Чтение онлайн

— Кто это с вами?

— Я друг Клеменси, — пояснил Альбус. — Мы учимся вместе. Хотим ее навестить. Как она?

— Разве мальчики и девочки могут учиться вместе? — довольно ядовито ответил паренек. — И у Клеменси не может быть друзей-мальчиков, она приличная девочка.

— Это мой кузен, — нашлась Айла. — В нашей школе два отделения, для мальчиков и для девочек, так бывает. Мы в самом деле очень хотим увидеть Клеменси. Впустишь нас?

Все еще с опаской мальчик отступил и пропустил их в дом.

Клеменси, укутанная в плед, сидела в гостиной, заставленной дешевенькой мебелью, обитой тусклой материей, и сшивала по шву перчатки. При виде друзей она выронила шитье, слабо вскрикнула и протянула к ним руки. Альбус привык к ее бледности и худобе и все же испуганно остановился, гадая, как бы ее обнять, чтобы ненароком не задушить. Айла оказалась проворнее: подбежав к подруге, она присела возле нее и схватила за руки.

— Милая, как же мы волновались, — Айла прижала к губам тоненькие пальчики Клеменси. — Неужели нельзя было известить пораньше… Хоть записку оставить?

Клеменси между тем увидела Альбуса и удивленно приподнялась — очевидно, она была еще слишком слаба, чтобы двигаться быстро. Он сам шагнул вперед и аккуратно обнял ее, погладив по волосам, но брат Клеменси, остановившийся в углу, тут же сердито крикнул:

— Не надо ее обнимать! Она приличная девочка!

Альбусу стало жаль Клеменси еще сильнее — мало ей директора Блэка в школе, у нее и дома имелась его уменьшенная копия. Впрочем, видимо, она не привыкла обращать на брата много внимания: расцеловалась с Айлой, а потом с Альбусом, и извинилась, что не поднялась им навстречу:

— Мама так укутала меня, что я боюсь упасть.

— Ты сильно больна? — тревожно спросила Айла, все еще сжимая руки подруги, но прежде, чем та успела ответить, брат важно изрек:

— Она была при смерти!

Альбус и Айла невольно схватили Клеменси за плечи. Она слегка покраснела.

— Джастин, полно пугать. Мне уже гораздо лучше. Доктор говорит, еще неделя, и он разрешит мне выходить из дому.

— А к весне ты совсем поправишься, — ободрил ее Альбус. — Профессор Кей будет с тобой заниматься. Да и мы тоже не останемся в стороне. В общем, все наладится, а Блэк еще пожалеет о том, что сделал.

Клеменси поколебалась, очевидно, желая о ком-то спросить, но постеснялась присутствия брата. Вместо этого она подняла глаза на Альбуса:

— Ты знаешь, да?

— Знаю, — он многозначительно кивнул.

— Да все знают, — заверила ее Айла. — Ты же написала нам.

— Я бы написала раньше, — Клеменси чуть кашлянула. — Но в школе меня торопили и не разрешили оставить записку, а у Нэнси писать было не на чем. Но я думала, она…

Айла сердито нахмурилась, Альбус смущенно заерзал:

— Так вышло, что мы и не подумали у нее спросить. Смех, да? А кстати, как же ты нашла ее?

«И как ты умудрилась не замерзнуть?»

— Когда я… — Клеменси явно спохватилась, чуть о чем-то не проболтавшись. — В общем, в Лондоне я сначала хотела найти констебля, чтобы он меня забрал в участок. Сами понимаете, там хотя бы тепло. Но в одном из окон я заметила Нэнси и решила попроситься к ней. Она была очень добра. Да, вы ведь останетесь на ленч? — торопливо прибавила девочка. — Скоро должны вернуться родители, они рады будут вас увидеть.

— А тебе не пора в постель? — тут же вмешался Джастин. — Доктор говорил, что тебе нельзя пока вставать слишком надолго. А ты уже три часа на ногах.

Клеменси жалобно на него посмотрела:

— Но я так соскучилась по друзьям…

— Я провожу тебя в комнату и посижу с тобой, — успокоила ее Айла. — А к Альбусу ты еще потом выйдешь. Пойдем, посекретничаем.

Подобрав шитье, она вывела подругу из комнаты, поддерживая ее. Альбус неловко молчал, неприязненная напряженность Джастина начинала раздражать. Он уже хотел выйти на улицу, чтобы не спровоцировать как-нибудь ссоры, но тут вновь зазвонили в дверь — весело, чуть не обрывая шнур. Джастин ушел, и минуту спустя в гостиную ввалилась разом, как показалось Альбусу, уйма народа. Лишь через некоторое время он разглядел, что вошло всего четверо: высокий рассеянный человек, маленькая кругленькая женщина и две белокурые девочки — одна лет десяти, другая не старше восьми.

— Какой мороз на улице! — воскликнула женщина и растерла щеки. — Пойду немедленно разогрею нам чай. И непременно нужны гренки. Так, а это кто? — заметила она Альбуса. — Эдмунд, это твой ученик? Я его что-то раньше не видела.

— Это кузен подруги Менси, — пояснил Джастин. — Они обе сейчас у сестры в комнате.

— Правда? — подпрыгнула девочка, казавшаяся младшей и бывшая, очевидно, самой красивой в семье. — Я хочу посмотреть, какой стала подруга Менс! Мамочка, можно мне пойти к ним?

— Погоди, Вив, отнесешь им чаю с гренками. Да, молодой человек, — спохватилась миссис Йорк, вновь взглянув на Альбуса, — зуб даю, что вы очень голодны. Да-да, я знаю. Ученики моего мужа, ваши ровесники, всегда голодны, как волки. Ничего, для вас мы разогреем картофель и достанем солонину. Оливия, за мной!

Вместе с очень похожей на нее толстушкой Оливией миссис Йорк скрылась на кухне. Альбус благодарно улыбнулся им вслед. Тем временем мистер Йорк, опустившись в кресло и закинув ногу на ногу, стал разглядывать Альбуса с той невольной бесцеремонностью, которая свойственна очень близоруким людям.

— Ваши родственники, родители мисс Хитченс, вытащили мою дочь с того света, — медленно проговорил он наконец. — Я не знаю, что произошло — знаю только, что ее исключили. Однако передайте, что я им благодарен.

— Передам, — просто ответил Альбус. — Мы и дальше Клеменси не бросим. Можете не беспокоиться. С ней будет заниматься учитель из нашей школы.

— Это хорошо, — согласился мистер Йорк. — Девушке очень нужно образование. Да, в общем, любому человеку оно нужно.

Джастин, фыркнув, вышел из комнаты. Отец не обратил на него внимания.

— Вы знаете… — мистер Йорк обвел комнату расфокусированным взглядом, напомнившим Альбусу взгляд Лэма в минуты задумчивости. — Я думаю, скоро наступит такое время, когда не иметь образования будет постыдно.

— Это правда, сэр! — одержал Альбус. — Наука…

— Дело не только в ней, — мистер Йорк взмахнул руками. — Образование помогает поддерживать в себе достоинство. Вы можете представить, чтобы человек, по-настоящему хорошо образованный, унижался? Допустим, льстил начальству и делал подлости товарищам, чтобы заработать чин?