Чтение онлайн

Стоит, видимо, привести краткую оценку этих выступления Сталина в его официальной биографии, игравшей роль своего рода катехизиса по изучению основ сталинизма в сталинские времена. В ней, в частности, говорилось: «С суровой прямотой вождь армии и народа сказал, что серьезная опасность, нависшая над страной, не ослабла, а еще более усилилась. И в то же время с величайшей прозорливостью товарищ Сталин предвидел, что разгром немецких империалистов и их армий неминуем» [457] . И далее: «Товарищ Сталин поставил задачу свести к нулю численное превосходство немцев в танках и авиации и тем самым коренным образом улучшить положение нашей армии. Это указание вождя имело величайшее значение для исхода войны. Выполняя это указание, советская промышленность из месяца в месяц увеличивала выпуск самолетов, танков и средств борьбы с ними, ликвидировав в ходе войны превосходство врага в численности боевой техники» [458] .

Завершая данный раздел, думается, следует еще раз подчеркнуть колоссальное значение выступлений Сталина в ноябре 1941 года. С докладом о годовщине Октябрьской революции он выступил впервые за все время своей политической и государственной деятельности. Следует заметить, что он вообще не отличался многословием, в том числе и в своих публичных речах, и это еще более подчеркивало значимость всего сказанного им. Люди привыкли к тому, что вождь обращается с публичными речами тогда, когда в этом есть реальная потребность. И слушая выступления Сталина по радио, все понимали серьезность ситуации и делали соответствующие выводы. Такого рода выступления Сталина явились одним из факторов мобилизации сил армии и народа для разгрома зарвавшегося врага. В воздухе, можно сказать, витало ощущение того, что страна стоит перед событиями исторического значения. События полностью подтвердили это.

Начавшееся 30 сентября – 2 октября 1941 г. немецко-фашистское наступление на Москву продолжалось. Частично, некоторые моменты битвы за Москву мной уже освещены выше. Здесь я коснусь в самых общих чертах того, как в дальнейшем развивалась эта битва и чем она завершилась, причем в изложении фактов буду опираться на статью, написанную главным героем московского сражения Г.К. Жуковым для третьего издания Большой Советской энциклопедии. Полагаю, что Жуков лучше, чем кто-либо другой знаком с реальными фактами и больше, чем кто-либо другой вправе давать оценки этому историческому сражению.

Наступление гитлеровских войск на Москву возобновилось с Северо-Запада 15 – 16 ноября, с Запада – 18 ноября. Гитлеровское командование считало положение Москвы безнадежным и было уверено в успехе. Танковыми ударами из районов Волоколамска и Тулы оно рассчитывало расчленить наши войска, охватить Москву с севера и юга и, сомкнув танковые клещи, захватить ее.

Главные удары противник наносил в направлениях Клин – Рогачёво, пытаясь обойти Москву с Севера, и на Тулу – Каширу в обход столицы с Юга. Ценой больших потерь в конце ноября врагу удалось овладеть р-ном Клин, Солнечногорск, Истра, выйти к каналу Москва – Волга в р-не Яхромы и занять Красную Поляну (в 27 км от Москвы). Здесь он был остановлен и вынужден перейти к обороне. В конце ноября шли ожесточённые бои в р-не Каширы и Тулы. Советское командование подтянуло дополнительные силы на наиболее угрожаемые участки. 27 ноября советские войска нанесли контрудар по 2-й танковой армии генерала Гудериана и отбросили её от Каширы.

Примерно в эти дни Гудериан писал: «Наши войска испытывают мучения, и наше дело находится в бедственном состоянии, ибо противник выигрывает время, а мы со своими планами находимся перед неизбежностью ведения боевых действий в зимних условиях. Поэтому настроение у меня очень грустное. Наилучшие пожелания терпят крах из-за стихии. Единственная в своем роде возможность нанести противнику мощный удар улетучивается все быстрее и быстрее, и я не уверен, что она может когда-либо возвратиться. Одному только богу известно, как сложится обстановка в дальнейшем. Необходимо надеяться и не терять мужества, однако это тяжелое испытание…

Будем надеяться на то, что в ближайшее время я смогу писать в более радостном тоне. О себе я не беспокоюсь. Однако в настоящее время трудно быть в хорошем настроении» [459] .

Потерпев поражение под Каширой, 2-я немецкая танковая армия попыталась обойти Тулу с Северо-Востока и перерезала железную дорогу и шоссе Серпухов – Тула. Контрударом советские войска отбросили врага на исходные позиции. Появились признаки кризиса немецко-фашистского наступления. Инициатива действий стала переходить к советским войскам. Причем не только на каких-либо отдельных участках, но, как можно судить по высказываниям самих немецких военачальников, перелом в ситуации явно намечался и в целом на фронте под Москвой и окружавшими ее городами и населенными пунктами. Готовясь к решающему сражению, советское командование продолжало укреплять Западный фронт. Возросло количество самолетов, артиллерии, включая реактивную. Вся политическая работа в войсках была подчинена лозунгу: «Отстоим родную Москву! Под Москвой должен начаться разгром немецко-фашистских захватчиков!»

