Чтение онлайн

Первая попытка форсирования, предпринятая 9 сентября, закончилась неудачей, но именно тогда генерал Говоров проявил такое ценное качество полководца, как способность быстро реагировать на изменения обстановки и вносить коррективы в ранее принятые планы. Он прекратил бесполезные атаки и на следующий день представил в Ставку новый план операции, подписанный также А. А. Ждановым. Верховный главнокомандующий план утвердил и дал целых пять суток на подготовку, хотя начавшееся наступление фашистских войск под Сталинградом требовало максимальной активности на других фронтах.

Разведка противника внимательно следила за всеми передвижениями советских войск, поэтому внезапность, как и прежде, исключалась. Но командующий Ленинградским фронтом компенсировал ее более тщательной организацией управления и удвоением количества привлекаемой артиллерии — теперь огонь по врагу должны были вести 600 орудий. И на этот раз советским войскам под покровом темноты удалось форсировать реку шириной в 500 метров!

Противоположный берег Невы озарялся разрывами снарядов, а в траншеях шел ночной бой. Здесь все решалось выстрелом в упор, уколом штыка да ударом малой пехотной лопатки...

Фон Манштейн был вынужден прекратить натиск на Волховский фронт и, вновь развернув три свои дивизии на 180 градусов, бросить их против захваченного ленинградцами плацдарма. Жестокие бои шли и на земле, и в воздухе. Вражеские атаки следовали одна за другой, иногда фашисты прорывались даже к командным пунктам двух противостоявших им ослабленных дивизий, и тогда в схватку вступали офицеры штабов. Враг откатывался, но таяли и ряды защитников плацдарма.

Генерал Говоров, постоянно изучая обстановку, пришел к выводу, что войска противника, предназначенные для захвата Ленинграда, обескровлены и измотаны. Штурм города невозможен, и плацдарм — «пятачок», как средство сковывания сил фон Манштейна, теряет смысл. Следовательно, большую часть войск оттуда необходимо эвакуировать.

План отхода был детально разработан и в ночь на 8 октября осуществлен столь четко, скрытно и быстро, что противник так и не успел заметить семь сотен лодок, плотов и понтонов, совершавших рейсы через Неву буквально у него под носом. В то же время эвакуация войск

не означала оставление плацдарма: политый кровью «пятачок» земли был тщательно прикрыт минными заграждениями и огнем с исходного берега, а для обороны его осталось подразделение автоматчиков...

Летние сражения 1942 года окончательно изменили соотношение сил под Ленинградом в пользу советских войск. Но свежая память о былых победах мешала фашистским генералам верно оценить обстановку, и они все еще не оставляли надежду овладеть городом. Правда, теперь на смену идее решительного штурма им пришла мысль задушить город блокадой. Для этого следовало всего лишь перерезать единственную транспортную артерию, питавшую город, — «Дорогу жизни» через Ладожское озеро.

Объектом удара был выбран небольшой гранитный остров Сухо, где располагался маяк; гитлеровские штабисты поняли, что тот, кто владеет островом, контролирует путь через Ладогу. С этой целью в северо-западной части озера началось формирование флотилии из десантных барж с 88-мм пушками, десантных, торпедных и сторожевых катеров. Командиром флотилии был назначен подполковник Зибель.

Но генерал Говоров, предугадав замысел противника, распорядился установить на острове батарею 100-мм пушек под командованием старшего лейтенанта Гусева.

В ночь на 22 октября подполковник Зибель повел свою флотилию в составе 30 кораблей с десантом на борту к острову Сухо. Однако наблюдатели советских дозорных катеров помешали ему достичь внезапности: в 7 часов утра они обнаружили силы противника, уже шедшие в боевом порядке. И хотя радиостанция защитников острова была разбита первым же вражеским снарядом, корабли и самолеты получили приказ идти туда, где начался ожесточенный бой.

Советские артиллеристы попали в катер и десантную баржу, затем повредили еще одну, а две загнали на рифы. В схватку вступили и два крохотных советских дозорных катера — им удалось потопить одно судно противника. Но силы были слишком неравны, а плотность вражеского огня столь велика, что большинство из защитников острова получили ранения в первые же минуты боя. А тут еще фашистское командование бросило на помощь своей флотилии авиацию, после ударов которой началась высадка десанта. Полетели гранаты, на крохотном пятачке суши начались яростные рукопашные схватки.

