Чтение онлайн

– Ну вот, проходите, располагайтесь. Здесь тепло.

– По какому праву Вы привели меня сюда против моей воли?! – возмущенно выпалила Нея. Она очень испугалась, понимая, что оказалась во власти совершенно незнакомого человека, и никто не придет ей на помощь.

Он лишь презрительно улыбнулся, пожав плечами.

– По какому праву?.. Что-то юридическое… А, полагаю, Вы хотите призвать меня к ответу через суд?… Ну, скажем, по праву хозяина этого дома, куда Вы вторглись, кстати говоря, без моего разрешения, а стало быть, нарушив мои права собственника, и, потому, я имею право наказать Вас.

– Но я не знала…

– Это не оправдание. Даже если Вы не знали, что нарушаете правила владения собственностью, Вы должны были отдавать себе отчет в том, что нарушаете правила морали. Вы – незамужняя молодая девушка – согласились последовать поздно вечером за молодым мужчиной в его комнату. Вы не дитя, и должны понимать, что у такого поступка, как правило, бывают серьезные последствия. Если только вы не аморальны по своей сути, и не надеялись извлечь от этого выгоду.

Она покраснела, сжала кулаки. Гнев придал ей сил.

– Вы правы, это был глупый поступок. Я… просто не решилась отказать человеку, который был внимателен, даже добр ко мне, и заслуживал моей благодарности. Глупый, неосторожный поступок, но не ничего плохого у меня и в мыслях не было, поверьте! И уж меньше всего я хотела побеспокоить Вас.

–Тем не менее, побеспокоили. И потом, я не могу точно знать, что было у Вас на уме. Я ведь появился так не вовремя, возможно, нарушил ваши планы по совращению Виктора…

–Нет!

Он тихонько засмеялся.

–А Вы, пожалуй, забавная!

–«Забавная»? – возмущенно переспросила Нея, по-прежнему, пламенея.

– Да, забавная, – неплохо меня развлекаете. Сколько Вам лет? Надеюсь, уже совершеннолетняя?.. Поверю, пожалуй, вид у Вас хоть и не опытный, но и не настолько глупый. Кем Вы работаете? Вы ведь не на попечении родственников, я полагаю, раз ходите одна по театрам в такую пору?

Ее гнев не тронул его ни капельки, он оставался насмешлив, холоден. Нея решила сменить тактику, быть покладистой, лишь бы он ее отпустил.

– Я работаю помощницей продавщицы в магазине одежды, тут недалеко… Послушайте, я приношу Вам свои извинения, я действительно поступила опрометчиво, и побеспокоила Вас напрасно… Простите меня, смею заверить Вас, больше этого не повториться. А сейчас мне нужно идти, завтра рано вставать на работу. И прошу вас, не наказывайте Виктора. Это было ошибкой и с его стороны. Он в этом раскаивается.

– Раскаивается?!.. Ха! Уж кто-кто, а он-то знал правила этого дома. Он поступил так намеренно. Это своего рода протест. Довольно детская реакция с целью привлечь внимание. Мое наказание будет связано с его игнорированием, это всего больнее в этом случае. Кстати, уверен, ему больше хотелось позлить меня, чем соблазнить Вас.

– Даже если так…

– Даже так?! О, так Вы в него влюблены? В это маленькое эгоистичное ничтожество? Ведь он воспользовался Вами, и только что предал Вас!

Она смешалась – Александр был убедителен. Но все же ему она верила куда меньше, чем Виктору.

– Даже если так, он раскаивается в этом, я уверена.

Он засмеялся:

– О, перед нами идеалистка!.. впрочем, это не редкость меж девушками ее возраста, читающими романы и оттого, да еще от молодости и надежд, романтически настроенными, и свято верящими в светлые идеалы гуманизма. Надо же выдумать такое – мужчина раскаивается в том, что отдал влюбленную в него девушку во власть другого!.. Защищать, оправдывать подлеца, труса, предавшего тебя, так невыразимо глупо!.. Чтож, и ваши хрустальные замки рано или чуть позже будут разбиты. Кто-нибудь познакомит вас с реалиями этого насквозь прогнившего мира. Это было бы интересно, наблюдать такое перерождение – услышать, что Вы тогда скажите о Викторе и ему подобным!.. Любой мог бы взять на себя подобную миссию, может быть даже…я. Если сочту вас достойной потраченной энергии, разумеется, поскольку теперь я стал довольно ленив… Думаю, это из-за погоды в этом разлагающемся городе. Впрочем, какой город не разлагается?! Все они отличаются лишь скоростью разложения. Мегаполисы гниют быстрее, слишком много людей, слишком много излишеств, слишком много пороков … Но я не об этом.

