Чтение онлайн

В том, что касается менее официальных актов передачи власти, между повиновением власти, ее признанием и уступками перед лицом угроз или предложений обмена проходит очень тонкая грань. Вот что говорится об этом в докладе о консультациях относительно финансов города Нью-Йорка и штата Нью-Йорк: «Вчера было снято препятствие на пути к абсорбции трехмиллиардного краткосрочного долга города Нью-Йорка... Одно из достигнутых соглашений... касалось требования инвестиционного сообщества о превращении городского налога с оборота в налог штата с оборота»30.

Во Франции комитеты бизнесменов также совершенно обычное явление31. Отрасль и соответствующее министерство, как правило, организуют разграничение полномочий в процессе разработки и осуществления политики в отношении отрасли. Целью является передача власти промышленникам, и она осуществляется еще более решительно вследствие того, что значительная часть обязанностей министерства передается бизнесменам, штат сотрудников которых существенно превышает численность министерских чиновников. В результате решения промышленников обычно утверждаются министерством32. Во французском планировании, официально представляющем из себя сотрудничество между правительственными должностными лицами, деловыми кругами и представителями профсоюзов, власти отказывают профсоюзам в том, что предоставляется бизнесу: комиссии33 могут возглавляться бизнесменами, а профсоюзные лидеры их возглавлять не могут.

В Великобритании власть руководителям корпораций предоставляется в сотнях совещательных комитетов по связям с деловыми кругами. Помимо них действуют специальные комитеты при министерствах, а также королевские комиссии, в работе которых деятельность бизнесменов и других участников, начинаясь с консультирования, «превращается в активное участие в управлении, как будто чиновники более не в силах в одиночку нести тяжесть административной власти и должны передать ее в руки частных лиц»34.

В Западной Германии представители общенациональных организаций промышленников обсуждают с государственными служащими новое законодательство, но членам парламента эти же чиновники отказали в праве участвовать в таком обсуждении35. И правительство соглашается с участием представителей деловых кругов в специальном комитете по картельному законодательству, «хотя это решение привело к довольно нестандартному результату, поскольку Федерация германской промышленности (BDI) оказалась равной правительству в том, что касается формулирования политики»36. В Японии представительства генкёку, каждое из которых отвечает за определенную отрасль, действуют параллельно с отраслевыми ассоциациями бизнесменов. В рамках каждой отрасли обе организации ведут переговоры и осуществляют сотрудничество в отношении политики37.

* * *

В этих обстоятельствах легко понять слова президента General Motors: «Многие годы я полагал, что то, что хорошо для нашей страны, хорошо и для General Motors, и наоборот». Какими бы пристрастными и несамокритичными ни были бизнесмены относительно совпадения собственных интересов с более широкими общественными интересами, они действительно осознают, что несут ответственность перед обществом за выполнение необходимых общественных функций в отличие от любых других неправительственных лидеров. С одной стороны, деловые круги могут злоупотреблять этой ответственностью, но, с другой стороны, они осознают, хотя бы и смутно, свою особую роль одной из двух групп, составляющих двойственное руководство в рыночно ориентированных системах.

Вудро Вильсон в свое время высказал мнение, которое можно представить в качестве краткого комментария к вышеизложенному: «Правительство Соединенных Штатов в настоящее время является приемным ребенком особых интересов. Ему не позволяют иметь собственного мнения. Что бы оно ни предпринимало, ему говорят: «Это вредно отразится на народном благосостоянии, не делайте этого»38.

Слова Вильсона преисполнены гнева. Он считает такое положение абсолютно неприемлемым. Есть различные точки зрения на этот счет. Я лишь пытался объяснить действие ключевого механизма, посредством которого деловые круги осуществляют контроль над государством в столь большой степени, с которой не может сравниться контроль ни одной другой группы граждан. Я также стремился показать, почему это неизбежное условие жизнеспособности всех частнопредпринимательских систем*.

