Чтение онлайн

— Детектив Барнс беспрестанно названивает, — сказала Лиза. — Она требует поговорить с тобой. Сказала, что приедет сюда лично, если ты не выйдешь на связь в ближайшее время, — она помедлила. — Банк Талисманик реально ограбили?

— К сожалению, да, — я бодро улыбнулась. — Но у меня такое ощущение, что я раскрою это преступление прямо сегодня, и все соучастники будут призваны к ответственности.

Лиза казалась опешившей.

— Эм, ну хорошо.

— Ага, хорошо. Если Барнс снова позвонит, скажи, что я встречусь с ней и детективом Кольером сегодня попозже, на Кёртис Грин. Постарайся не дать им приехать сюда. Нам лучше обойтись без помех, — затем мой голос смягчился. — И спасибо за то, что ты сделала ранее. С деньгами и шоколадным тортом. Ты даже не догадываешься, какую роль это сыграло.

— Это всего лишь торт.

— Торт никогда не бывает «всего лишь тортом», Лиза.

Как и Лукас, Лиза не была тупой. Она окинула меня долгим взглядом, намекавшим, что мне нужно многое объяснить.

— Верно, — признала она наконец. — Этот был украшен шоколадными завитками, которые я сделала сама.

Дверь Отряда Сверхов распахнулась, и с топотом влетел Фред.

— Чёртовы студенты-театралы! — проорал он. — Это вообще были не оборотни. Это были студенты-театралы! Они думали, что играют какое-то представление. Я не могу поверить в людскую тупость!

Он промаршировал ко мне, размахивая руками.

— Но вот что я думаю. Я по рации слышал об ограблении банка Талисманик. Выслушай меня. Я думаю, что кто бы ни стоял за ограблением, он использовал студентов, чтобы создать отвлекающий фактор, — он глянул на Лукаса. — И то же самое случилось на Лондонском Глазу. Всё сводится к ограблению. Дело не в терроризме, не в суициде и ни в чём таком, всё дело в деньгах.

— В деньгах, — согласилась я. — И также замешано немало власти, — я повернулась к закрытой двери в допросную комнату. — Возможно, ещё немножко мести.

— А?

— Что тут происходит, Эмма? — спросил Лукас.

— Вы все вот-вот узнаете, — я надеялась на это. — Но можешь сначала сделать мне одолжение?

— Продолжай, — он скрестил руки на груди.

— Поручи своим вампам прочесать близлежащие улицы. И, возможно, крыши зданий напротив.

— Эмма…

— Пожалуйста?

Его глаза всматривались в моё лицо.

— Хорошо, — ответил он наконец. — Желание детектива для меня закон.

Я быстро чмокнула его в щёку. Это было чрезвычайно неподобающе — выражения лиц Лизы и Фреда это подтверждали. Однако Лукас обвил меня рукой за талию и крепко сжал.

— Мне не терпится узнать, что здесь происходит на самом деле, — пробормотал он мне на ухо.

— Поверь мне, — ответила я, чувствуя биение его сердца, пока его тело прижималось к моему, — это эпичная история.

Мы с Фредом заняли места в допросной комнате и проделали все приготовления. Эсмеральда Стром сидела напротив, её осанка была напряжённой и непокорной.

— Я не понимаю, зачем я здесь. Мне начинает казаться, что вы считаете меня какой-то преступницей, — сказала она и пронзительно прыснула, будто сама мысль об этом была возмутительной. Она ещё не нервничала. Но всё же беспокоилась.

— Это не займёт много времени, — сказала я. — У нас всего несколько вопросов. Вы важный свидетель того, что случилось в банке.

— Я вам уже сказала. Я ничего не видела.

— Угу, — я кивнула, наблюдая за ней. А потом я вспомнила, что говорил мой дядя, и как он жаловался на обращение с ним из-за его возраста. Я пристальнее присмотрелась к Эсмеральде. Она была не так стара, как казалось с первого взгляда, но снисходительный подход мог сработать.

Я повысила голос, будто она была слегка туговата на ухо, и постаралась выглядеть сочувствующей.

— Полагаю, в вашем возрасте зрение уже не то, — сказала я.

— У меня нет никаких проблем со зрением! — ощетинилась она.

— Это хорошо, — смягчилась я. Затем помедлила и спросила так, будто меня только что озарило: — Вам тут комфортно? Может, подушку на стул принести?

Она резко нахмурилась.

— Вы всем допрашиваемым предлагаете подушку?

— Я не совсем понимаю, что вы имеете в виду, миссис Стром, — сказала я. — Я просто стараюсь убедиться, что мы позаботились обо всех ваших потребностях.

Она не смогла скрыть раздражённую гримасу, промелькнувшую на её лице. Я испытала проблеск удовлетворения. Раз мне удалось вывести её на эмоции, она будет выбита из колеи. Возможно, мне даже удастся спровоцировать её рассказать всю правду.

— Итак, — я подалась вперед. — Я так понимаю, ваш муж работал в банке Талисманик вплоть до его смерти в ноябре прошлого года. Это верно?

Она резко кивнула.

— Говорите вслух, пожалуйста, — сказала я. — Для записи.

— Да.

— Мне очень жаль слышать об его кончине. Нормально ли, чтобы гоблин и пикси были в длительных отношениях?

— Это были не просто отношения, — рявкнула она. — Мы были женаты. И да, полагаю, это необычно, но лишь потому, что на свете не так много гоблинов и пикси, — она скривила губы. — Я думала, вы как член Сверхъестественного Отряда уже знаете эти базовые истины.

Я мягко улыбнулась, показывая, что одновременно терпелива и добра вопреки её ворчливой натуре, и я смотрела на неё как на новорождённого ребёнка. Или на щеночка. Это сработало, и она насупилась ещё сильнее.

— Меня недавно назначили на эту должность, — сказала я ей. — И я весьма молода. Мне многому ещё надо научиться.

Она скрестила руки на груди, и укороченные рукава её платья слегка задрались.

— Оно и видно. Почему вы спрашиваете о Босвелле? Я думала, это по поводу ограбления банка.

— Всему свое время, миссис Стром, — я глянула на её обнажившиеся руки, подметив красные следы на её локтях. — Вы недавно поранились?

— Что? Нет, — она посмотрела вниз, осознала, на что я смотрю, и тут же опустила руки, чтобы рукава снова покрыли её локти. — У меня экзема.

Я мало что знала об экземе, но едва ли она затрагивала только локти. Но вот если кто-то проводил много времени, опираясь локтями на землю или пол и глядя через прицел снайперской винтовки, то как раз остались бы такие следы.

— Миссис Стром, — продолжила я. — У вас есть опыт обращения с огнестрельным оружием?

От такого вопроса дёрнулся даже Фред. Эсмеральда уставилась на меня.

— Не задавайте глупых вопросов, — она фыркнула. — С чего мне интересоваться оружием?

Я сделала пометку на листе бумаги перед собой.

— Значит, если мы свяжемся с местными любительскими тирами, у них не будет записей о ваших визитах?

Она не ответила, но её кожа побледнела.

— Миссис Стром?

— Без комментариев.