Он усмехнулся, рассматривая ее со всех сторон.

– Обычная. Куда смотрел наш Виктор?.. Мне казалось, он претендует на некоторый вкус…

– Послушайте, я должна идти. Прошу вас, покажите мне выход!

Он словно и не слышал ее слабого голоса, по-прежнему беседуя сам с собой.

– Фигура слишком обыкновенна, чтобы претендовать на привлекательность, лицо тоже весьма заурядно. Глаза небольшие, избитого карего цвета, рот совсем средний с нечетким контуром губ. Нос куда ни шло, но зубы недостаточно белоснежны на мой вкус. А вот и явный недостаток – бровей почти нет! Да и ресницы коротки. И эта бледность… Ни задоринки, ни смуглинки… Удивительно, и это при том, что цвет волос и глаз такой темный!.. Впрочем, кое-что все-таки есть: волосы очень мягкие! Нежнее шелка, хотя признаю, сравнение избито. А кожа?..

Тут он провел пальцами прямо по ее шее, она вздрогнула, но не смогла отстраниться. Он словно околдовал ее, кружа вокруг и рассматривая своими черными глубокими глазами.

– Да!.. Так я и думал: все дело в коже – она не просто белая, как мне показалось вначале, она вся светится изнутри, а на ощупь – не бархат и не атлас, нечто среднее, пальцы словно погружаются в ее персиковую мягкость, и в то же время скользят, как по озерной глади…

Он внезапно остановился и заглянул ей в глаза. То ли оттого, что он внезапно прекратил кружить, толи от его чар, она почувствовала, что беспомощно проваливается в глубину его взгляда, гораздо стремительней, чем он погружается внутрь ее собственного.

У нее закружилась голова – и она зажмурилась. И он, усмехнувшись, предложил ей сесть в кресло и налил вина, стоявшего на столике с подсвечником.

–Выпейте.

Она боялась пить, хотя красное вино так соблазнительно переливалось темным рубином в запотевшем хрустальном кубке, а горло покалывало от жажды.

– Это только вино, и совсем не крепкое. Я и в мыслях не держал вас опоить! Поверьте, я использую совсем другие методы для обольщения.

Он улыбнулся насмешливо и отстраненно, и она поверила. Еще бы!.. Он был весьма самоуверен. А эта насмешка, надо признать, попадала точно в цель, задевая ее гордость. Она отпила, чтобы не показать, как сильно она боится.

Вино оказалось на вкус удивительным. Вкус свежих виноградных ягод и смородины, сменил вкус леса, сладких луговых цветов, запах нагретых камней, мягкого седого мха, потом теплого песка, утреннего моря, и неспокойного ветра далеких гор. Запахи и вкусы, словно приносимые волной сменяли друг друга, заставляя переноситься мыслями в иную реальность.

– Я вижу, вы можете стать ценителем хорошего вина! – произнес он задумчиво, поглядывая на нее из другого конца комнаты, – Если поучитесь. Думаю, из трехсот двадцати ароматов и вкусов, шесть-семь вы точно уловили. Неплохо для зеленого новичка. Очевидно, один из ваших скрытых талантов. Но вы так молчаливы! Не могу дождаться, когда вы перестанете дичиться меня. Ну?.. Все еще боитесь?

– Я никого не боюсь, – отвечала она довольно твердо.

– Напрасно, – он вдруг стал очень строг, – Страх – важная часть жизни. Человек рождается со страхом смерти, живет с ним всю жизнь и в результате счастливцам удается развить в себе лишь одну единственную защитную реакцию – способность любить. Да, это смешно, но из всех чувств только любовь может противостоять страху и даже победить его. Правда, далеко не все люди способны на сильное чувство. Зато, только такие и живут, все остальные всю свою жизнь постоянно прячутся от собственных страхов, которые все время множатся от материнского страха смерти, и жестоко преследуют свою жертву. Рано или поздно, они загоняют ее в угол. Там, в углу, эти люди и умирают. Без достоинства, как правило. Жалкое зрелище, впрочем, как и вся их жизнь. Ну а вы, смотрели когда-нибудь честно в лицо своим страхам?