Чтение онлайн

Доктор услыхал шаги этого господина в зале и услыхал в то же время, как лакей пробежал в столовую, как там задвигались стулья. Тогда он быстро отпер двери из кабинета в залу. В дверях на противоположной стороне он увидал группу: его жена, теща и свояченица, испуганные, бледные, смотрели, что случилось. А среди залы стоял худощавый, пожилой господин, почти старик, в шубе и шапке. Он был в крайне возбужденном состоянии, жестикулировал и что-то шептал.

– - Что вам угодно?
– -спросил его несколько надменным тоном доктор.

– - А! Ты вот где!
– - закричал посетитель, бросаясь с поднятыми кулаками на доктора.

Доктор с спокойным видом встал в оборонительную позу, а нежданный гость, трясясь и топая ногой, кричал ему в лицо:

– - Убийца! Мясник!.. Что ты сделал, что ты сделал! Ведь ты зарезал ее! Отдай мне, отдай мне мою жену!.. Под суд тебя, мерзавца!

Посетитель при этом почему-то вдруг снял шапку и еще громче крикнул:

– - В Сибирь, на каторгу! Слышишь ты!.. Я тебя на дуэль вызываю, слышишь! Убью тебя, сам убью!.. Вот ты попробуй, как сладко умирать-то!.. Ах, ты, ах ты, а!.. Что ты сделал, что ты сделал!
– - докончил он упавшим голосом.

– - Успокойтесь, -- несколько пренебрежительно сказал доктор, -- вы сами не знаете, что говорите, и не понимаете того, о чем говорите.

– - А ты понимал, когда резал! Ты понимал?
– - продолжал волноваться посетитель.
– - Отчего вы Игнатья Фомича не послушали? Ведь он говорил вам, говорил?

– - Ну и дали бы делать операцию вашему Игнатью Фомичу, -- раздраженно крикнул доктор, и глаза его сверкнули зловещим огоньком.

– - Да ведь тебя все знаменитостью-то прославили -- дороже всех берешь. А я разве чего-нибудь жалел. Ведь я жену-то хотел в Петербург везти. Ведь ты себя выше всех поставил. Профессор! Первый резак. Лучше столичных! Вот и зарезал... Ах, что ты наделал! Что ты, что ты...

– - Ошибки всегда возможны...

– - А тысячу рублей требовать не ошибался? А драться не ошибался? Да как ты смел, как ты смел! Ведь тебя засудят! Ведь казнить вас мало-с за эти поступки. Четвертовать вас, сударь, нужно. Ведь вы послушайте-ка, что Игнатий-то Фомич говорит...

– - Мне дела нет до того, что про меня говорят, и в особенности, что говорит Игнатий Фомич, -- сдерживая накипающую злобу, сухо произнес доктор.
– - Я добросовестно делал свое дело, и какие бы последствия его ни были, я знаю, что я прав. Что же вам собственно от меня угодно? Зачем вы пожаловали ко мне?

– - Зачем? А, зачем?.. Чтоб заплатить тебе за все, за все, слышишь! Вот зачем. На вот, на вот, возьми, по уговору...

И с этими словами посетитель швырнул в доктора пачкой сторублевых бумажек, которые, не долетев, рассыпались по полу. Доктор посторонился.

– - И чтоб сказать тебе, что ты убийца, что этим мои счеты с тобой еще не кончены. Под суд тебя отдам!..

– - Деньги ваши можете собрать, -- надменно сказал доктор.
– - Я получу их от вас тогда, когда мой образ действий будет признан правильным. А за сим, что еще вам от меня угодно?

Но посетитель уже опустил грозившие доктору руки и более мягким голосом произнес:

– - А ее то ведь уж нет! Ее то ты мне ведь уж не отдашь! Не воскресишь ведь? А?.. Надя, Надя!..

И с глазами полными слез, старик опустился на стоявшую около него турецкую табуретку и впал в состояние какого-то отупения.

Доктор велел лакею подать воды, принес сам из кабинета пузырек, отсчитал в стакан несколько капель какого-то успокаивающего лекарства и подал посетителю. Тот было хотел взять, но потом слабым движением руки отстранил от себя стакан и прошептал:

– - Еще отравишь... а у меня дети...

– - Так подите вон, -- вскрикнул выведенный из себя доктор и ушел в кабинет, захлопнув за собой дверь.

Жена доктора подошла теперь к посетителю и молча остановилась перед ним. Он тоже молча посмотрел на нее, потом встал и пошел в переднюю.

– - А деньги? Возьмите ваши деньги. Иван, собери и отдай, -- сказала барыня лакею. Ее поступки обыкновенно согласовались с поступками ее мужа.

Посетитель тем временем уже уходил, и лакей с деньгами в руках бросился за ним.

– - Анатолий, да объясни ты, ради Бога, что все это значит, -- умоляющим голосом обратилась к доктору жена, войдя к нему в кабинет.

Доктор полулежал на оттоманке. Лицо его было мрачно.

Он посмотрел на жену и процедил сквозь зубы:

– - Началось...

– - Что началось?

– - Да вот это самое.

Испуганная и мрачным видом мужа, и его как будто лишенными смысла словами, докторша опять повторила вопрос:

– - Да что же такое началось?

– - Травля, -- отрезал доктор.

Жена посмотрела на него, и несколько секунд они промолчали.

В это время лакей вошел в кабинет с пачкой собранных с полу сторублевых бумажек и с глупой, лакейской улыбкой произнес:

– - Не взяли-с, уехали-с.

Лакею на это ничего не сказали, и он, положив деньги на угол письменного стола, вышел из кабинета.

– - О какой драке говорил он?
– - спросила жена доктора, когда они остались одни.

– - Я дал плюху Игнатию Лойоле, -- ответил доктор.

– - Как! Когда!

– - Во время операции.

– - Что ты, Анатолий, что ты!
– - испуганно произнесла молодая женщина, разведя руками.

– - Ну, что я? Что я? Дал плюху -- вот и все. Он давно ее заслужил.

– - Да как же так... во время операции...

– - Что ж делать! Это уж мое несчастие, что не догадался сделать это раньше.

– - Ну, а больная... отчего же она умерла?

– - Отчего? Уж, конечно, не от моей плюхи... Хотя... они не задумаются объяснить этим случаем смерть пациентки.

– - Ах, Анатолий, Анатолий! Да как же это случилось?

– - Как обыкновенно случается, что человека взбесят, а он не выдержит и в свою очередь сделает гадость. Разве мало этот Игнатий Лойола наделал гадостей и мне, и другим профессорам? А теперь -- если б ты видела, если б ты могла понимать, как он вел себя во время консультации!

– - Да ты бы не обращал внимания.

Доктор нервно рассмеялся, и взгляд его, обращенный на жену, принял злое выражение.

– - Я видел, как ты не обращаешь внимания на портниху, когда она скверно сошьет тебе платье! Ну, а это, матушка моя, не платье... Тут все ставится на карту. Тут борьба за существование.