Чтение онлайн

Для воплощения таких мер в конкретную политику государственной власти и была осуществлена Национальная революция, возглавленная Гитлером и национал-социалистами. Легитимный приход к власти национал-социалистов на основаниях конституции Веймарской республики стал возможен лишь потому, что они убедили многочисленную мелкобуржуазную среду немцев в возможности выхода из общегосударственного кризиса за счёт смены мировосприятия с либерального на национально-государственническое. Но приход национал-социалистов к власти черед представительные выборы придал и совершаемой ими Национальной революции легитимный характер. Поэтому их режим, в отличие от режима генерала Бонапарта, смог стать политическим авторитарным режимом, лишь опирающимся на военные способы управления, на армию.

В обстановке ожесточающейся идеологической борьбы с внутренним и внешним коммунизмом и мировым коммерческим космополитизмом для удержания политического авторитаризма власти национал-социалистам нужно было решать задачи таким образом, чтобы сохранять и расширять постоянную опору на массы немцев. Быстрый подъём высокопроизводительного промышленного производства, который начался в результате предпринятых мобилизационных усилий по налаживанию социальной культуры производственных отношений, создал товарную массу для выброса на внешние рынки. Однако продолжающийся мировой экономический кризис обострил борьбу промышленных капиталистических держав за рынки сбыта товаров своих предприятий. Всяческие протекционистские запреты государств ради защиты интересов внутреннего производителя ограничивали ввоз чужих товаров, а если и позволяли проникновение иностранных товаров, то такие уступки делались лишь в отношении союзников по военно-политическим сговорам. Сложная и неустойчивая внутриполитическая обстановка подталкивала национал-социалистический режим к поиску средств непрерывного улучшения материального положения немцев любыми мерами, вплоть до бонапартистских, к планированию внешней военно-политической экспансии для получения рынков сбыта для немецкой товарной продукции и к предельной эксплуатации этих рынков.

Поскольку после поражения в Первой Мировой войне и вследствие длительного упадка производства Германия потеряла сферы экономического влияния, постольку изменить сложившееся положение дел она могла только военной мощью и открытой готовностью применять её. Гитлер был тем человеком, который провозглашал именно такой образ действий в отношении остального мира. Он в полной мере смог воспользоваться нацистскими мифами в качестве идеологического оружия и вооружил ими дипломатию для размягчения противодействия своей экспансионистской политике, для создания пятых колон внутри других государств, в том числе и внутри мировых держав. Идеологическое оружие помогло ему добиться первых успехов в борьбе за внешние рынки. Победа поддержанного им Франко в Испании, поглощение Австрии, уступки западных держав его агрессивным требованиям на переговорах в Мюнхене и аннексия части Чехословакии были бы немыслимыми без использования идеологического оружия.

Существенное отличие этого оружия от того, которое использовал Наполеон, было в следующем. Наполеон Бонапарт для своих завоеваний воспользовался мировоззренческим либерализмом, именно им разрушая границы феодального абсолютизма в Европе и создавая в них политические союзнические силы из среды буржуазии как таковой. Тогда как Гитлер и национал-социалисты использовали для экспансии мировоззренческий расизм связанных с индустриальными интересами городских семейных собственников. Если идеологическое оружие Наполеона действовало главным образом в странах, где вызревало возмущение всей буржуазии против феодально-бюрократических привилегий абсолютизма, как высшей точки развития феодализма. То идеологическое оружие национал-социалистов оказывалось действенным только в странах с вызревающими промышленно-производительными интересами, как интересами политическими, в которых появлялись индустриальные политические классы мелкой и средней буржуазии, той буржуазии, которая начинала ощущать классовым чутьём непримиримую враждебность к коммерческому космополитизму.

Военные успехи нацистской Германии по захвату и превращению в полностью зависимые государства многих стран Европы были бы немыслимы без распространения в них наступательной мелкобуржуазной националистической идеологии в виде идеологии национал-социализма. Именно она дала Германии главное оружие, позволившее повторить пример Наполеона I. Именно посредством этого оружия национал-социалистический режим Германии обосновал свои права на установление в Европе новой континентальной блокады, осуществление которой обеспечило условия коммерческой эксплуатации германской промышленной продукцией европейских рынков, привело к постепенному перетеканию европейских капиталов в Германию для ускоренного возрождения германской промышленности, в том числе и германской кинематографической индустрии. Именно идеологическое оружие позволило быстро разрешать проблемы укрепления социальной устойчивости и вывело Германию из глубочайшего общегосударственного кризиса при ограниченном использовании полицейских учреждений власти во время осуществления политических задач и целей немецкой Национальной революции.

Советский Союз последние десятилетия был и мировым центром коммунистического мессианизма и второй военно-политической сверхдержавой мира. Чтобы иметь материальные основания для проведения мировой политики, советской государственной властью создавались крупные промышленные производства современнейших вооружений и разветвлённая сеть машиностроения для обеспечения стратегической независимости и наибольшей возможности развития собственной производственной самостоятельности в изготовлении потребительских товаров. Под цели обслуживания и развития соответствующих производств создавалась долгосрочная программа научных исследований, широкая сеть всевозможных учебных заведений, шла подготовка военных и управленческих кадров. Осуществление этих мер происходило главным образом в России. В ней за два поколения была насильственно уничтожена деревня и совершалась индустриальная урбанизация населения, среди которого большинство к концу 70-х годов получило среднее и высшее образование.

