Чтение онлайн

Содержание представляет собой бегло набросанный конспект полемических возражений Толстого против постановлений экзаменационной комиссии, рассматривавшей результаты экзаменов двух «пробных» уроков, устроенных в Москве для определения лучшего способа обучения грамоте. Этот конспект использован Толстым в начале его статьи «О народном образовании» (см. стр. 71—73).

К этому же конспекту относятся и два следующих отрывка:

2) Автограф Толстого, написанный на оторванном клочке тонкой почтовой бумаги, на которой писано и письмо к Шатилову, и таким же крупным и беглым почерком. Бумага сильно помята и порвана, отчего пострадал и самый текст рукописи. Начало: «4 условия вредные. 1) Молодость. Грудных не выучишь».

3) Автограф Толстого, писанный іn-8° рыжими чернилами на желтоватой писчей бумаге, на обороте повестки со штемпелем: «Самара 15 фев. 1874». Почерк очень крупный и беглый. Начало: «Недостатки опыта. 1) Молодость учен. 2) Сосдство». Конец записан отдельно на полях: «Критеріумъ чему учить? родителей спроси. Как лучше учить? у учениковъ».

4) Автограф Толстого, писанный на листе, in-folio, сероватой писчей бумаги с клеймом фабрики Говарда. Текст писан на левом перегибе листа, со вставками на полях. Почерк крупный и размашистый; многочисленные сокращения в отдельных словах и целых выражениях, от которых оставлены лишь первые буквы, свидетельствуют о торопливости, с которой автор спешил удержать свою мысль, не заботясь о форме ее выражения. Последние пять строк текста, писанных на обороте листа настолько неразборчиво, что местами не поддаются прочтению. Начало: представляющее собой продолжение текста, не дошедшее до нас: «ученики они начинали все снова по систем». Конец: «и главное о развитіи». На обороте — алгебраическіе выкладки, писанные рукою Толстого. По своему содержанию набросок относится к полемике Толстого против звукового метода (см. стр. 95—108). К этому же отрывку относится и следующий:

5) Автограф Толстого, писанный на обороте отрывка № 2 и таким же крупным и размашистым почерком. По своему содержанию он относится также к полемике Толстого против звукового метода и отчасти использован им в предыдущем отрывке. Начало: «Забитость. Не далась грамота.» Конец: после слов: «Соединять эти понятія» оторван и сохранилось только несколько несвязных слов.

6) Автограф Толстого, написанный на клочке довольно плотной писчей бумаги, крупным, но очень сжатым и торопливым почерком, особенно в конце текста. По своему содержанию, он представляет собой полемику против увлечения некоторых новых педагогов (Бунаков) понятием «развитие». Начало: «а) посл I: Я знаю что...»

7) Автограф Толстого, оторванный от полулиста тонкой почтовой бумаги, какою писано и письмо к Шатилову. Бумага сильно помята и лист небрежно разорван пополам, вследствие чего от текста сохранились только отдельные слова и выражения, лишенные общей связи. Почерк очень крупный и торопливый. Начало: «Мой пріемъ иметъ... онъ народенъ»... Конец (на обороте): «Рутина великое дло... я говорилъ о своемъ...»

8) Автограф Толстого — помятый и порванный клочек тонкой почтовой бумаги. Текст писан на обороте письма неизвестного лица по поводу имения Л. Н. Толстого с. Никольское-Вяземское Чернского уезда. Начало: «Я боюсь ч[то] публика относится...»

Все рукописи хранятся в АТБ (Папка XVI).

Публикуемый отрывок представляет единственный в творчестве Толстого (если не считать уже опубликованного1200 наброска: «Из апрельского номера» Русской старины «2085 года») образец памфлета. Отрывок остался неоконченным. Предполагаемое содержание его видно из следующих замечаний планового характера, написанных на полях рукописи.

Разговоръ съ учёнымъ. Мы никогда не узнаемъ. Такъ что провести время. Покраснлъ, разозлился. Разговоръ съ мужикомъ. Такъ порядки. Разговоръ съ эпикурейцемъ. Разговоръ съ матерью. Разговоръ съ священникомъ. Разговоръ съ богачемъ. Разговоръ съ общественнымъ дятелемъ. Разговоръ о собственности мнимой, бумажка.

Религія-прогрессъ.

Какой-же смыслъ.

Отрывок относится, повидимому, к 1873 году, потому что в той же тетради (с обратной стороны) находятся разного рода заметки Толстого, датированные 5 ноября — 28 декабря 1873 г. Сшитая тетрадь, заключающая всего 6 листов, 4°, из которых 2 листа не заполнены, хранится в ГТМ. «Сказка» занимает лист 1 и лицевую стороны листа 2.

