Полночь в Зазеркалье
Шрифт:
Иногда его мысли блуждали по коридорам зеркального лабиринта, по бесконечным комнатам и залам с прозрачными стенами. Потом он снова возвращался мыслями к Нине и их странным взаимоотношениям: два атома встретились во вселенной среди триллионов им подобных. Неужели, чтобы любовь возникла, нужно десять лет? Или только десять секунд? И то, и другое, подумал он.
По временам Джейка охватывал страх – он начинал во всем сомневаться. Нина Фасинери могла быть воплощением ненависти, некоего черного паука в зеркальной сети. Она, в сущности, была для него загадкой, несмотря на то, что ему казалось, будто он прекрасно ее знает. Джейк не находил себе места, и у него мелькнула мысль: не сходит ли он с ума?
Как бы то ни было, к каждой полуночи Джейк теперь одевался с особой тщательностью: черный костюм, белоснежная рубашка, аккуратно повязанный черный галстук. Ему было приятно, что цвет его костюма совпадает с цветом платья Нины.
Наконец Джейк обнаружил две черные фигуры в первом отображении. Он рассмотрел свое лицо на расстоянии полутора метров. Выражение ужаса совсем исчезло – Джейк улыбался. Рука Нины Фасинери в черной перчатке лежала на его плече. Черные пальцы слегка дотрагивались до белоснежного воротничка рубашки.
…Следующей ночью поднялся сильный ветер, хотя небо было безоблачным. Звезды в телескопе мерцали как-то по-особенному. Джейк давно не помнил такого ветра – казалось, он все усиливался. К одиннадцати Джейку стало невмоготу находиться на крыше, и он открыл дверь, чтобы спуститься по лестнице.
Люстра почему-то не горела, и Джейка охватило ужасное волнение. Он ощущал, что вот-вот выпрыгнет в пространство, и ветер унесет его в космос…
Джейк начал спускаться по темным ступенькам. Он весь дрожал от холода. Внезапно внизу раздался треск и грохот. Джейк пошатнулся, схватившись за стенку. Его пальцы дотронулись до какой-то абсолютно гладкой поверхности. Это было стекло. Вдруг он услышал хрипловатое дыхание и шелест шелка. Тонкие руки обняли его, и к нему прижалось женское тело. Холодные губы встретились с его губами. Джейк ощущал в руках гладкость шелка.
Кругом царила полная темнота. Часы били двенадцать. Рука нежно гладила его спину, пальцы слегка касались шеи. Пробил последний удар. Пальцы начали с силой сжиматься и схватили его за воротник. Другая рука начала затягивать галстук. Чудовищная боль пронзила голову и полностью поглотила Джейка.
* * *
Через четыре дня полицейский, проезжая в полночь мимо дома Джейка Нефандера, при свете фар увидел в окне мертвое тело. Оно висело на люстре, над лестничной площадкой.
Полицейский доложил о состоянии тела – оно было зацеплено воротником и галстуком за железные крючки люстры. Но он не занес в протокол то, что увидел в зеркале на лестничной площадке: множество отражений собственного потрясенного лица, а в четвертом отражении – еще две черные фигуры. Они держались за руки и смотрели на него, широко улыбаясь. Одна из них была фигурой Джейка Нефандера, который выглядел намного моложе своего возраста. Другая – фигурой женщины в черном, верхняя часть лица которой была прикрыта вуалью.