Идейный упадок коммунизма, русская буржуазно-демократическая революция и политический захват власти силами, которые вызвали распад Советского Союза, а затем установили в России диктатуру коммерческого космополитизма, надорвал промышленное производство в России повсеместно и основательно. Новому режиму оказались ненужными ни наука, ни широкая сеть учебных заведений, ни современные вооружения и кадры их производства и обслуживания, ни здравоохранение, ни сельскохозяйственное производство. Интересы его сосредоточились исключительно на вывозе сырья на рынки промышленно развитых и развивающихся стран, как самого простого средства получения коммерческой прибыли в иностранной валюте и быстрого сколачивания паразитарных состояний.

Огромные массы горожан за несколько лет господства режима превратились в люмпенизированную среду, не находящую применения своим навыкам и знаниям. А углубляющийся общегосударственный кризис неумолимо подтачивает в этой среде веру в возможность режима и его базовой идеологии либерализма вывести страну из экономического и социального разложения. Однако в большинстве своём среда эта осознаёт, что обратный путь к советскому прошлому больше невозможен и не верит парламентским коммунистам. Отчуждаясь от идей коммунизма и либерализма, среда эта рано или поздно начнёт (и уже подаёт тому признаки) объединяться для выражения протеста против либеральной конституции власти, которая лишает её многомиллионных представителей будущего, обрекает на физическое и моральное вырождение, на мучительное сознание своей социальной ущербности.

Противоречия в стране нарастают и потому, что уже произошло расслоение по отношению к приватизируемой собственности. За прошедшие годы сложились устойчивые асоциальные слои нуворишей, с одной стороны, и социальные слои проигравших при разворовывании огромной государственной собственности, с другой стороны, завершается процесс их осознания себя в качестве слоёв с противоположными интересами и политическими целями. Многомиллионная среда средних слоев горожан с социальными представлениями о государственных отношениях политизируется и ищет новые общественные идеи и идеологии, без чего она не может организовываться для политической борьбы против безграничного эгоизма олигархов и прочих владельцев собственности. И таким образом подготовляются условия для резкого возрастания социальной неустойчивости в стране, потере кликой власти политических рычагов управления зарождающимся городским общественным сознанием и переходе её к расширению использования одних только чиновно-полицейских способов удержания порядка в стране. Однако чиновно-полицейские меры подавления массового недовольства только ускоряют рост повсеместного неприятия самих оснований устройства режима, подталкивают наиболее ущемлённые в социальных интересах прослойки горожан к политическому экстремизму, в том числе и к буржуазному национализму.

В России проблема удержания устойчивости социальных связей среди горожан, которые стали абсолютным большинством в составе населения, упирается в срочную необходимость создания рынка множества рабочих мест. Рабочие места нужны для имеющих высокий уровень подготовки рабочих, для большой прослойки учёных, инженеров, врачей, преподавателей вузов и средних специальных учебных заведений, для волнами увольняемых из армии офицеров. Однако новоявленные собственники этим вопросом не интересуются, и одновременно с каждым кварталом углубляются признаки бюджетного краха, когда правительство не в состоянии участвовать в финансировании программ экономического развития. Иначе говоря, проблема удержания социальной устойчивости отношений среди горожан упирается в необходимость срочного подъёма крупного товарного производства при том, что отсутствуют политические условия для привлечения необходимых огромных кредитных ссуд для подъёма рыночного производства. Ибо отсутствуют как соответствующие условиям рыночного товарно-денежного обмена производственные отношения, так и готовый к осуществлению рыночного подъёма производительных сил правящий класс.

Все шумно заявляемые намерения правительства режима диктатуры коммерческого космополитизма перейти к политике экономического роста до сих пор успешно проваливались, что доказало полную неспособность данного режима двигаться в таком направлении. При данном режиме в России сложился господствующий класс, который не только откровенно чужд производству как таковому, но и политически враждебен становлению производства в качестве основы экономики, ибо это несёт угрозу его господствующему положению. Он, господствующий класс режима, разворовал, разбазарил, промотал и проматывает все рыночно ценные запасы страны и ничем другим не умеет и не желает заниматься. И он уже исчерпал драгоценный политический капитал терпения населения, которому режимом обещалось процветание после осуществления уголовной приватизации и который вместо процветания получил хозяйственный крах и разрастающееся, как раковая опухоль, обнищание. Население страны постоянно видит и слышит самых ярких выразителей господствующего класса, а именно занятых клановой грызнёй олигархов, абсолютно равнодушных к судьбе страны и её материальному и духовному развитию, и по ним судит о существе режима, какие бы обещания лучшего не давались кремлёвскими чиновниками и либеральными идеологами, вроде Гайдара и Чубайса.