————

В свою «Азбуку» Толстой включил несколько небольших статеек из житий святых («О Филагрии монахе», «О дровосеке Мурине», «Житие преподобного Сергия Радонежского» и др.). В связи с этим у него явилась мысль заняться изданием отдельных книжек для народного чтения житийного характера. В ноябре 1874 г. он писал П. Д. Голохвастову: «Вы говорили, что Леонид знаток житий и готов помочь составлению чтения для народа. Не будет ли он так милостив составить список наилучших, наинароднейших житий из Макарьевских, Дмитрия Ростовского и Патерика. Я хочу попытаться не переделать, а выбрать для народного чтения и издать». Несколько дней спустя он пишет уже самому Леониду: «П. Д. Голохвастов сообщил мне радостное известие, что дело составления для народа книги чтения, составленной из избранных житий, не только одобрено вами, но что вы не отказываетесь даже в своем личном содействии этому делу. Постараюсь при первом досуге воспользоваться вашим разрешением побывать у вас и переговорить подробно обо всем, теперь же мне хочется как сумею, изложить мой взгляд на это дело и вызвать ваше, так высоко ценимое мною мнение о нем. В предполагаемой мною книге (или ряде книг) я разделяю две стороны: форму — язык, размер (т. е. краткость или длину) и содержание — внутреннее, т. е. нравственно-религиозные основы, и внешнее, т. е. описываемые события... 1) По языку, я думаю, надо начать с Макарьевских житий в роде <Евлогия> тех, которые напечатаны в моей азбуке, и 2) по размеру самые краткие, переходя постепенно к более трудным по языку, до языка Дмитрия Ростовского, и по размеру до жития хоть Николая Чудотворца... Вообще по языку я предпочитаю простоту и удобопонятность, и сложный язык допускал бы только тогда, когда он живописен и красив, как он бывает часто у Дмитрия Ростовского». В свою очередь, архимандрит Леонид, бывший гвардейский офицер, впоследствии постригшийся в монахи в Оптиной пустыни, человек образованный, археолог, библиограф и писатель, отвечал Толстому письмом, в котором выражал свое сочувствие задуманному им делу издания народных книг, взятых из житий святых. Толстой отвечал ему (март — апрель 1875 г.): «Получив ваше письмо, я получил большое духовное наслаждение. Я читал выражения дорогих для меня взглядов на дорогое мне дело, и выражение гораздо более высокое тех самых мыслей, которые смутно представлялись мне. Издание для народа избранных мест из нашей древней литературы и именно в тех больших размерах, как вы предполагаете, представляется мне таким важным и хорошим делом, что я непременно намерен посвятить на это дело те силы, знания и средства, которые могу. Я сам дам свой пай денежный на это дело и начал и буду собирать по вашему указанию людей для общества с целью такого издания. Самая большая трудность есть выбор и издание, т. е. сокращения и объяснения, если они нужны».

Однако широко задуманная Толстым работа не пошла, и от нее сохранился только небольшой отрывок: «Житие и страдание мученика Юстина философа». В своем письме к Леониду Толстой между прочим говорит о необходимости обратить особое внимание на язык и форму изложения предполагаемых народных книг, в смысле простоты и удобопонятности. Поэтому в сохранившемся отрывке он сам пытался вести изложение в духе народной речи, сбиваясь, однако, местами к церковно-славянским оборотам, вследствие чего получилась некоторая двойственность стиля, как напр.: «будучи остр разумом», «узнал их мудрование», «пожимши немного времени», «потому что де эти учения самые надобные», «надеючись постигнуть», «упражняясь в Богомыслии», «однова прохаживаясь одиношенек» и др. Повидимому, сам Толстой быстро почувствовал искусственность стиля, совершенно несвойственную его языку, и поэтому после первой же попытки он оставил «Житие Юстина философа» и более к нему не обращался. Только гораздо позднее, в 1885 г., в связи с возникновением издательства «Посредник», организованного специально для издания книг и брошюр для народного чтения, Толстой написал два небольших «жития»: «Страдания св. мученика Феодора» и «Страдания св. Петра, Андрея, Павла и Христины», но эти «жития» по языку и изложению носят совершенно другой характер, чем «Житие Юстина философа».

Отрывок «Житие и страдание мученика Юстина философа», автограф Толстого, занимает два неразрезанных полулиста писчей бумаги, вложенных один в другой; бумага Каменской фабрики, плохого качества. Всего в автографе 21/2 страницы, из коих исписаны страницы 1-я, 2-я и часть 3-й, остальные — чистые. Первые две страницы — без полей, на 3-й странице поля в 1/3 стр. Почерк довольно крупный. Много мелких помарок, поправок и вставок, свидетельствующих о работе автора над стилистической отделкой его произведения. Поправки и вставки эти внесены в текст более мелким, мало разборчивым почерком. Заглавие: «Житіе и страданіе мученика Юстина философа».

Рукопись хранится в АТБ (Папка VII).

Печатается впервые.

————

Рукопись, автограф Толстого, занимает полный лист (in-folio) писчей бумаги, довольно плотной, без фабричного клейма и водяных знаков. Бумага сильно помята. На первом полулисте оторван сбоку клочек бумаги, отчего текст несколько пострадал; у второго листа текст надорван сверху. Исписано всего 21/2 страницы; на последней, 4-й странице внизу — какие-то арифметические выкладки. Полей не имеется.

Текст написан рыжими чернилами. Почерк крупный и размашистый и довольно разборчивый. Судя по общему впечатлению, рукопись написана автором сразу, за один присест, почти без помарок и переделок. Заглавия нет. Начало: «4 Іюня. Ник[олай] Николаевичъ былъ позванъ...» Рукопись вложена в обложку из полулиста писчей бумаги такого же качества. На первом листе этой обложки рукою Толстого очень крупным почерком написаны слова: «Началы философс... прогресс. Письма [?], а на обороте обложки: «Азбука 2-я».