Чтение онлайн

Правду мн говорили, что чмъ выше идешь въ горы, тмъ легче идти; мы шли ужъ съ часъ и оба не чувствовали ни тяжести мшковъ, ни усталости. Хотя мы еще не видли солнца, но оно черезъ насъ, задвая нсколько утесовъ и сосенъ на горизонт, бросало свои лучи на возвышенье напротивъ; потоки вс слышны были внизу, около насъ только сочилась снговая вода, и на поворотахъ дороги мы снова стали видть озеро и Вале на ужасной глубин подъ нами. Низъ Савойскихъ горъ былъ совершенно синій как озеро, только темне его, верхъ, освщенный солнцемъ, совершенно бло-розовый. Снговыхъ [120] горъ было больше, они казались выше и разнообразне. Паруса и лодки, какъ чуть замтныя точки, были видны на озер.

Это было что-то красивое, даже необыкновенно красивое, но это не природа, а [121] что то такое хорошее. Я не люблю этихъ, такъ называемыхъ, величественныхъ знаменитыхъ видовъ — они холодны какъ-то. — Саша кажется раздлялъ мое мнніе. Даль этаго вида только интересовала его, но не нравилась очень. Черезъ послдній потокъ, который намъ надо было перейти, намъ пришлось снова спускаться на нсколько сотъ шаговъ въ глубокой оврагъ на мостикъ. Этотъ видъ больше поразилъ насъ. —

Внизу — крутой шумный потокъ по камнямъ, черезъ который переброшенъ мостикъ изъ нетесанныхъ елей; съ нашей стороны между черными, все густющими книзу елями, вьется внизъ каменистая дорога и по другой сторон, по каменистому уступистому косогору поднимается вверхъ. — По крутому теченію все гуще и гуще ели; кое гд повырваны и переброшены на камни красные стволы, и корни виднются на серебристой пн, и рядомъ съ пной симетрическая верхушка другой сосны, растущей въ обрыв; и къ низу все гуще и гуще, круче и круче идетъ потокъ, перемшиваясь съ темнозелеными верхушками и, наконецъ, на самомъ низу его закрываетъ отъ глазъ облако, кое гд прорванное кажущимися совершенно черными втвями сосенъ.

Перейдя мостикъ, Dent de Jaman [122] казалась уже совершенно надъ нами, мы различали ея разслины и снгъ и кусты около нея; но идти еще было тяжело и далеко. Саша мой все старался идти пряме, по діагоналямъ, забгалъ впередъ и отдыхалъ, и отъ этаго уставалъ еще больше. Онъ уже отказывался идти, и мн становилось тяжело; но зная по опыту, что надо не врить первому моменту усталости, я, ели-ели передвигая ногу за ногу, все шелъ впередъ по зигзагамъ дороги, которая поднималась по рдкому бору.

Солнце [123] еще не выбралось изъ за скалъ [124] . Везд пусто, сыро, никого не видно и не слышно, съ обихъ сторонъ голые стволы деревъ и бдная растительность. Чмъ выше мы поднимались, становилось грязне [125] и грязне отъ таявшаго снга, ноги скользили и мшокъ страшно тянулъ мн спину, и я уже думалъ, что вовсе не такъ пріятно ходить пшкомъ по Швейцаріи, какъ вс говорятъ, когда вдругъ все перемнилось. Выше меня послышались бубенчики [и] сильный, свжій мужской голосъ, который плъ эту вчную швейцарскую псню съ гортанными переливами; пройдя маленькой зигзагъ, мы очутились на маленькой сырой полянк, съ которой открылся еще шире, дальше и блестяще видъ на озеро; солнце большей половиной выкатилось изъ за скалы и ослпительно заблестло по голымъ краснымъ стволамъ сосенъ и по сырой трав поляны. —

Взглянувъ вверхъ, надъ самой головой, я увидалъ черную навьюченную лошадку, которая, опустивъ голову внизъ, какъ бы обнюхивая дорогу, по самой окраин спускалась внизъ, осторожно поджимая заднія ноги. Сзади скорыми шагами съ палкой въ рук шелъ Швейцарецъ, молодой красивый малый въ соломенной шляп. Увидавъ насъ, онъ пересталъ пть и только весело покрикивалъ на лошадку. — Bonjour, monsieur, — сказалъ онъ весело, заигрывающе ударяя на послднемъ слог, когда мы сошлись съ нимъ. — Bonjour, далеко ли до Ali`eres? — Два маленькихъ часика, — отвчалъ онъ, и — хупъ, хупъ, — закричалъ онъ и взялся за хвостъ лошади, которая приложивъ уши, съ какимъ то шутовски веселымъ выраженіемъ, побрякивая бубенчиками, быстро спускалась по самому краю дороги. Пока мы входили, до самаго верха горы, мы все видли внизу себя подъ ногами, то тамъ, то сямъ по извилинамъ дороги черную лошадку съ вьюкомъ и слышали псню Швейцарца. —