Повторю еще раз: бизнесмены не получают всего, чего им хочется. Но они получают очень много. А когда полученного им становится недостаточно, в промышленности происходит спад или наступает застой.

Мы не полностью конкретизировали политику корпораций, цели, которые ставит перед собой корпоративное руководство, используя для их реализации свое привилегированное положение. Мы указали лишь некоторые из многих целей: это автономия предприятий, налоговые льготы и субсидии, ограничение деятельности профсоюзов и огромное разнообразие монополистических привилегий (тарифы, патенты, поддерживание розничных цен, слабое исполнение антитрестовского законодательства, содействие слияниям, ограничение конкуренции с использованием положений о честной торговле, профессиональное лицензирование, рекомендательное регулирование предприятий сферы коммунального обслуживания). Все эти цели касаются областей, в которых бизнес доминирует, хотя иногда его доминирование не безгранично и он терпит жестокие поражения. Мы также видели, что вся структура промышленного производства в основном сложилась как результат решений бизнеса, которые в целом санкционировались, а иногда и реализовывались ответственными государственными чиновниками. Эти решения устанавливают размеры заводов и фирм, размещение промышленности, организацию рынков и транспорта. Результатом являются, с одной стороны, определенная конфигурация городов и, с другой стороны, бюрократизация рабочих мест.

Поэтому можно утверждать, что некоторые из наиболее фундаментальных и всеохватных характеристик индустриального общества сложились в их нынешнем виде вследствие привилегированного положения, занимаемого бизнесом в государстве и политике. Следует допустить и возможность того, что необыкновенная историческая стабильность распределения богатства и доходов (невзирая на все мероприятия государства всеобщего благосостояния, даже в эгалитарной Скандинавии), как и сохранение самой системы частного предпринимательства, во многом объясняется привилегированным положением бизнеса. В последующих главах мы рассмотрим все эти положения. Начнем с изучения особых взаимосвязей между привилегиями бизнеса и полиархией.

Глава 14

ПОСЛЕДСТВИЯ ДЛЯ ПОЛИАРХИИ

Предыдущая глава ставит перед нами вопрос: каковы последствия привилегированного положения деловых кругов для полиархии? Ответ найти нетрудно. Системы, которые мы называем полиархиями, на деле являются сложными системами, где контроль над государственными должностными лицами осуществляется в форме контроля полиархии и контроля деловых кругов, через их привилегированное положение. Иными словами, системы, которые мы называем полиархиями, функционируют под руководством двух групп лидеров. Однако только одна из них регулярно оказывается под полиархическим контролем.

Политический обозреватель «Нью-Йорк Таймс» отметил в свое время: «За два месяца до принятия присяги в качестве президента США Джимми Картер уже столкнулся с одним из важнейших вопросов, который определит ход деятельности его администрации. Станет ли он с самого начала завоевывать доверие делового и финансового сообществ или рискнет вызвать их неудовольствие, предприняв быстрые и радикальные шаги по борьбе с экономическим и социальным злом, против которого он вел свою избирательную кампанию?» В то же время советник Картера по назначениям заявил, что новый президент хочет назначить такого министра финансов, «который сможет формулировать опасения и предвидеть реакцию финансового сообщества на принимаемые экономические решения»1. Подобные комментарии не вызывают удивления. Общепризнанно, что государственные чиновники разрываются между двумя системами контроля.

В любом случае, как мы видели ранее, полиархические правила и процедуры уже скомпрометированы идущей во всех политических системах скрытой борьбой за власть, которой полиархия лишь придает иные формы. Таким образом, соперничество между полиархическим контролем и контролем со стороны привилегированных деловых кругов — это еще один, третий важный элемент в борьбе за власть. Одним из последствий соперничества между этими двумя видами контроля является тенденция устанавливать правила и процедуры полиархического контроля лишь для отдельных сфер управления и политики и подвергать их сомнению даже в этих сферах.