Сражение сразу же приняло небывало ожесточенный характер, особенно на северо-западных подступах к городу. Стойко держала оборону 16-я армия под командованием К.К. Рокоссовского. Войска этой армии – 316-я дивизия И.В. Панфилова, кавалерийская группа Л.М. Доватора, 1-я гвардейская танковая бригада М.Е. Катукова и другие соединения и части – мужественно приняли чудовищный удар танкового тарана и не пропустили врага через передний край.

Бессмертный подвиг совершила у разъезда Дубосеково группа истребителей танков 1075-го полка 316-й дивизии во главе с политруком роты В.Г. Клочковым. Герои стояли насмерть на своем рубеже. В те дни родились крылатые слова, которые выразили чувства и мысли всех защитников Москвы, всех советских патриотов: «Велика Россия, а отступать некуда, позади Москва».

1 дек. командование группы армий «Центр» предприняло новую попытку прорваться к Москве в р-не Апрелевки, но и она кончилась провалом. Ставка ВГК приказала, кроме переданных Западному фронту из резерва Ставки 1-й ударной, 10-й и 20-й армий, включить в состав Московской зоны обороны 24-ю и 60-ю армии. 2 декабря передовые части 1-й ударной и 20-й армий отразили все атаки противника севернее Москвы в р-не Дмитрова и южнее и вынудили его прекратить наступление. 3 – 5 дек. 1-я ударная и 20-я армии нанесли несколько сильных контрударов в р-не Яхромы и Красной Поляны и начали теснить врага. Левофланговые дивизии 16-й армии во взаимодействии с 5-й армией отбросили противника из большой излучины р. Москвы северо-восточнее Звенигорода. Ударная группа 33-й армии, разгромив 4 – 5 дек. вражеские части, восстановила положение на р. Нара. 50-я и 49-я армии отбили все атаки врага севернее Тулы. Таким образом, в результате контрударов советских войск в начале декабря были сорваны последние попытки врага прорваться к Москве. Только с 16 ноября по 5 декабря противник потерял под Москвой 155 тыс. чел. убитыми и ранеными, ок. 800 танков, 300 орудий и ок. 1500 самолётов. В ходе обороны столицы были надломлены силы и моральный дух гитлеровской армии. Создались предпосылки для перехода сов. войск в контрнаступление.

Следует привести данные о соотношении сил сторон к началу советского контрнаступления под Москвой. Советские войска: люди – 718800, орудия и минометы – 5900, танки – 667, самолеты – 762. Противник: люди – 801000, орудия и минометы – 10400, танки – 1000, самолеты – 615 [460] . Как видим, почти по всем показателям, немецкие войска имели превосходство. Но их дух уже был в корне подорван, солдаты и командиры находились в состоянии глубокой деморализации.

Советское контрнаступление. Официальная биография Сталина утверждает, что товарищ Сталин лично руководил обороной Москвы, непосредственно направлял действия Красной Армии, вдохновлял бойцов и командиров, следил за ходом строительства оборонительных сооружений на подступах советской столицы. В декабре 1941 года по приказу товарища Сталина на немецкие войска внезапно обрушились удары нескольких советских армий, сосредоточенных в районе Москвы [461] . Думается, что в приведенном пассаже мало преувеличений, хотя, конечно, конкретные планы подготовки и реализации контрнаступления готовились не им, а Жуковым, другими военачальниками, Генеральным Штабом и Ставкой в целом. Однако на этом основании отрицать важную роль Сталина не только в обороне Москвы, но и в организации контрнаступления, конечно, нельзя, если не идти против истины и фактов.

В условиях тяжелых оборонительных боев, ограниченности времени, общей недостачи сил и средств Ставка Верховного Главнокомандования, военные советы фронтов, сражавшихся за Москву, настойчиво и целеустремленно готовили контрнаступление. Все руководство прибывавшими резервами, их использование было сосредоточено непосредственно в руках Ставки. И в конце ноября – начале декабря она значительно укрепила войска, оборонявшие Москву. В их состав были направлены три резервные армии, новые стрелковые и кавалерийские дивизии.

К намеченному контрнаступлению привлекались войска Калининского и Западного фронтов и 2 правофланговые армии Юго-Западного фронта (командующий С.К. Тимошенко). Главный удар наносил Западный фронт. Замысел советского командования заключался в том, чтобы разгромить ударные группировки противника и отбросить их остатки дальше от столицы. Выполнению этого замысла должны были способствовать войска, наступавшие на тихвинском и ростовском направлениях, авиация Резерва ВГК и партизаны, действовавшие в тылу врага.