Чтение онлайн

Но однажды он встретил человека, который этого не понимал. Им оказался министр юстиции Роберт Кеннеди — брат президента Джона Кеннеди. Мало того, Бобби Кеннеди начал ему втолковывать, как следует руководить вверенным ему ведомством. Ему, Эдгару Гуверу, 40 лет бессменно руководившему ФБР! Бобби не разрешил занимать лучших агентов бюро слежкой за коммунистами, а требовал, чтобы они сосредоточились на мафии, чтобы ФБР принялось за расследование организованной преступности и защищало гражданские права. Скрипя зубами, Гувер подчинился распоряжению своего министра. Этот долго тлевший конфликт разрешился со смертью президента Джона Кеннеди. Когда президентом стал Линдон Джонсон, а Роберт Кеннеди лишился поддержки Белого дома, Гувер вернул приоритеты ФБР в прежнее русло.

Боевой школой политического сыска стала для Гувера борьба с пронацистскими организациями в Америке перед Второй мировой войной и в начале ее. Тогда агенты гитлеровской Германии энергично создавали «пятую колонну» в Соединенных Штатах. И впервые ФБР почувствовало работу профессиональных психологических диверсантов — подрывную пропаганду, силу слухов, эффект от создания искусственных оппозиционных движений, от использования настоящей оппозиции, от подкупа и шантажа. В 1942 году американские журналисты М. Сайерс и А. Кан по горячим следам этих событий выпустили книгу под названием «Саботаж! Секретная война против Америки». На ее страницах впервые прозвучало непривычное словосочетание «психологическая диверсия». Спустя годы в несколько видоизмененном виде это понятие получило второе рождение в СССР — Пятое управление КГБ призвано было вести борьбу с идеологическими диверсиями западных спецслужб, прежде всего ЦРУ. После войны не только в атомных и ракетных проектах американцы творчески развивали нацистские методы и идеи. И среди них особо те, что были придуманы немецкими стратегами, такими, как Эвальд Банзе, для влияния на сознание и настроение людей: «Применение прикладной психологии в качестве оружия войны означает пропаганду, рассчитанную на то, чтобы повлиять на отношение народа к войне. Надо бить вражескую нацию по ее слабым местам (а какая нация не имеет слабых мест?), подорвать и сломить ее сопротивление, убедить ее в том, что собственное правительство обманывает ее, сбивает с толку и обрекает на гибель». В 30-е годы Гувер учился работать с немецкими идеологическими диверсантами. И оказался способным учеником.

Немцы, мастерски используя возможности американской демократии, развернули поистине масштабные подрывные идеологические операции на территории США. Цели, к которым они стремились, весьма впечатляли: 1) дезорганизовать и расколоть американский народ, разжигая расовую вражду и пользуясь другими аналогичными методами; 2) подорвать доверие американского народа к существующей в стране форме правления и к правительству президента Рузвельта; 3) изолировать Соединенные Штаты и помешать им как присоединиться к какому бы то ни было союзу, направленному против держав «оси», так и помогать странам, подвергшимся нападению фашистских агрессоров; 4) помешать Соединенным Штатам надлежащим образом подготовиться ко Второй мировой войне; 5) создать американскую фашистскую партию, которая сыграла бы роль «пятой колонны» при нападении держав оси на США12.

Агенты абвера и СД уже к середине 30-х годов насоздавали в каждом американском штате разные «культурные», молодежные, женские организации, германо-американские стрелковые клубы. В них входили в основном американцы немецкого происхождения, охотно внимавшие нацистской пропаганде. Из Германии, из штаба Рудольфа Гесса и Эрнста Болле, шли стратегические установки для организаторов психологических диверсий: разжигание вражды к правительству Рузвельта посредством тезиса о зависимости власти США от евреев и коммунистов. Здесь в первых рядах шел «Германо-американский бунд», претендовавшей на роль ведущей организации в «пятой колонне». Но дела у «Бунда» не пошли, последовала серия неудач и грязных дел. И глава «Бунда» Фриц Кун в конце концов был арестован за растрату средств. Гувер потирал руки и удовлетворенно хмыкал после столь удачной операции, позволившей изловить Куна на «деньгах» и, соответственно, дезорганизовать «Бунд».

Провал подстегнул немцев. Они понимали, что единственный способ разжечь подлинную смуту в Америке — создать массовое движение. Тогда возникли десятки профашистских организаций. Самые заметные — «Крестоносцы Америки», «Серебряные рубашки», «Американская белая гвардия», «Христианский фронт». В январе 1940 года агенты Гувера нашли арсеналы «Христианского фронта», заполненные оружием со складов Национальной гвардии. За арсеналами последовали аресты боевиков. Нация запомнила разоблачения Гувера: «Фронт» замышлял отправить на тот свет десяток членов конгресса, убить видных американских евреев, захватить почту, таможню, склады оружия в Нью-Йорке».

Наибольшей удачей немецких спецслужб стало создание комитета «Америка прежде всего». Его возглавил популярный человек в Штатах, летчик Чарлз Линдберг, которого ювелирно подобрали немецкие специалисты по психологическим войнам. Человек-легенда, смелый, отважный, он импонировал американцам. Он сделал имя на перелете через Атлантический океан и получил орден от Гитлера. Кроме Линдберга комитетом управляли генерал Вуд, сенаторы Най и Уиллер, летчица Лаура Инголлс — известные, солидные люди. Все крупные газеты Америки писали о комитете. А тот старался не допустить вступления Америки в войну с Германией и Японией.

