Политика
Шрифт:
– Если вы от этого чувствуете себя лучше, вините во всем меня,- великодушно разрешил Ретиф.- Но, надеюсь, вы не будете настолько глупы, чтобы доверять им.
Он надел плащ и открыл дверь,
– Я вернусь через пару часов,- пообещал Ретиф. Когда он закрыл за собой дверь, фройляйн Мойл молча глядела ему вслед.
До рассвета оставался еще час, когда Ретиф сумел подобрать комбинацию к особому консульскому замку и вошел в затемненный рабочий кабинет. Дремавшая в кресле фройляйн Мойл, вздрогнув, проснулась. Она увидела Ретифа, поднялась, включила свет и обернулась, уставясь на него во все глаза.
– Что, во имя всего… Где вы были? Что случилось с вашей одеждой?
– Немного испачкался, не беспокойтесь.- Ретиф подошел к столу, открыл ящик и положил игломет обратно.
– Где вы были?
– повторила вопрос фройляйн Мойл.- Я оставалась здесь.
– Рад это слышать,- отозвался Ретиф.- Надеюсь, вы также запаслись едой и водой из автомата. Мы окопаемся здесь по меньшей мере на неделю.
Он записал в блокнотик несколько цифр.
– Включите отправитель официальных сообщений. У меня длинная передача для Штаб-квартиры Сектора.
– Вы намерены сказать мне, где были?
– Прежде я должен отправить сообщение, фройляйн Мойл,- резко бросил Ретиф и добавил: - Я был в МИДе. Позже расскажу вам все.
– В такой-то час? Там же никого нет.
– Совершенно верно. Фройляйн Мойл ахнула.
– Вы хотите сказать, что вломились туда? Взломали дверь в здание МИДа?
– Именно так,- спокойно подтвердил Ретиф.- А теперь…
– Это абсолютный беспредел,- заявила фройляйн Мойл.- Слава небесам, я уже…
– Включайте передатчик!
– Я уже включила, господин Ретиф!
– отрезала фройляйн Мойл.- Я только ждала, когда вы вернетесь.
Она повернулась к передатчику и нажала несколько кнопок. Экран осветился, и на нем появилось колеблющееся изображение далекого собеседника.
– Он наконец здесь,- доложила экрану фройляйн Мойл и победоносно посмотрела на Ретифа.
– Вот и хорошо,- одобрил Ретиф.- Думаю, гроаки не смогут выбить нас из эфира, но…
– Я выполнила свой долг, господин Ретиф. Прошлой ночью, как только вы покинули кабинет, я представила в Штаб-квартиру Сектора полный доклад о ваших действиях. Любые мои возможные сомнения насчет правильности этого решения полностью рассеялись тем, что вы только что мне рассказали.
Ретиф посмотрел на нее долгим пристальным взглядом.
– Вы проявили себя трудолюбивой девушкой, фройляйн Мойл. Вы упомянули об убитых здесь шестерых землянах?
– Это не имеет никакого отношения к вашему дикому поведению. Должна сказать, что за все годы работы в Корпусе я никогда не сталкивалась со столь ужасной и менее всего подходящей для дипломатической работы личностью, как ваша.
Взрывом статических помех затрещал экран - десятисекундная пауза в передаче закончилась.
– Господин Ретиф,- строго обратился человек с экрана.- Советник Никчемни, ОДС-1, зампомзав секретаря Сектора. Я получил доклад о вашем поведении, что вынуждает меня освободить вас от выполнения обязанностей консула. Вплоть до выводов следственной группы вы будете…
Протянув руку, Ретиф выключил устройство связи. Победоносное выражение на лице у фройляйн Мойл растаяло.
– Как вы посмели? Что это значит?
– Если бы я стал слушать дальше, то мог бы услышать нечто такое, что не смог бы проигнорировать. А я в данный момент не могу себе этого позволить. Послушайте, фройляйн Мойл,- продолжил он серьезным тоном.- Я нашел пропавший крейсер. Он…
– Я слышала, как советник освободил вас от дипломатических обязанностей!
– А я слышал, как он сказал, что намерен меня освободить от них, фройляйн Мойл. Но до тех пор, пока я не выслушаю и не подтвержу устный приказ, он не имеет силы. Если я неправ, он и так добьется моей отставки. Если же я прав, то это временное отстранение крайне помешает.
– Вы не подчинились законному начальству. Теперь здесь руковожу я, - фройляйн Мойл шагнула к устройству местной связи.- Я намерена сообщить гроакам об этом ужасном деле и выразить свои глубочайшие…
– Не прикасайтесь к пульту управления,- приказал Ретиф.- Подите и сядьте вон в том углу, где я смогу держать вас под наблюдением. Я намерен сделать официальную запись для передачи в Штаб-квартиру и вызвать вооруженную Оперативную Тактическую Группу. А потом будем просто ждать.
И, не обращая больше никакого внимания на ярость административного помощника, Ретиф принялся наговаривать на магнитофон сообщение.
Затренькала местная связь. Фройляйн Мойл вскочила и уставилась на аппарат.
– Действуйте,- разрешил Ретиф.- Ответьте им.
На экране появилось изображение гроакского чиновника.
– Иоланда Мойл,- начал тот без всякой преамбулы.- От имени и по поручению министра иностранных дел Гроакской Автономии я настоящим аккредитую вас Земным консулом на Гроа в соответствии с рекомендациями, переданными моему правительству непосредственно из Земной Штаб-квартиры. И требую от вас, как от консула, предоставить господина Дж. Ретифа, бывшего консула, для допроса в связи с нападением на двух блюстителей порядка и незаконным проникновением в архив Министерства иностранных дел.
– Это… это,- начала заикаться фройляйн Мойл.- Да, конечно… Я хочу выразить свои глубочайшие сожаления…
Ретиф поднялся, подощел к аппарату и помог фройляйн Мойл посторониться.
– Слушай внимательно, Фисс,- сказал он.- Твой блеф не прошел. Вы не войдете, а мы не собираемся выходить. Ваш камуфляж действовал девять лет, но теперь с этим раз и навсегда покончено. Предлагаю вам не терять голову и удержаться от искушения еще больше ухудшить дело.
– Мисс Мойл,- ответил Фисс- Отряд блюстителей порядка находится перед вашим консульством. Вы явно в руках опасного сумасшедшего. Гроаки, как всегда, желают только дружбы с землянами, но…
– Не утруждайте себя,- оборвал его Ретиф,- Вы прекрасно знаете, что было в тех досье, какие я просмотрел этим утром.
Ретиф обернулся на внезапно раздавшийся сзади звук. Фройляйн Мойл находилась у двери и тянулась к запору замка.
– Нет!
– Ретиф прыгнул… но слишком поздно. Дверь распахнулась, ив помещение ввалилась толпа гребенчатых гроаков, оттолкнувших в сторону фройляйн Мойл и нацеливших на Ретифа пистолеты-распылители. Вперед протолкнулся шеф полиции Шлух.
– Не пытайтесь применить насилие, землянин,- предупредил он.- Я не могу обещать, что сумею удержать своих людей.