Чтение онлайн

На кухне было жарко, пекся новый пирог, булькала на медленном огне рыба в медном котелке. В приоткрытую дверь вырывался пар. Полли порхала с табурета на пол и обратно, вынимая и составляя вниз фарфоровую посуду. Сара расставляла бокалы на подносе, а мистер Хилл был занят столовым серебром; хмуря брови, он поочередно подносил к свету вилки. Одну из них он сунул Саре прямо под нос: между зубцами что-то присохло.

— Извините, мистер Хилл. Больше такое не повторится.

Укоризненно покачав головой, он поплевал на вилку и полой камзола придал ей надлежащий блеск.

— Ну и где же этот ваш новый малый? — осведомилась Полли.

Миссис Хилл выпрямилась, обернулась к окну:

— Да вот он, идет как раз.

Новый слуга неслышно проскользнул в кухонную дверь. Темные волосы он гладко зачесал и связал на затылке. Наряд его составляли узковатый коричневый кафтан, черные бриджи по колено и гарусные чулки. Вид вполне пристойный и опрятный, только платье старомодного кроя, будто на портрете джентльмена, писанном лет тридцать назад.

— Ух, — выдохнула Полли. — Вы похожи на привидение.

Он простер над ней руки, растопырив пальцы, словно призрак. Девочка захихикала. Мистер Хилл подошел осмотреть его, смахнул пылинку с лацкана, кивнул.

— Недурно, — оценила миссис Хилл, — очень недурно.

Предстоит простой обед в семейном кругу, наставлял Джеймса мистер Хилл, и это дает ему счастливую возможность затвердить правильное расположение ножей и вилок, тарелок, графинов и бокалов, чтобы впоследствии уметь разместить их на скатерти как должно, дабы не ударить лицом в грязь перед гостями.

Джеймс молчал, что твой подсвечник. Он тенью следовал за мистером Хиллом, глаз не сводил с его рук в белых перчатках и кивал всякий раз, как старичок оглядывался, желая убедиться, все ли тот уяснил. Вдвоем они покончили с сервировкой как раз к тому времени, когда семейству следовало занять места за столом.

Ровно в половине пятого мистер Хилл вошел в холл и прозвонил к обеду. По дому застучали двери, раздались звуки шагов и радостные голоса: обитатели дома предвкушали очередную превосходную трапезу, приготовленную миссис Хилл.

Мужчины и Сара, которая на первый раз взялась помочь новенькому, внесли блюда в столовую. Не будь руки у нее заняты судком с масляным соусом из порея, она, пожалуй, дернула бы Джеймса сзади за хвостик, который забавно подскакивал при каждом шаге, просто чтобы как-то обратить на себя его внимание.

Сара отметила, что миссис Беннет поглядывает на нового слугу с заметным удовлетворением. Пока от него не требовалось ничего особенного, разве что поставить на стол соусник, не плеснув на скатерть и никого не толкнув, а госпожа то и дело осматривалась, ловя признаки восхищения на лицах домочадцев, и выразительно округляла глаза, как бы говоря: «Извольте видеть, вот какого молодца мы раздобыли!» Сара, пожалуй, согласилась бы, что он выгодно отличается от деревенских увальней, которых случалось нанимать для разных оказий, но была готова признать только это и ничего больше. Руки у него действительно недурной формы, а ногти аккуратные и чистые, но одного этого для денди маловато, так что до Бо Браммела ему далеко.

Отпуская слуг, миссис Б. выделила новичка, сказав: «Благодарю, Джеймс».

Сара, благо она уже вышла в коридор, закатила глаза. Сначала мистер Б., потом миссис Хилл, а теперь еще и миссис Б. — и с чего это все с ним так носятся? Ничем ведь не примечателен, кроме одного — он мужчина. Правда, к тому же он не стар, до пятидесяти далеко, и руки красивые.

— И что же, нравится вам тут у нас, мистер Смит?

— Пока не знаю.