Рузвельт, президент Соединенных Штатов, вызвал Гувера к себе.

 — Я хочу знать все об этом Линдберге и его комитете.

 — Но я тогда должен плотно его наблюдать, прослушивать все разговоры, фиксировать все контакты, — сказал Гувер.

 — Слушайте, фиксируйте, делайте все что надо, — президент был настойчив.

 — Но я тогда прошу письменного указания на проведение этих действий,продолжил Гувер.

 — Письменного не будет, достаточно нашей договоренности! — отрезал президент.

Гувер страховался, когда говорил о письменном распоряжении. На самом деле он знал, как сделать Линдберга и его комитет прозрачными. Использовать мафию — это было его изобретение в политическом сыске. По просьбе Гувера люди из могущественных кланов Джанканы и Лански наблюдали за каждым шагом объекта, слушали каждое слово, выясняли планы и замыслы и регулярно информировали ФБР.

А из комитета Линдберга по всей стране потоком шли инструкции, листовки, брошюры, бюллетени, плакаты, значки и письма гражданам. Комитет владел сетью коротковолновых приемников, которые принимали информацию из Германии и Японии. Потом эту информацию использовали в статьях для прессы, в листовках и брошюрах. Кроме своей газеты «Геральд», материалы комитета прорастали на страницах изданий, принадлежавших магнатам газетного дела Херсту и Маккормику. Вот типичный стиль пропагандистских материалов комитета, ориентировавших граждан Америки в отношении войны с Японией: «Неужели американцы смиренно склонятся перед всеми тоталитарными декретами, ограничивающими их потребление сахара, пользование автомобилями, бензином, одеждой, ограничивающими их образ жизни и доходы только ради того, чтобы удовлетворить честолюбие людей, понимающих победу как полный разгром своих врагов?»13

Досье на комитет, что вели люди из ФБР, пухло день ото дня. Но к действиям Гувер перешел лишь в начале лета 1941 года, когда стало ясно, что комитет «Америка прежде всего» не намерен оставаться лишь средством давления на правительство. Он перерастал в политическую партию. По свидетельству американских журналистов А. Кана и М. Сайерса, «Одинокий орел» (Линдберг) и его сторонники в конгрессе совершали агитационные поездки по стране, выступая не как республиканцы или демократы, а как представители «Америки прежде всего». Они опирались на колоссальную машину пропаганды и большой организационный аппарат. Они использовали самые демагогические лозунги. Ничего подобного политическая жизнь Америки раньше не знала».

И действия Гувера были не в стиле полицейского бюро. Он делает ставку на разоблачительную кампанию в прессе о делах комитета. Его люди дают информацию журналистам, выступающим за борющуюся Америку, за линию Рузвельта. И газеты начинают писать об агентах комитета, о «пятой колонне». Параллельно ФБР снабжает информацией и многочисленные патриотические, антифашистские, профсоюзные организации, чтобы те выступили единым фронтом против комитета. 12 декабря 1941 года, через пять дней после нападения японцев на Пирл-Харбор, под давлением общественного мнения, организованного Гувером, комитет самораспустился. А следом пошли аресты его активистов.

Гувер к тому времени уже выступал как мастер нетривиальных решений. Самым эффективным ходом в борьбе с идеологическими диверсантами стало его предложение заморозить все немецкие и японские банковские активы в США, чем и занялось министерство финансов. Это серьезно подорвало материальную основу «пятой колонны» в Америке, но не добило ее.

Именно на «пятую колонну» ориентировалась германская разведка, когда планировала боевые разведывательно-диверсионные операции на территории США, особенно в портах. Оттуда отправлялись военные транспорты в сражающийся Советский Союз. Они везли оружие, военные грузовики, тушенку, солдатскую амуницию. Но там, в портах, диверсии следовали одна за другой: агенты взрывали суда, готовые к отплытию, крановое хозяйство, склады. Взрывы подкреплялись саботажем американцев немецкого и итальянского происхождения. Военная контрразведка дышала, как загнанная лошадь, но ничего не могла поделать с этим кошмаром. И тогда Гувер подсказал решение: против диверсантов и саботажников нацелить мафию. Мафию, которая контролировала порты Восточного побережья. Для контактов и переговоров с гангстерами Гувер отрядил своего человека Мюррея Гарфейна. Позже к нему присоединился окружной прокурор Нью-Йорка Фрэнк Хоуган. Через посредников они вышли на главного мафиозного босса Лаки Лучано, сидевшего тогда в тюрьме, но державшего все нити в своих руках. Он поставил два условия: 1) о контактах со спецслужбами никто не будет знать; 2) по окончании войны его должны освободить и отправить в Италию. После этого по мафиозным каналам пошли распоряжения: работать. В камере у Лучано, по сути, действовал совместный с контрразведкой оперативный штаб. А на пирсах и причалах действовали его люди, уже тогда имевшие звучные имена: Фрэнк Кастелло, Джо Адонис, братья Анастазио, братья Комардо. Успех был поразительный: все гнезда фашистской агентуры в портах были разгромлены.