Чтение онлайн

Уместно напомнить, что Сталин своевременно учел природный фактор, предстоящее наступление зимы и отдал 17 ноября 1941 г. приказ, основное содержание которого сводилось к следующему: опыт последнего месяца войны показал, что германская армия плохо приспособлена к войне в зимних условиях, не имеет теплого одеяния и, испытывая огромные трудности от наступивших морозов, ютится в прифронтовой полосе в населенных пунктах. Самонадеянный до наглости противник собирался зимовать в теплых домах Москвы и Ленинграда, но этому воспрепятствовали действия наших войск. На обширных участках фронта немецкие войска, встретив упорное сопротивление наших частей, вынужденно перешли к обороне и расположились в населенных пунктах вдоль дорог на 20 – 30 км по обе их стороны. Немецкие солдаты живут, как правило, в городах, в местечках, в деревнях в крестьянских избах, сараях, ригах, банях близ фронта, а штабы германских частей размещаются в более крупных населенных пунктах и городах, прячутся в подвальных помещениях, используя их в качестве укрытия от нашей авиации и артиллерии. Советское население этих пунктов обычно выселяют и выбрасывают вон немецкие захватчики.

Лишить германскую армию возможности располагаться в селах и городах, выгнать немецких захватчиков из всех населенных пунктов на холод в поле, выкурить их из теплых убежищ и заставить мерзнуть под открытым небом – такова неотложная задача, от решения которой во многом зависит ускорение разгрома врага и разложение его армии.

Поэтому Ставка Верховного Главнокомандования приказала разрушать и сжигать дотла все населенные пункты в тылу немецких войск на расстоянии 40 – 60 км в глубину от переднего края и на 20 – 30 км вправо и влево от дорог. При вынужденном отходе наших частей на том или другом участке уводить с собой советское население и обязательно уничтожать все без исключения населенные пункты, чтобы противник не мог их использовать. Были предусмотрены и соответствующие меры для реализации поставленной задачи [462] .

Наверняка кому-то данное распоряжение Сталина и покажется чудовищно-безжалостным, отражающим его бесчеловечное отношение к людям. Однако задним числом судить обо всех таких вещах было бы глубоким упрощением. В то время главной, подчиняющей все себе, задачей являлось создание всех возможных условий для организации разгрома врага. Да и круг возможностей, из которых приходилось делать выбор, был более чем скромным. Достижению победы были подчинены все средства, в том числе и такие, о которых здесь идет речь.

Контрнаступление началось 5 – 6 декабря на фронте от Калинина до Ельца. Боевые действия сразу же приняли ожесточённый характер. Несмотря на отсутствие превосходства в силах и средствах, на сильные морозы, глубокий снежный покров, войска левого крыла Калининского и правого крыла Западного фронтов уже в первые дни контрнаступления прорвали оборону противника южнее Калинина и северо-западнее Москвы, перерезали железную дорогу и шоссе Калинин – Москва и освободили ряд населённых пунктов. Одновременно с войсками, наступавшими северо-западнее Москвы, перешли в контрнаступление войска левого крыла Западного и правого крыла Юго-Западного фронтов. Сильные удары войск Красной Армии по фланговым группировкам группы армий «Центр», предназначенным для окружения Москвы, заставили немецкое командование принять меры по спасению своих войск от разгрома. 8 декабря 1941 г. Гитлер подписал директиву о переходе к обороне на всём советско-германском фронте. Группа армий «Центр» получила задачу любой ценой удерживать важные в стратегическом отношении районы. 9 декабря советские войска освободили ряд населенных пунктов, в том числе и город Калинин. Успешно действовали и другие фронты и соединения Красной Армии. К началу января 1942 года войска Западного фронта вышли на рубеж рр. Лама и Руза. Все это в целом создавало благоприятные условия для окружения группы армий «Центр». Однако достаточных сил у наступающих советских войск для этого не было. Темпы контрнаступления замедлились.

В начале января 1942 года было завершено контрнаступление, в результате которого были разгромлены основные силы 2-й, 3-й и 4-й танковых армий и соединения 9-й армии немцев. 38 немецких дивизий (в т.ч. 11 танковых и 4 моторизованных) потерпели тяжёлое поражение. Разгром ударных группировок, наступавших на Москву, вызвал растерянность немецко-фашистского командования. Гитлер снял с постов главнокомандующего сухопутными войсками генерал-фельдмаршала В. фон Браухича, командующего группой армий «Центр» Ф. Бока, командующих 2-й и 4-й танк, и 9-й армиями X. Гудериана, Э. Гёпнера, А. Штрауса.

Немецкий генерал Г. Блюментритт писал: «Московская битва принесла немецким войскам первое крупное поражение во второй мировой войне. Это означало конец блицкрига, который обеспечил Гитлеру и его вооруженным силам такие выдающиеся победы в Польше, Франции и на Балканах. Первые роковые решения были приняты немецким командованием в России. С политической точки зрения самым главным роковым решением было решение напасть на эту страну. Теперь нам пришлось вести войну с более сильным противником, чем тот, с которым мы встречались до сих пор. На бескрайних просторах Востока нельзя было рассчитывать на легкие победы» [463] .

Пожалуй, здесь стоит упомянуть об одном довольно любопытном моменте. По итогам битвы под Москвой была выпущена небольшая книга, в которой рассказывалось о некоторых примечательных эпизодах московского сражения. В качестве авторов выступали военачальники, войска которых особо отличились в сражениях. Среди авторов был и генерал А. Власов – впоследствии активный пособник гитлеровского фашизма и руководитель так называемой РОА (русской освободительной армии), сражавшейся на стороне немцев. Так вот, А. Власов был единственным из авторов, который из чувства подхалимажа пел восторженные дифирамбы в адрес Сталина. Он, в частности, писал: «Ликвидацией солнечногорского нарыва лично руководил Верховный Главнокомандующий товарищ Сталин. Замысел солнечногорской операции был разработан им. Мы неоднократно получали указания от товарища Сталина о том, чтобы действовать на окружение противника, уничтожение его живой силы и техники.