Отдельные группы фашистов смогли пробиться к орудиям и заложить под них заряды, но контратакой советских бойцов во главе с инженером Мельницким они были уничтожены. Тем временем другой части защитников острова во главе со старшим лейтенантом Гусевым и сержантом Мартыновым удалось оттеснить противника к западному берегу острова. В 9.00 советская авиация нанесла удар по кораблям Зибеля, и фашисты поняли, что их замысел окончательно провалился.

Остатки десанта бросились к своим катерам, и вся флотилия стала полным ходом отходить на северо-запад. Но на ее перехват уже устремились советские катера и канонерские лодки. Лишь 13 поврежденным кораблям противника кое-как удалось доползти до своих баз.

Больше фашисты попыток овладеть «Дорогой жизни» не делали, а командующий Ленинградским фронтом приступил к подготовке операции по прорыву блокады города. Скрупулезно оценивал он каждую деталь обстановки. Сколько нужно времени, чтобы добежать по льду до вражеского берега? Семь минут? Это с автоматом, а с ручным пулеметом? Сколько потребуется веревок с крючьями, штурмовых лестниц, ботинок с шипами, чтобы атакующая волна без задержек преодолела крутые высокие склоны?

Разведчики, подобравшись чуть ли не вплотную к переднему краю противника, выпиливали куски льда, а инженеры изучали его структуру, определяли порядок переправы тяжелой техники. Командующий проводил дни на учениях, боевых стрельбах, испытаниях ледовых переправ, а ночи — за картами, расчетами и разведывательными донесениями. Операция «Искра», призванная сокрушить кольцо блокады, должна была быть подготовлена безупречно...

Войска занимали исходное положение на берегу Невы под покровом тьмы. «Перейти в решительное наступление, разгромить противостоящую группировку противника, выйти на соединение с войсками Волховского фронта и тем самым разбить осаду города Ленинграда. В бой, в беспощадный бой с врагом, мужественные воины!» — таковы были слова зачитанного перед выдвижением приказа.

Два часа и двадцать минут вели ураганный огонь две тысячи орудий. Советские артиллеристы блестяще справились с задачей, подавив огневые точки противника, но при этом не повредив лед Невы, а затем пехота четырех стрелковых дивизий одновременно бросилась в атаку на фронте в 13 километров. В самом центре массы атакующих, на замерзшей Неве, под пулями противника играл военный оркестр, воодушевляя воинов музыкой в лучших традициях русской армии.

С ходу взят крутой, достигавший 12 метров в высоту берег; но впереди — прекрасно подготовленная в фортификационном отношении оборона. Фашисты, засевшие в железобетонных коробках, отстреливаются до последнего патрона.

Двое суток кипели бои близ Невы. Немецкий командующий генерал Линдеман сопротивлялся умело, расчетливо и, даже будучи поставлен в тяжелые условия, ухитрялся создавать ударные группировки и бросать их в жестокие контратаки.

Командующий Ленинградским фронтом внимательно прислушивался к пульсу операции, успевая подбодрить словом одного командира, помочь ударами авиации другому, вывести из боя залегшую под огнем противника дивизию и снова ввести ее в сражение из-за фланга успешно наступающего соседа. По-прежнему отчаянно сопротивлялся враг, но уже были проложены по льду Невы деревянные настилы и спешили на помощь пехоте могучие танки, тяжелые гаубицы, батареи «катюш». Вот уже окружен Шлиссельбург, там идет штурм превращенных в крепости зданий.

Медленно, но неуклонно сокращалось расстояние между войсками Ленинградского и Волховского фронтов. Вот между ними четыре, два, всего лишь один километр! Генерал Линдеман бросил в бой свой последний резерв — два полка пехоты при поддержке танков, — но и они были разгромлены дивизией генерала Симоняка...

15 января 1943 года, когда операция «Искра» была в разгаре, Л. А. Говорову было присвоено воинское звание «генерал-полковник», а три дня спустя, в 9.30 18 января, на восточной окраине Рабочего поселка № 1 обнялись воины Ленинградского и Волховского фронтов. Шестнадцатимесячная блокада была прорвана!