Чтение онлайн

— Глубокая рана, нанесенная мечом, он потерял много крови. Я постаралась остановить кровотечение, но он без сознания уже несколько минут.

Врач благодарно на меня посмотрел, он бы понял, что с ним произошло, но это заняло бы время, которого у Кристиана не было. Мэйс и Томас не могли ничего вымолвить, переживая за своего друга. Возможно, учеба у мамы сделала меня спокойной в таких ситуациях, а возможно те смерти, которые я видела, повлияли на это.

— Проснётся — убью. — я сказала это лишь потому, что была зла на него за эту бессмысленную драку, которая не должна была состояться.

— Может, тогда мне его не лечить? — я извинилась перед доктором.

Он кивнул мне, продолжая работать, а я наблюдала, пытаясь понять, насколько всё плохо. Я не хотела, чтобы он умирал, но пока они дрались, я искала причину столь нелепого конфликта между братьями. И как бы я не отторгала эту мысль, отчасти я понимала, что я виновата в этой битве. Я надеялась, что всё обойдётся, что Кристиан сейчас откроет глаза и отругает нас за то, что мы прохлаждаемся в рабочее время. Но когда доктор грустно посмотрел на нас, я не могла в это поверить.

— Случайно, ваши наконечники не были пронизаны ядом? — я вспомнила, что из-за войны некоторые из мечей промазывали ядом, чтобы у противника не оставалось шансов. Томас закрыл рот рукой, понимая, что сейчас его друг умирает. Осталось каких-то нескольких минут перед тем, как яд доберется до сердце и убьёт носителя.

— Он умрёт? — я заметила в дверях Филиппа, который чуть ли не сходил с ума.

Всеобщее молчание было кратким и четким ответом для него. Он сел на пол, закрыв лицо руками. Его тело тряслось от понимания того, что он только что натворил. Возможно, это была его первая смерть. Смерть брата. Но в этот раз я просто не могла его поддержать, потому что в его глазах был гнев, даже когда Кристиан упал с раной на теле. Никакого раскаяния или же сочувствия. Его отец был в ярости от его поступка, и мы в этом подтвердились, когда он вошёл.

— Филипп, мы с тобой потом поговорим. Мы перестраховались и захватили с собой человека, который может помочь. — я перевела взгляд на женщину, уже пожилую, которая вошла в комнату следом за бывшим правителем.

Доктор отошёл в сторону, давая место, чтобы эта женщина присела рядом. Томас и Мэйсон качали головой, не в силах поверить в то, что сейчас должно было произойти.

— Если вы не хотите это видеть, то вы можете выйти. — доктор обратился к нам. В голове проносились мысли, которых быть не должно. Но несмотря на это я осталась стоять, глядя на эту женщину, которая возродила столько воспоминаний в моей голове.

— Джесс, может, ты вый… — один взгляд в сторону Мэйсона заставил его замолчать.

Я смотрела прямо перед собой, пытаясь отключить все чувства. Я помнила, как именно так лишилась матери, но ещё я помнила, как отец учил меня всегда сдерживать эмоции при других. Женщина коснулась раны и медленно начала падать на кровать, как будто просто засыпала. Теперь я хотя бы знала, что моей мамы было не больно, она просто заснула… навсегда.

Я стояла, смотря на то, как грудь Кристиана снова начала подниматься, все в комнате выдохнули. Отец вместе с Филиппом вышли из комнаты, и их громкие голоса были слышны уже через пару секунд. Томас и Мэйсон вышли за дверь, как и доктор, который помогал вынести тело той женщины. Я подошла, присев около парня, который мог праздновать сегодня свой второй день рождения.

…

Я почувствовала, что он шевельнул рукой, поэтому открыла глаза. Я совсем не заметила, как заснула рядом с ним. Он посмотрел на меня со своей фирменной ухмылкой, которую я слишком часто видела.

— Привет… — он улыбнулся, а я, вспомнив, что здесь произошло, не смогла ответить ему тем же. — И долго я пролежал в таком состоянии?

— Без рубашки или в отключке? — я встала, что сменить повязку, которая вновь пропиталась кровью. Встречаться взглядом с парнем не хотелось, поэтому я старалась делать всё, чтобы не смотреть ему в глазах.

— А я тебе таким больше нравлюсь?

— Я пришла только повязку сменить. — новые бинты обтягивали кожу, а старые валялись в тазе с водой. Я старалась отмыть от них кровь и мази, но дрожащие руки только расплескивали воду на тумбочку.

— Неужели? А мне показалось, что ты была здесь всё это время.

— Многое может показаться, когда ты умер. — его взгляд стал испуганным. Он попытался встать, но я его заставила лечь на кровать.

— Это значит…

— Да. — я отвечала холодно, и он понимал причину. — С днём рождения.

Я захотела уйти, но он схватил меня за руку, пытаясь остановить. Перед глазами вновь всплыла картина, когда женщина без всяких слов отдала свою жизнь. Отдала свою жизнь за правителя, которому служит.

Я понимала, что это её долг, на который она осознанно шла, когда выбирала профессию. Но я не могла смириться с тем, что правители могли позволить себе такую роскошь, как воскрешение, а простые смертные, которые теряли близких от войн, организованных этими же правителями, не имели возможности прожить больше, чем одну жизнь.

— Я не хотел…

— Из-за вас, Ваше Высочество, умерла женщина, и это будет с вами до конца жизни. — на моём лице было написано презрение, которое он сразу же увидел. Я вырвала руку и вышла за дверь.

— Джесс. Джесс! — я слышала, как он звал меня, но не могла ничего сказать ему, потому что чувствовала, что сорвусь.

Я зашла в свою комнату, заперев дверь на замок, и опустилась на пол. Слезы катились непроизвольно, я хотела кричать, но боялась, что стены этого внушительного замка не выдержат этого. Я не выдерживала…

…

Я сидела около зеркала, убирая последствия истерика, которая длилась не знаю сколько времени. Мой спортивный костюм для тренировок был уже готов, поэтому мне не оставалось ничего сделать, кроме как надеть его. Я встала, осмотрев себя, теперь я больше была похожа на ту, которая приехала сюда. Я расслабилась, забыв, что этого ни в коем случае нельзя делать.

— Джесс… — я заметила в дверях Томаса. — Как там Кристиан?

— Я всё скажу через пару минут, иди к своим солдатам. — я повернулась к нему, скрывая всю ненависть к правителю этого двора.

Он улыбнулся, покачав головой, как будто не понимал, что здесь делает. Я подошла к нему, смотря прямо в глаза. Они на удивление были совсем другие. Не жесткие и холодные, как у Кристиана, не веселые и шумные, как у Филиппа, а спокойные. Как будто они говорили, что ты будешь в безопасности всегда рядом с этим человеком.

— Томас, что-то случилось? — его глаза весело сверкнули.

— Знаешь, на самом деле я хотел спросить, как ты? Я видел, что ты за него переживала. И за ту женщину тоже. — я опустила взгляд.