Чтение онлайн

Да,размышления были неутешительными, однако позволили инспектору немного прийти в себя и восстановить функции левого полушария, после чего он немедленно приступил к осмотру места происшествия и сбору вещественных доказательств. Весь пол возле стола был забрызган кровью, однако определить ее группу и принадлежность не представлялось возможным. Сакраментальный маузер исчез вместе с владельцем. Из всего антуража последний оставил только свою куртку. Инспектор ее подобрал, ощупал карманы, оказавшиеся пустыми, и принюхался. От куртки несло козлом и, кажется, скипидаром. Первый запах инспектор, имевший опыт полудеревенской жизни, идентифицировал однозначно, а второй - предположительно, но с большой долей вероятности. Пришлось засунуть куртку в полиэтиленовый мешок, стараясь при этом не измазаться в субстанции, содержащейся на ее поверхности в виде пятен разной степени обширности. После этого инспектор тщательно собрал осколки бутылки в бумажный кулек, вытер пятна крови своим носовым платком, уже и без того потерявшим товарный вид, но не выбросил его в урну, а приобщил к делу и спрятал всю сооовокупность вещественных доказательств в сейф.

"Так, что еще?.. А, голова!" - инспектор достал из ящика стола маленькое зеркальце и с его помощью тщательно обследовал голову. Ссадина была приличная, но кровь уже не текла. Инспектор с удовлетворением констатировал, что сможет и впредь использовать голову по прямому назначению, а в том, что такой случай не замедлит представиться, он даже не сомневался.

Выглянув в коридор, инспектор обнаружил дежурного на своем посту и в полном здравии. Тот, как и положено, пил чай. Общее впечатление было такое, что он сидит здесь с самого сотворения мира и никаких посетителей за прошедшее время не зафиксировал. За этого грузного мужчину в звании старшины, с которым инспектор поддерживал короткие отношения, и который ему покровительствовал в делах житейских, вроде рыбалки, можно было поручиться - мимо него не то, что "чекист", муха не пролетит!

– Петрович, а Петрович, у нас тут где-нибудь йод имеется?

– Так точно!
– отозвался тот, прекращая чаепитие.

– Дай. И бинт, если есть.

– Бинта нет - растащили весь, а новый еще не получили. Зеленки завались и нашатырю...

– Зеленки не надо - йод давай.

– Что стряслось, Борисыч?

– Да так, головой сейф забодал...

– Заработался ты, видно. Аккуратнее надо с сейфами-то...

"Чекиста он не видел, иначе не сидел бы... А если, все же, видел, то как я объясню его исчезновение? И откуда он вообще взялся, да еще с пистолетом?"

Спрашивать, однако, инспектор не стал, решив, что если старшина поинтересуется, куда девался посетитель, он что-нибудь придумает, а если нет, значит никого не видел, и тогда все равно придется думать, так что отвертеться не удастся, а, значит, и торопиться не следует.

Инспектор сходил в туалет, умылся, потом привел в порядок голову и намазал йодом ссадины на суставах пальцев. Все, можно было идти домой.

Заперев дверь в кабинет, инспектор двинулся к выходу. Он специально остановился возле дежурного, чтобы тот имел возможность задать вопрос. Старшина, однако, продолжал пить чай и желания задавать вопросы не выказывал.

"Т-так.., - подумал инспектор.
– Значит опять придется думать. Ну-ну..."

– Налей-ка мне, Петрович, полстаканчика. Что-то в горле пересохло.

– Что, закончил дела на сегодня?
– поинтересовался старшина.

– Да, закончил, - в тон ему ответил инспектор.

– Теперь дела пойдут, - старшина показал глазами на потолок.

– Теперь уж непременно, - подтвердил инспектор.

– Я вот помню, когда Сталин умер, тоже...

– Извини, Петрович, ты мне про вождей после расскажешь. Сегодня денек выдался... Устал. Пойду.

– Давай иди, отдыхай, - согласился старшина.

Это могло означать только одно: никакого "чекиста" он в глаза не видел. Скорее всего, тот, действительно не существовал, и хорошо, что инспектор вовремя это заметил...

– ---

Домой инспектор явился, когда жена уже легла. Открыв дверь, она, как и предполагалось, начала бурчать, исподволь пытаясь уяснить, имеет ли смысл затевать скандал, или, наоборот, следует как-то утешить и приголубить. А, увидев ссадины на кулаке, забегала в поисках медикаментов. Инспектор, однако, на реплики не отвечал, но молча отправился в спальню, где у него в специальном месте хранилась початая бутылка коньяка. Достав эту бутылку,он машинально проверил, плотно ли закрыта емкость, и не произошло ли, паче чаяния, случайного откупоривания, сопровождавшегося ухудшением, или, того хуже, протечкой содержимого. Нет, бутылка была в полном порядке.

Вернувшись на кухню, инспектор достал две рюмки и откупорил бутылку.

– С какой это радости?
– поинтересовалась жена, нашедшая в шкафу йод, но безуспееешно искавшая бинт.

– Так ведь... Все ж таки не каждый день у нас новая жизнь начинается. Президента, вон, привезли, сейчас, небось, обмывают. А мы что, лысые?

Жена ничего не сказала, только посмотрела выразительно и взяла свою рюмку. Выпили молча. Потом жена взглянула на инспектора еще пристальней и прищурила глаза:

– Что это у тебя на голове?

– Производственная травма, - лаконично ответил инспектор.

– Я не про травму. Ты, ухажер, не иначе как лысеть начал?

– Что?.. Молчи женщина!
– инспектор провел рукой по волосам.
– Ничего подобного!

– А что у тебя там?

– Где?!

Инспектор вышел в коридор - там на стене висело зеркало. В полумраке он увидел свою уставшую физиономию с кругами под глазами. А чуть выше... Да, над макушкой отражения висело едва заметное светящееся золотое кольцо. Но это длилось только мгновение. Спустя секунду-другую наваждение исчезло.

"Т-так.., - подумал он, пристально рассматривая свое отражение, - Приехали..."

– На работу завтра будить?
– поинтересовалась из кухни жена.

– Буди. Завтра что? Четверг?

– Ну.

– Тогда буди. Завтра у нас разбор полетов, в пятницу наверняка поступят указания свыше, а в субботу...

– На субботу у тебя назначен полет на рынок за картошкой.

– И это - тоже. Но сначала полное вокресение души, решительное очищение лиц, всеобщая амнистия по грехам, а уже после - картошка... Что-то мне в последнее время наш мир перестал нравится. А тебе как?

– Мир как мир, - буркнула жена, - спать пора.

– И все же я им займусь, - упрямо и весело сказал инспектор.
– Вон Вольтер говорит: "лучший из всех возможных". Не могу с этим согласиться.
– Он подмигнул своему отражению в зеркале и шопотом произнес: - что, дядь Вова, допрыгался?.. Все, теперь деваться некуда. Выключай автопилот - беру управление на себя!..

Красноярск-26-Атомград-Железногорск 1992-1995.