Полёт над бездной
Шрифт:
7
– Мы прошли целый путь, а я не знаю, как тебя зовут… – произнёс, будто спохватившись или решившись, мастер единоборств, когда оглянулся, заметив, что они прошли уже целую половину центральной улицы деревни.
– Диана, – отвечала красавица, в который раз одаряя слух красиво приятным, мелодичным тоном голоса, за ответом следовал вопрос, такой же краткий, как ответ, – А тебя?
– Джэбе.
– Тебя назвали в честь полководца Чингисхана… – такова была мгновенность реакции красавицы.
– Может быть. Мой отец был историком, преподавателем на кафедре…
Стоило ей призадуматься пока лишь на миг перед расставанием. Был историком…, был преподавателем на кафедре…, был…, и был родом из этой деревни…
Вечером он шёл в сельский клуб с явным воодушевлением. Не то, что он пригласил, не то, что договорились, хотя, что-то было близко к этому…
В клубе не стоило труда увидеть, заметить её: всё-таки сильно отличалась от деревенских девчонок. Она была вместе с родственницей. Потому пока прошёлся скромно (всегда он был скромен, да какая там афиша, реклама, когда вся округа знает его силу воина, его дух воина, и потому уважение…) в отдалённый угол, где уже было приготовлено для него кресло в единственном числе, а так одни стулья, да скамьи.
«Диана, но не в честь же той принцессы из королевской семьи Великобритании. А то как-то печально кончилось тогда, и весь мир узнал. Но это было давно, до их рождения. Лучше бы не в её честь. А имя как раз под стать ей…» – таковая мысль не в первый раз посетила, когда немножко вальяжно развалился в кресле, стараясь как бы исподволь опять взглядом увидеть красоту, над которой ох как щедро постаралась сама искусница природа, а то ведь за полем разговора был, как никогда, воодушевлён, увлечён рассказом…
Да, идеальность торжества симметрии. Видимо, красота и движется к такой идеальности. И торжество здоровья. И торжество юности девичьей.
Его раздумья прервала очередная музыка. Парни приглашали на вальс, на танго девушек. Но её не пригласили. Видать, слух вовсю прошёлся по селу. Но ведь он никакой не злодей. Все же знают. Если быка на бойне валит одним ударом кулака да с летальным исходом, чем обухом топора, так ну и что. Сами зовут.
Он не пригласил её на танец, оставаясь вдалеке, в укромном углу усевшись, развалившись в кресле.
Никто её не пригласил на танец, она не расстроилась, как-то понимала, что это связано с ним. Что ж, слух на селе развит, к вечеру её родственница знала, что попутчиком у неё от тракта до деревни был вот этот самый монстр единоборств, о котором так уважительно отзываются в деревне. А ведь никто из «золотой молодёжи» не удостоен такого уважения, и не удостоится. Знала родственница, знали все, что уж очень разговорчив был этот властитель невероятной силы, весь лучился, таким его вроде бы никогда не видели.
Заиграла, взорвалась очередная музыка темпом бурным, стилем диско, что намного быстрее всполохи огней цветомузыки, их переливчатость. И парни, и девушки будто ринулись в бушующие волны цветомузыки от музыки диско, но не все, остались некоторые на скамьях у стены, и она осталась, увидев мельком, что там вдалеке в углу этот мастер рукопашного боя также оставался в кресле, вальяжно важно развалившись. Да, понимала, уже слыша она, что уважаем, авторитетен этот человек, осанкой, фигурой точно напоминающий ей того великолепного киноактёра, что так запал ей в душу тогда, когда подростком училась в девятом классе.
Ещё немного времени в темпе диско по пространству сельского клуба, как вдруг сторонились в сторонку лихо танцующие парни, да и девушки тоже, ибо выходил в круг вот этот самый парень – владеющий арсеналом каратэ, айкидо, владеющий арсеналом единоборств. Да, он выходил на середину танцующего зала, а сидящие вдоль стен на скамьях оживились, в глазах так и вспыхнули огни азартом рьяным. И родственница рядом тоже в ожидании представления образом фееричности, как предполагалось. И потому она была также увлечена общим истечением эмоций. Но что предстоит? Она не знает, пока не знает…
Он начинал танец, и пошло, поехало, да так, что остальные превращались в ассистентов и не более.
О – о, это была игра пластики от короля движений, будто снизошёл до сельского клуба уж истинно профессиональный танцор, которого до этого лишь видели, лицезрели на экранах телевизоров, когда зажигал на аренах ох далёко больших городов мира. Фейерверк эмоций, музыки, цветомузыки бешенством стиля диско сотрясал сельский клуб никак не хуже дискотек, городских дискотек. О, какая грация в виртуозности, в лихой ритмике экстаза, в окрылении вдохновения, когда кумир молодёжи ввергался в залихватский танец и волнообразностью движений тела, и ног, ступней барабанной дроби, и феерией статно под музыку очерченных линий! И вот совсем расступались рядом танцующие, что выглядели бледно на таком фоне фейерверка сотрясающего танца от этого парня, что быка на бойне одним поставленным ударом свалит.
Плавность движений и чуть замедленная барабанная дробь пластичных ног было началом на этой территории ох буйно резвого танцполя. И вот момент кульминации – парень именем Джэбе прыгнул, вспрыгнул высоко спиной вперёд, мгновенно в воздухе всем телом очертив, нарисовав, сделал сальто назад бэкфлип и приземлился не на паркетный, деревянный пол пластикой, мягкой упругостью кошки: такой образ вполне подходил. Элемент на уровне кандидата в мастера спорта по спортивной гимнастике, акробатике и был изюминкой, этаким гвоздём программы, что сразу взорвались аплодисменты от всех на территории сельского клуба. Диана единственная не зааплодировала в ладоши, но в душе так и вспыхнули, запылали аплодисменты, возгораясь, разгораясь восхищением. И как-то понимали все вокруг, что исполнено всё это для неё…
Следующим танцем дискжокеем был объявлен белый танец. Девушки приглашали юношей, к нему подошла девушка, что была на селе такой активисткой: студентка университета на заочном обучении. Диана никого приглашать не стала, стараясь не сильно всматриваться туда, где вальсировал кумир молодёжи.
Любопытство брало верх. Мастер единоборств и в вальсе был силён всё той же пластичностью, за которой укрывалась невероятная сила. Девушка что-то говорила ему, и он что-то говорил ей, прильнуть бы ухом, навострённым слухом, но расстояние до них и музыка, а любопытство брало верх. И вдруг что-то такое не резануло, не вонзилось, но по сердцу будто тенью налегла некая эмоция ли таким обременительным грузом. Что это такое? Неужели…, неужели это ревность, но ведь они никто друг другу, и нет никаких обязательств и всего прочего. Такое случилось с ней впервые. Но как? Почему?
Следующий танец стилем диско был опять темповым. Зажигались местные деревенские ребята под такт весёлой музыки, а ведь некоторые из них студенты и не только в Улан-Удэ их альма-матер, приехали домой на летние каникулы. Но, конечно же, после такой ошеломительности пластично лихо залихватского танца кумира молодёжи их исполнение выглядело неказисто бледно, этакой тенью и не более.
За этим танцем последовало следующий танец, то ли танго, то ли вальс. И опять юноши приглашали девушек, и опять никто не подходил к ней. Нет, конечно же, нет, никакой грустью не навевало. И всё же…