Сталинский замысел был нами выполнен, и это обеспечило успех нашей операции» [464] .

Этот эпизод я привел для того, чтобы показать, насколько двуличным, льстивым и беспринципным был будущий главный предатель из числа советских военных – генерал Власов. Его дальнейшие поступки и действия хорошо просвечиваются этими льстивыми дифирамбами в адрес Сталина.

Известный военный историк Лиддел Гарт в своем солидном исследовании истории второй мировой войны, несмотря на то, что действиям на Восточном фронте он уделил незаслуженно более чем скромное место, констатировал: «Русские отбросили измотанные в боях немецкие войска и обошли их с флангов, что создало критическое положение. Захватчики – от генералов до солдат – с ужасом вспоминали об участи, постигшей Наполеона при отступлении из Москвы. В этом критическом положении Гитлер запретил любое отступление, за исключением местных отходов на самое кратчайшее расстояние. И если учесть ту обстановку, он был прав. Это решение обрекло его войска на передовых позициях на ужасные страдания: у немцев не было ни одежды, ни снаряжения для ведения зимней кампании в России. Но если бы они начали общее отступление, оно могло бы перерасти в полный разгром охваченных паникой войск» [465] .

И в констатации Лиддел Гарта нет ни капельки преувеличения. Если бы советские войска не были измотаны тяжелейшими боями на фронте от Баренцева до Черного морей, то неизбежная расплата для гитлеровской Германии наступила гораздо раньше, чем в далеком тогда 1945 году. Но не стоит забегать вперед, ибо Советской России предстояли еще тяжелейшие испытания, колоссальные жертвы и неимоверные страдания для ее народов.

Всемирно-историческое значение победы под Москвой. Мировое значение победы под Москвой определялось прежде всего тем фактом, что впервые за всю вторую мировую войну 1939 – 1945 гг. именно советские войска нанесли крупнейшее поражение армии фашистской Германии и развеяли миф о её непобедимости. Хотя окончательно разгромить группу армий «Центр» не удалось из-за ограниченности сил и средств, битва под Москвой сыграла огромную роль в войне. Гитлеровский план «молниеносной войны» был сорван. Советские войска вырвали у противника стратегическую инициативу. Она знаменовала решительный поворот военных событий в пользу СССР и оказала большое влияние на весь дальнейший ход войны. Красная Армия в битве под Москвой приобрела ценный опыт ведения крупных наступательных действий, возмужала и закалилась. В связи с устранением угрозы захвата немцами столицы и переходом стратегической инициативы на сторону Красной Армии советское руководство по инициативе Сталина приняло ряд мер по стабилизации обстановки в тылу и развитию успеха на фронте. ГКО постановил разминировать предприятия и объекты Москвы, подготовленные к взрыву еще в октябре, прекратить все работы на пяти оборонительных рубежах, возводившихся за Волгой, Окой и Клязьмой. Одновременно Ставка ВГК и Генеральный штаб осуществляли подготовку к новым наступательным операциям Красной Армии.

Не стану подробно касаться международных аспектов значения победы под Москвой. Подчеркну лишь, что она серьезно остудила агрессивный пыл японской военщины, наиболее воинственные представители которой ратовали за то, чтобы напасть на Советский Союз и тем самым открыть против него своеобразный второй фронт. Нельзя с полной категоричностью утверждать, что именно поражение гитлеровцев под Москвой явилось главным доводом в пользу того, чтобы Япония соблюдала нейтралитет. Однако отбрасывать данное соображение со счетов также было бы исторически неверно.

Эта победа была достигнута благодаря массовому героизму советских воинов и трудовым усилиям советских людей. Весь мир, затаив дыхание, следил за ходом и исходом московской битвы. И вздохнул облегченно, когда она завершилась разгромом гитлеровских войск и торжеством советских воинов. Именно об этом свидетельствует телеграмма, посланная Сталину президентом США Рузвельтом. В ней говорилось: «Я хочу еще раз сообщить Вам о всеобщем подлинном энтузиазме в Соединенных Штатах по поводу успехов Ваших армий в защите Вашей великой нации» [466] . Горячие поздравления были получены и от руководителей других держав, находившихся в состоянии войны с Германией. Посланец премьер-министра Великобритании Черчилля А. Иден своими собственными глазами увидел поля сражений под Москвой, поскольку именно в декабре он совершал свой визит в Москву. Так что он имел возможность от имени премьера и своего собственного передать свои поздравления Сталину. На самого Идена картины происшедшей грандиозной битвы произвели сильнейшее впечатление, о чем он впоследствии писал в своих мемуарах. Черчилль же лично писал Сталину по поводу победы под Москвой: «Нет слов, чтобы выразить восхищение, которое все мы испытываем от продолжающихся блестящих успехов Ваших армий в борьбе против германского захватчика. Но я не могу удержаться от того, чтобы не послать Вам еще слова благодарности и поздравления по поводу всего того, что делает Россия для общего дела» [467] . Сталин ответил Черчиллю вполне достойно, намекнув между строк о необходимости открыть второй фронт: «Благодарю Вас за поздравление по поводу успехов Красной Армии. Несмотря на трудности на советско-германском фронте, как и на других фронтах, я не сомневаюсь ни минуты, что мощный союз СССР, Великобритании и США сломит врага и одержит полную победу» [468] .