Он проскочил у нее за спиной и, широко ступая, продолжал свой путь. Сара переменила ногу, чтобы приноровиться к его шагу.

— Мы, наверное, на ваш вкус чересчур скучны, вы-то, поди, не к такому привычны.

Он не отвечал.

— Вряд ли вам тут хоть что-то покажется интересным, в этакой глуши.

Они подошли к кухне. Джеймс отворил дверь и, придержав, пропустил Сару, чем поверг ее в полную растерянность. Невзлюбив его с самого начала, она твердо намеревалась продолжать в том же духе, пока окончательно не возненавидит от всего сердца. А тут пришлось воспользоваться его любезностью и, входя, поблагодарить кивком. Она попыталась сообразить, не многовато ли колкостей уже наговорила и впрямь ли он их заслужил. Смущение ее, однако, было не настолько велико, чтобы помешать завершить начатую атаку.

— Конечно, о чем с нами говорить, вам, должно быть, на это и времени жалко.

Вот теперь он посмотрел на нее. А она смело встретила его взгляд, приподняв брови, после чего гордо удалилась помогать Полли накрывать на стол в кухне. Наконец-то ей удалось привлечь к себе его внимание. Странно, но это не слишком ее порадовало.

Мистер Хилл прочел молитву, и слуги принялись за еду.

Полли подглядывала за Джеймсом из-под полуприкрытых век: он ел так, словно каждый глоток представлял необыкновенную ценность и заслуживал, чтобы к нему относились с великой серьезностью и уважением. Очень странно, думала Полли, что он ест таким манером. Другие похожие на него мужчины вроде как и не едят, а то ли кидают уголь в топку, то ли мечут сено на сеновал.

Миссис Хилл подавала Джеймсу то хлеб, то масло, то соль и не забывала подливать полпива в его кружку.

— Нельзя ли нам еще молока, миссис Хилл?

Миссис Хилл подвинула Саре кувшин. Сара наполнила синеватым обратом чашку Полли, а потом и свою. Полли этого даже не заметила, так поглощена была новым слугой. Она не сводила с него глаз, задавала ему вопросы и рьяно кивала, слушая ответы.

Где он научился своему ремеслу? Ему и раньше приходилось заниматься чем-то похожим? А что именно он там делал, желала знать Полли, и где это было?

Миссис Хилл шикнула на нее.

Джеймс сказал, что Полли ему не мешает и что она смышленая, отчего девчонка зарделась как маков цвет, заулыбалась смущенно и на время прекратила расспросы. Он работал на ферме, все же ответил Джеймс, потом служил конюхом, а потом был слугой в доме не меньше этого.

— А что за дом… то есть я хотела спросить — чей? Вдруг мы их знаем, может, Беннеты бывают у них с визитами?

Дом, ясное дело, располагался отнюдь не по соседству, ферма лежала за дальними холмами, а постоялый двор, где он был конюхом, и того дальше — от Эшуорта еще несколько миль. Ни дойти, ни доехать, отметила про себя Сара; все перечисленные места располагались так далеко, что нет никакого смысла пытаться найти общих знакомых или хоть какую-то связь между прежней его службой и Лонгборном.

Именно этого Саре всегда и хотелось: чтобы что-то — что угодно! — взбудоражило их тихий мирок, отвлекло ее от жевания мистера Хилла, от нудных вечеров, как капли воды похожих один на другой, и от звука собственного голоса, монотонно читающего вслух трехтомные романы да трехдневные новости. И вот в Лонгборн явились наконец перемены — малышка Полли радуется им как дурочка, миссис Хилл без устали подливает им пива в кружку, и даже мистер Хилл поглядывает на них с улыбкой, тут же стыдливо отворачиваясь. А обиженная Сара оказалась никому не нужна. Лучше бы эти перемены — с их темными волосами, светло-карими глазами и золотистой кожей, — лучше бы они вовсе не являлись в Лонгборн.