Чтение онлайн

одного, никто не мог этого дать.

– Я не могу вернуть Жемчужинку из мертвых, - сказала я, а думала еще о Карге, о

мудрости, что она дала мне, я могла выбрать один разум, направить зов на него. Она

проверяла меня, и я призвала не чайку, что хотела схватить рыбку, но сильное существо,

Его. Я сделала невозможное. Почти невозможное.

– У меня есть вопрос.

– Айе?

– Леди, мама Жемчужинки… Течение сказала, что она угасла и ушла. Куда?

Их руки с ложками замерли.

– Далеко, - сказал Постоянный.

– Мы не можем сказать, - ответил Верный.

– Если я верну ее, он проснется?

– Если это его не разбудит, - сказал Постоянный, - ничто не сможет.

– Ты можешь это сделать? – спросил Верный, его голос дрожал от надежды.

– Когда я была на островах, я вызвала существо с силой. Он был связан с Каргой, как

муж. Но когда я сделала это, он был близко, в море. Я нашла путь сквозь воду к нему.

– Нерин, - сказал Постоянный. – Я не хотел тебе говорить, но только Лорд знает, куда

ушла Леди. И он не скажет, пока не проснется. Правда скрыта в нем глубоко, как

сияющий кристалл в камне.

Картинка представилась яркой. Я думала об этом, и ответ пришел с такой силой, что

я вскочила на ноги, чуть не уронив миску с кашей.

– Магия камня! Вот, что он сделал. Прикрепил себя к камню, сделал себя его частью,

спрятал печаль внутри… - Шепот говорил, что камень движется медленно. Но я должна

была стараться, как никогда прежде. – Мне нужна ваша помощь, - сказала я им.

Глава тринадцатая:

Может, я показала уверенность, которой у меня не было, ведь когда я объяснила, что

хочу, не только Двое помогли мне, но и все остальные. Я попросила их передвинуть

Лорда из просторного зала в комнату, что он делил с Леди, он была чуть меньше того зала,

на стенах висели гобелены. По моей просьбе в камине разожгли огонь, масляные лампы

принесли, чтобы прогнать тени. Лорд севера неподвижно лежал на кровати.

Я попросила, чтобы оставили Лорда, Двоих и меня. Нельзя было мешать. Мы вошли

в комнату и закрыли за собой тяжелую дверь.

Постоянный и Верный заняли свои места с копьями в руках. Я встала у кровати

Лорда, обхватила его холодную руку и закрыла глаза. Где-то внутри каменного холода

спящего мужчины была жизнь. Где-то внутри страшного заклинания, что заперло его, был

тот, кто умел любить. Он был хорошим, заслужил верность всех здесь, верность, что

растянулась на триста лет ожидания. Я не звала его, чувствовала, что так нельзя. Но я

могла найти Леди в его мыслях, и если я увижу, что ее возвращение может его разбудить,

я призову ее.

Я долго готовилась, как меня учила Карга: дышала, концентрировалась. Но я

изменила смысл. Я искала не переменчивую воду, а тяжелую сущность камня. Не

танцующую, текучую, а ждущую, замершую. Я не двигалась, дыхание становилось все

медленнее, я искала. В неподвижности, сковывающей Лорда севера, я искала малейшие

признаки движения и перемен. Мудрость севера была не только в камне, но и в земле, а

земля рождала жизнь. Если он был большим камнем, я могла стать растущим деревом, что

пускает глубоко в землю корни, я могла найти секреты в его сердце. Когда я была готова,

я сделала из разума зерно, положила его в мерзлую землю, ветер приносил с гор снег. Я

чувствовала холод. Но побег пробивался, земля смягчалась и теплела вокруг меня, и

тянула тонкие корни в почву, выталкивала зеленый побег в воздух.

Я жива. Я расту из земли. Я – пробуждение души Олбана.

На меня падал дождь, меня качал ветер, мои листочки обрывали проходящие козы.

Проходили временя года, и я пускала корни все глубже, находила путь между камней,

крепко держалась, привязывала себя к месту. В моей кроне гнездились поколения птиц.

Куницы лазали по моим веткам, растили детей в дупле. Осень за осенью мои листья

меняли цвет, высыхали и падали к моим ногам. Мои зерна уносил ветер, птицы и

насекомые, мои дети росли, закрепляясь в почве. Весной за весной появлялись новые

листья, свежая зелень надежды. Король и атаманы ехали мимо меня на гордых конях,

овцы паслись вокруг меня, фермеры и пастухи отдыхали в моей тени. Волшебный народец

тоже приходил, они танцевали вокруг моего ствола, делали короны из моих листьев, жили

на моих ветках. Они уважали мои дары.

Я была старой по человеческим меркам. Моя сила угасала, насекомые ели меня

изнутри, ветки обламывали осенние ветра. Буря сгибала меня. Я прижималась к юному

дереву, выросшему из моего зерна. Меня окутывал мох. Маленькие существа укрывались

в моей гниющей древесине. Жуки жили на моем большом теле. В смерти меня окутывала

жизнь. А под землей, в пещерах Олбана, мои корни все еще крепко держались.

– Тебе не кажется, - прошептал кто-то, - что на его щеках словно появилось немного

румянца?

– Айе, - выдохнул другой. – И в глазах словно появился блеск, не думаешь?

Я вдохнула, открыла глаза, и колени подвели меня. Я не успела упасть, Постоянный

и Верный подхватили меня и удержали. Они помогли мне сесть на скамейку у костра.

Комната кружилась, хотя я сидела. Сейчас или утро, или ночь, я словно днями там стояла.

– Не закончила, - выдавила я. – Не могу… отдыхать…

– Тебе лучше немного поесть и выпить меда, - сказал Постоянный. – Ты долго там

стояла. Для девочки слишком долго.

Они знали, что я не хочу отвлекаться, и Верный пошел за едой. Когда он вернулся,

Тали ждала в дверях, чтобы отвести меня в туалет.

– Все хорошо? – она нахмурилась, разглядывая мое лицо.

– Угу, - я слишком устала, чтобы думать, тем более, говорить. И если я начну