Странная вещь — изъ духа ли противорчія, или [126] вкусы мои противуположны вкусамъ большинства, но въ жизни моей ни одна знаменито прекрасная вещь мн не нравилась. Я остался совершенно холоденъ къ виду этой холодной дали съ Жаманской горы; мн даже и въ голову не пришло остановиться на минуту полюбоваться. [127] Я люблю природу, когда она со всхъ сторонъ окружаетъ меня и потомъ развивается безконечно въ даль, но когда я нахожусь въ ней. Я люблю, когда со всхъ сторонъ окружаетъ меня жаркой воздухъ, и этотъ же воздухъ клубясь уходитъ въ безконечную даль, когда эти самые сочные листья травы, которые я раздавилъ сидя на нихъ, длаютъ зелень безконечныхъ луговъ, когда т самыя листья, которыя, шевелясь отъ втра, двигаютъ тнь по моему лицу, составляютъ линію далекаго лса, когда тотъ самый воздухъ, которымъ вы дышете, длаетъ глубокую голубизну безконечнаго неба; когда вы не одни ликуете и радуетесь природой; когда около васъ жужжатъ и вьются миріады наскомыхъ, сцпившись ползутъ коровки, везд кругомъ заливаются птицы. А это — голая холодная пустынная сырая площадка, и гд то тамъ красивое что-то, подернутое дымкой дали. Но это что то такъ далеко, что я не чувствую главнаго наслажденія природы, не чувствую себя частью этаго всего безконечнаго и прекраснаго цлаго. Мн дла нтъ до этой дали. — Жаманской видъ для Англичанъ. Имъ должно быть пріятно сказать, что они видли съ Жаманъ озеро и Вале и т. д.

Кром того на гор недавно стаялъ снгъ, было сыро, я усталъ поднимаясь, хотлъ пить, а тутъ воды нигд не было. Два шале, которые мы нашли [128] тутъ почти на самой вершин, были пустые. Саша побжалъ было къ снгу, котораго за хребтомъ горы было много, но снгъ былъ грязенъ. Видъ по ту сторону Жамана несравненно гармоничне: это до самаго горизонта глубокое съуживающееся мрачное, поросшее хвойнымъ лсомъ ущелье. Въ отверстіе ущелья выставляется другой хребетъ горъ, того же строгаго и величественнаго характера; въ глуби и на полускатахъ ущелій виднлись дымки, которые одни оживляли картину; домовъ и шале нигд не было видно. На вершинахъ почти везд клочьями лежалъ снгъ. Спускъ по ту сторону [шелъ] по маленькой едва проторенной каменистой тропинк. Тропинка эта такъ мала, что мы даже сомнвались, на настоящей ли мы дорог.

Первый дымъ, который нами былъ виднъ, и гд надялись спросить о дорог, остался въ прав. Около часу мы все круто спускались, никого не встрчая, и чмъ дальше мы шли, тмъ дорога становилась хуже. Видно было, что вблизи выше рубили лсъ, и на самой дорог попадались иногда сложенныя сажени, а иногда просто сброшенныя сверху деревья, заграждавшія дорогу.

Я сомнвался, не сбился ли я, и признаюсь, серьезно безпокоился, но Саша, которому я сообщилъ свои опасенія, помиралъ со смху отъ мысли, что мы заблудились. Я тоже смялся и не отъ того, чтобы мн смшно было, но отъ того, что мы спускаясь устали еще больше, чмъ поднимаясь, насъ распарило, и какъ это часто бываетъ въ подобныхъ случаяхъ, на Сашу нашелъ смхунъ и сообщился мн отчасти.

Скажу я: «Фу, въ какую мы трущобу зашли»; и Саша спотыкался и падалъ отъ смха и только повторялъ; «въ трущобы зашли»; и мн почему-то это становилось ужасно смшно.

— А вонъ слышите, рубятъ дрова, — сказалъ я, — надо будетъ спросить у этаго господина.

— Я вижу и господина, — сказалъ Саша, помирая со смху, и путаясь ногами, побжалъ впередъ къ господину. —

Это былъ высокой, худой, рябой мущина, ужасно грязно одтый и изнуренный, что весьма часто встрчается въ Швейцаріи. Онъ, засучивъ рукава надъ своими худыми жилистыми руками, рубилъ дрова около дороги. На вс вопросы Саши по французски, какъ пройти въ Альеръ? далеко-ли? онъ отвчалъ такимъ непонятнымъ фляфляваніемъ, какъ будто у него былъ полонъ ротъ каши, и съ такимъ дикимъ испуганными выраженіемъ смотрлъ на мальчика, что Саша началъ пятиться отъ него. Предполагая, что онъ изъ нмецкой Швейцаріи и говоритъ на своемъ patois, [129] я спросилъ его понмецки; но кром какихъ то непонятныхъ слюнявыхъ звуковъ и тхъ же растерянныхъ взглядовъ, я ничего не могъ отъ него добиться. Не итальянецъ ли онъ? Саша спросилъ его поитальянски. Онъ только пожалъ плечами и сдлалъ такую комическую рожу, что Саша лопнулъ, расхохотался и побжалъ прочь. Я не могъ удержаться и сдлалъ тоже. — Я нигд не встрчалъ такой уродливой идіотической старости рабочаго класа, какъ въ Швейцарiи. —

Пройдя нсколько шаговъ, мы встртили другихъ дровосковъ ниже дороги, Саша сбгалъ къ нимъ и эти поняли его и сказали, что мы идемъ хорошо и черезъ маленькой полчаса будемъ въ Альер. Дйствительно, скоро уже дорога пошла ровно вдоль потока, между обсаженными [130] каменными изгородями; стали попадаться стада, разсыпанныя по полугорамъ, освщеннымъ солнцемъ, и скоро около самой деревни мы нашли фонтанъ, котораго намъ такъ хотлось.

Ali`eres — въ томъ же род, какъ и Avants, — десятка полтора хорошенькихъ домиковъ на довольно далекое разстояніе другъ отъ друга, разсыпанныхъ по зеленой долин. Тотъ же оврагъ внизу, т же потоки, тже душистые нарцисы въ лугахъ, только больше коровъ и скотины виднется въ лугахъ и на полянахъ лсовъ. Съ права и съ лва, неумолкаемо слышались [131] эти бубенчики, которыя такъ идутъ какъ-то къ утреннимъ косымъ лучамъ солнца, къ росистой зелени и къ запаху цвтовъ, росы и стада.