно произнес Игорь Николаевич.

– Правильно! Я же люблю евангельской любовью! – выпятила тетушка нижнюю губу.

– А это как? – искренне удивился доктор. До сих пор ему казалось, что о любви он уже знает все…

– Просто - любовь к ближнему, как к самому себе!

– А вы себя любите? – поинтересовался доктор.

– Еще как! Разве не видно? – недоумевала Марина Павловна со свойственной ей иронией.

– Да нет. Я бы даже сказал, что вы аскет, - вынес свой вердикт эскулап.

– Верно! Я не люблю излишеств, хотя и могу себе многое позволить. Но я люблю себя, как Божье творенье, уникальное, индивидуальное и неповторимое. Любить себя, это значит - проявить во вне то лучшее, что в меня заложено Творцом, чтобы и другим это приносило радость. Вот вам радостно оттого, что я проявила заботу о вас? – спросила она, глядя на доктора в зеркало.

– Сначала это было странно и непривычно, даже пугало, а сейчас очень радует, - честно сознался он.

– Это и есть евангельская любовь, когда ты ближнему делаешь добро. А вы что подумали? – хитро прищурила она глаза. Доктор покраснел за свои мысли.

– Ох, и дурак же я! – признался он чистосердечно.

– Вы далеко не дурак, но так вас воспитали родители и общество, - успокоила она доктора и включила приемник. - Посмотрите, пожалуйста, по карте, где мы сегодня остановимся ночевать. Проедем еще километров шестьсот. Дорога более-менее нормальная. – Доктор включил компьютер и рассчитал маршрут, обозначил место остановки.

– А как вы узнаете, чего хочет от вас Бог? – неожиданно спросил доктор. Марина Павловна призадумалась, как бы попроще доктору растолковать столь деликатную богословскую тему.

– Существует три типа воли; Божественная, человеческая и бесовская, - начала она.
– Каждое утро я начинаю с молитвы и прошу Бога, чтобы во всем, что случится в этот день, была не моя, а Его святая воля. Поэтому и хорошее и плохое я принимаю, как Его волю и стараюсь за все благодарить. В очень ответственный момент, как в данном случае с вами, я прошу Его дать знать мне, что я должна делать. Тогда Его волю я ощущаю, как необходимость, что-то сделать. Например, ехать в Чечню и все. И я еду! Дальше Он дает мне через ситуацию карту, которую я несу генералу, а он отправляет бойцов на «Крокодилах» и они вас освобождают. В этом случае мы все просто были инструментом в Его руках, - закончила она.