Чтение онлайн

…

Пока её осматривал доктор, мы с командирами стояли за дверь, потому что нас буквально выгнали оттуда. Доктор долго ругался на нас за то, что мы не хотим уходить, переживая за её ужасное состояние.

— Как ты думаешь, она поправится? — я нервно сглотнул, искренне надеясь, что именно так и будет. Я просто не мог лишиться её, тем более из-за брата. Я бы себе этого никогда не простил.

— Она — сильная. Она справится. — мы переглянулись с Томасом, зная, что этими словами просто пытаемся убедить друг друга в том, что нельзя было предсказать. Если она находится в предсмертном состоянии, то однозначно откажется от такой же помощи, какая была у меня. Она никогда бы не пожертвовала чей-то жизнью, чтобы спасти свою.

Мы заметили, как по коридору медленно идет Филипп, находясь в таком же плохом состоянии, как и Джесс. Круги под глазами, уставший вид, похоже, вызванный несколькими вечерами в барах. Брат хотел войти в комнату валькирии, но мы с Томасом загородили ему дорогу туда.

— Чего ты хочешь? — он посмотрел на меня виновато.

— Поговорить с ней. — после такого я бы тоже хотел извиняться, просить о прощении, даже умолять, чтобы она была милосердна, но сейчас не был готов допустить брата к общению с девушкой, которую он чуть не убил.

— Она не будет с тобой разговаривать. Как минимум сейчас, потому что у неё в покоях доктор. — Филипп сделал такое лицо, как будто не знал об этом. — Из-за тебя она попала в тюрьму, а ты всё это время, похоже, проводил в компании алкоголя.

— Крис… Мне нужно с ней поговорить. Я думал, ты её вытащишь, она же тебе так дорога.

Одним резким движением я прижал его к стене, смотря с ненавистью в глаза. Он виноват в том, что женщина погибла, спасая мою жизнь, он виноват в том, что Джессика сейчас лежит непонятно в каком состоянии.

— Мистер Тейт… — я слышала слова доктора, но до сих пор боролся с желанием ударить брата, поэтому проигнорировал обращение в мой адрес.

— Кристиан, Джессика нас ждёт. — Мэйс положил руку мне на плечо, заставляя меня успокоиться и отпустить брата.

— Да, говорите. — я обернулся, чтобы узнать, что же случилось с нашей девочкой. Все слушали слова доктора, как приговор, потому что мы полюбили Джессику за столько короткий период всей душой и просто не готовы были сейчас расставаться с нашей взрывоопасной, но такой прелестной, командующей.

— Она поправится. — я услышал, как Томас выдохнул, и даже закрыл глаза рукой. — Но у неё до сих пор простужено горло и присутствует истощение. Вы вовремя её оттуда вытащили.

Я облегченно вздохнул, понимая, что ещё несколько дне й или даже часов, и мы бы не спасли Джессику. Она бы просто замерзла бы там, и никакие силы валькирии не помогли бы ей. Обладая различными способностями, для нас не были страшны незначительные травмы, но температура была нам не подвластна.

— Я дал ей лекарства, они помогут ей. Я зайду ещё вечером и завтра. — я пожал руку врачу, который однозначно помог Джессике, за что я был ему безумно благодарен.

— Спасибо. — он удалился, а мы остались стоять в коридоре, пытаясь до конца осознать, что ей больше ничего не грозит. В этот момент Филипп каким-то образом прорвался сквозь нас и влетел в комнату.

— Джесс… — он хотел начать свою тираду о том, как не хотел, чтобы она пострадала, но увидел, как она выглядела… как плохо она выглядела.

Она была бледна, губы сухие, и вид такой, будто её держали в подземелье несколько дней, хотя именно всё так и было. Тело, которое когда-то было сильным и могло без устали тренироваться несколько часов подряд, сейчас давало девушке возможность пошевелиться с трудом. Джессика немного приподнялась, чтобы посмотреть на нас, остановившихся в дверном проеме.

— Про тебя спрашивают солдаты. Мы все переживаем. — Мэйсон решил прервать эту неловкую паузу, за что я был признателен. Я не смог сказать ей, какие мысли посещали мою голову, когда я думал, что она не выкарабкается, когда думал, что я её потерял.

Она показала нам ладонь, а потом указала на часы, давая понять, что ей нужно пять минут. Мы все вышли за дверь, и когда она открылась, то мы увидели не больную Джессику, а охотницу, которая приехала к нам в тот день. Привычная тренировочная одежда, но уже с легкой курткой, и высокий хвост. Если бы не синяки под глазами и её уставший вид, то я бы никогда не подумал, что с ней что-то случилось.

— Пойдёмте к солдатам. — её охрипший голос звучал непривычно.

— Ты должна лежать. — Филипп встал напротив неё, преграждая путь. Девушка подняла на него взгляд, полный желания убить в эту же секунду. В этом наши мысли совпадали.

— Не тебе решать, что я должна делать. — она обошла его, объясняя всем нам, почему она так поступила. — Если я скажу, что была в тюрьме, а моё дело даже не рассматривали, то это сильно ударит по их доверию к вам, Ваше Высочество. Так что ничего не произошло, понятно?

Все молчали переглядываясь. Как бы не хотелось это признавать, но она была права, если кто-нибудь, а особенно солдаты, об этом узнают, то будет недовольство или даже бунт, а этого нельзя было допустить.

— Понятно? — даже с охрипшим голосом она могла внушать страх и уважение. Все кивнули.

— Что ты собираешься им сказать? — она продвигалась медленно, опираясь о Томаса, потому что пока было не достаточно сил, чтобы совершать длительные передвижения самостоятельно.

— Ваше Величество, у вас ещё много заключенных в камерах, не хотите сначала о них подумать? — она ехидно улыбнулась на долю секунды, а потом ушла. Томас и Мэйсон, как впрочем и я поспешили за ней.

Последние несколько дней она пробыла в камере, её там практически не кормили, вода давалась тоже редко, холод истерзал её тело, но она все равно пошла к солдатам, чтобы не разочаровать их. Она хотела, чтобы не было бунта, с котором однозначно пришлось бы разбираться мне. И больше не могло появиться вопросов, за что же мы её так сильно любим.

Джессика

Всё тело ломило, а голова немного кружилась, поэтому иногда мне приходилось пользоваться протянутой рукой Томаса. Я знала, что наша система прогорела, но не думала, что настолько. В тюрьме, пока у меня ещё была возможность осознанно думать и четко видеть, я смогла рассмотреть остальных заключенных. Некоторые просто доживали свои последние дни здесь, но некоторых специально приводили в чувство, заставляя их переживать холод в сознании. И это было крайне отвратительно. Со мной хотя бы так не поступали, давая шанс упасть в забытие.

Доктор дал мне какой-то напиток, который имел невероятное свойство исцелить мой организм хоть на какой-то процент, спасибо нашим магам, но дни, проведенные в этом холодном помещении, на которое, похоже, не до конца распространялась сила Кристиана, убили меня не только снаружи, но и изнутри. Сейчас я вышла во двор, улыбаясь, чтобы никто не увидел, как мне плохо, чтобы никто не подумал об этом, даже я сама.

— Ребята, Джесс вернулась! — Томас прокричал это на весь лагерь, отчего я улыбнулась. Он знал, что сейчас нам нужно привлечь ко мне как можно больше внимания, чтобы все забыли о днях, когда я не присутствовала на занятиях. Многие солдаты приветствовали меня, кто-то подбегал спросить, где я так долго пропадала. Но я умело не отвечала на вопросы, переводя тему. В итоге, они попросили прийти меня на ужин, что я им любезно пообещала.