Чтение онлайн

– Отлично, как закончишь с отправкой, обязательно посмотри, что они написали, и расскажи нам, а я пока нам кофе соображу. – Крячко бодро прошествовал к чайнику и, залив в него воды из бутылки, включил кипятить.

– Так, может, ты тогда и за беляшами сходишь? – с надеждой в голосе спросил Гуров. – Время уже далеко заобеденное.

– Могу и сходить, – добродушно согласился Станислав и, с улыбкой посмотрев на Льва Ивановича, ехидно добавил: – Только, чур, потом не говорить, что я хожу руки в брюки и ничего не делаю.

– Ага, так вы все еще здесь! – в кабинет сначала заглянул, а потом и вошел генерал Орлов. – Вы чего вполутьмах сидите? Включить свет?

– Да, включай, – ответил Гуров и, потянувшись до хруста в суставах, вышел из-за стола. – Мы и не заметили, что уже вечер.

– Чем это вы тут занимаетесь? Я думал, что я один в Управлении остался. Я и Верочку давно уже отпустил. – Орлов посмотрел на Гурова и Крячко снисходительным взглядом и заметил, усмехнувшись: – Вы на чумных сов похожи, которые только что для ночной охоты проснулись.

– Станешь тут чумным, – с кряхтением разгибая затекшую спину, отозвался Станислав. – Столько информации нам обрабатывать еще не приходилось.

– Ну, это ты, конечно же, преувеличил, – заметил Лев Иванович. – Нам и больше приходилось перелопачивать. Садись, Петр, в ногах правды нет, – предложил он Орлову.

– В ногах как раз вся правда у оперативников и находится, – ответил Петр Николаевич. – Не побегаешь – информации не раздобудешь. А нет информации, так и правды не узнаешь, и преступление не раскроешь.

– Это, Петр, раньше так было, – рассмеялся Крячко. – Когда ни сотовых, ни компьютеров не было и за каждой бумажкой или вопросом надо было ехать на другой конец Москвы. А нынче вся правда оперативников – в пятой точке. Сидишь на одном месте и кнопочки нажимаешь. А тебе информацию выдают или электронные базы, или твои агенты, или опера из других районов. Технический прогресс, Петр, сам к нам на своих двоих дошел, хотя мы его и не ждали.

– Вот горазд ты, Станислав, языком молоть и шутки шутить, – усмехнулся Орлов. – Вы мне, орлята, лучше расскажите, что у вас нового по делу прыткого афериста и куда ваш помощник девался. Журналист-то небось уже удочки смотал и в свое Иваново уехал?

– Ничего он не смотал и никуда не уехал. Крепкий парень попался – дотошный и работяга, каких еще поискать. Он сейчас поехал с потерпевшими дамочками встречаться, – ответил Крячко.

– А вы чего сидите или на вас уже потерпевших не хватило? – усмехнулся Орлов.

Крячко с Гуровым переглянулись, и Лев Иванович ответил:

– Этих потерпевших оказалось так много, что и на все наше Управление хватило бы. Мы со Станиславом насчитали примерно сорок женщин из одиннадцати разных городов, которые теоретически могли бы проходить по нашему делу. Аферист работал не просто с размахом, а с невероятным энтузиазмом – как стахановец.

– Разводил по интернету, что ли? – не понял Орлов.

– В том-то и дело, что нет, – усмехнулся Крячко. – Гастролировал. Охмурит и оберет пару-тройку, а то четырех дам в одном городе и сразу же в другое место перемещается. И так почти два года работает. Причем в одиночку, без напарника, как мы поняли.

– Ну, положим, ему кто-то все-таки помогает, – возразил Лев Иванович. – Кто-то ему документы липовые строгает.

– Этого мы пока точно не знаем, – заметил Крячко. – Если он художник и мастер на все руки, то, возможно, и сам их себе рисует.

– Хм, – покрутил недоуменно головой Петр Николаевич. – Получается, это он один, что ли, за два года обманул почти сорок женщин? Что еще о нем вам известно? Ты почему его художником назвал? – генерал посмотрел на Станислава.

– У него фишечка есть одна, – усмехнулся Крячко. – Он всем дамам, которых на деньги разводит, портретики дарит. Не свои портретики, конечно. Это было бы слишком уж нахальным с его стороны поступком – дарить на прощание свои портреты. А вот портреты бывших невест – завсегда пожалуйста. Причем рисует он всех дам одинаково – в свадебных нарядах. Пижон чертов. Это он таким способом намекает, что они свою роль невесты уже выполнили и вполне могут отдыхать и наслаждаться воспоминаниями об уже сыгранной роли.

– И хороши портреты?

– Профессиональные портреты, – ответил на вопрос генерала Гуров и показал ему с десяток копий, отпечатанных на принтере. – Это пока все, что у нас имеется в наличии. Но нам пообещали еще прислать, – пояснил он. – Я уже несколько рисунков отправил знакомому эксперту в Щелково. Но ответ он даст только завтра. В пользу того, что наш прохвост – художник, говорит еще один нюанс, который, собственно, тоже объединяет несколько, казалось бы, непохожих дел в одно производство.

– Ну-ка, ну-ка, что там у вас еще? – заинтересовался и без того уже заинтригованный Петр Николаевич.

– Татуировки. Но не те, какие делают в тату-салонах, а временные, какие обычно в приоритете у девушек и детишек. То есть так называемые флеш-тату, но вот только не совсем обычные. Не простенькие, промышленные наклейки, которые можно купить в любом магазине, а изготовленные самостоятельно, с вполне даже сложным и профессионально выполненным рисунком.

– Это как? – не понял Орлов.

– Для создания картинки для временных тату используют одну из компьютерных программ по созданию изображений. Придумывается дизайн рисунка, подбирается цветовая гамма и создается его макет в зеркальном отражении.

– А это еще зачем? – заинтересовался Крячко, который смотрел на Гурова, пока тот объяснял, с нескрываемым удивлением.

– Это делается для того, чтобы при перенесении на кожу рисунок или буквы не были перевернуты, – ответил Лев Иванович и продолжил дальнейшее объяснение: – В специализированных магазинах рукоделия или в интернет-магазинах всегда можно купить специальную переводную бумагу для водных горок, на одну из сторон которой нанесен слой клея.

– Что это еще за водные горки? – снова поинтересовался Станислав.

– Да фиг их знает, – отмахнулся от его вопроса Гуров. – Я и сам в этой технологии не очень разобрался. Понял только, что рисунок с компьютера переносится на такую вот бумагу и распечатывается на цветном лазерном принтере. Ну а остальной механизм наклеивания и так всем понятен – это как детские переводные картинки, которые можно наклеить на любую часть тела. Они потом легко удаляются с кожи, смываются водой с мылом или спиртовым раствором.