Полное собрание сочинений, Боратынский Евгений Абрамович

Полное собрание сочинений

Боратынский Евгений Абрамович

Шрифт:

{1823}

О счастии с младенчества тоскуя,Всё счастьем беден я,Или вовек его не обрету яВ пустыне бытия?Младые сны от сердца отлетели,Не узнаю я свет;Надежд своих лишён я прежней цели,А новой цели нет.«Безумен ты и все твои желанья», —Мне тайный голос рек;И лучшие мечты моей созданьяОтвергнул я навек.Но для чего души разувереньеСвершилось не вполне?Зачем же в ней слепое сожаленьеЖивёт о старине?Так некогда обдумывал с роптаньемЯ тяжкий жребий свой,Вдруг Истину (то было не мечтаньем)Узрел перед собой.«Светильник мой укажет путь ко счастью! — Вещала. — Захочу — И, страстного, отрадному бесстрастьюТебя я научу.Пускай со мной ты сердца жар погубишь,Пускай, узнав людей,Ты, может быть, испуганный, разлюбишьИ ближних и друзей.Я бытия все прелести разрушу,Но ум наставлю твой;Я оболью суровым хладом душу,Но дам душе покой».Я трепетал, словам её внимая,И горестно в ответПромолвил ей: «О гостья неземная!Печален твой привет.Светильник твой — светильник погребальныйПоследних благ моих!Твой мир, увы! могилы мир печальныйИ страшен для живых.Нет, я не твой! В твоей науке строгойЯ счастья не найду;Покинь меня: кой-как моей дорогойОдин я побреду.Прости! иль нет: когда моё светилоВо звездной вышинеНачнёт бледнеть и всё, что сердцу мило,Забыть придётся мне,Явись тогда! Раскрой тогда мне очи,Мой разум просвети,Чтоб, жизнь презрев, я мог в обитель ночиБезропотно сойти».

{1823}

О своенравная София!От всей души я вас люблю,Хотя и реже, чем другие,И неискусней вас хвалю.На ваших ужинах весёлых,Где любят смех и даже шум,Где не кладут оков тяжёлыхНи на уменье, ни на ум;Где, для холопа иль невеждыНе притворяясь, часто мыБраним указы и псалмы,Я основал свои надеждыИ счастье нынешней зимы.Ни в чём не следуя пристрастью,Даёте цену вы всему:Рассудку, шалости, уму,И удовольствию, и счастью;Свет пренебрегши в добрый часИ утеснительную моду,Всему и всем забавить васВы дали полную свободу;И потому далёко прочьОт вас бежит причудниц мука,Жеманства пасмурная дочь,Всегда зевающая скука.Иной порою, знаю сам,Я вас браню по пустякам, —Простите мне мои укоры:Не ум один дивится вам,Опасны сердцу ваши взоры…Они лукавы, я слыхал,И, всё предвидя осторожно,От власти их, когда возможно,Спасти рассудок я желал.Я в нём теперь едва ли волен,И часто, пасмурный душой,За то я вами недоволен,Что недоволен сам собой.

{1823}

66. ЛУТКОВСКОМУ

Влюбился я, полковник мой,В твои военные рассказы:Проказы жизни боевой — Никак, весёлые проказы!Не презрю я в душе моейСудьбою мирного лентяя;Но мне война ещё милей,И я люблю, тебе внимая,Жужжанье пуль и звук мечей.Как сердце жаждет бранной славы,Как дух кипит, когда поройМне хвалит ратные забавыМой беззаботливый герой!Прекрасный вид! В веселье дикомВы мчитесь грозно… дым и гром!Бегущий враг покрыт стыдом,И страшный бой с победным кликомВы запиваете вином!А епендорфские трофеи?Проказник, счастливый вполне,С весёлым сыном ЦитереиТы дружно жил и на войне!Стоят враги толпою жаднойКругом окопов городских;Ты, воин мой, защитник их;С тобой семьёю безотраднойТолпа красавиц молодых.Ты сна не знаешь; чуть проглянулДень лучезарный сквозь туман,Уж рыцарь мой на вражий станС дружиной быстрою нагрянул:Врагам иль смерть, иль строгий плен!Меж тем красавицы младыеПришли толпой с высоких стенГлядеть на игры боевые;Сраженья вид ужасен им,Дивятся подвигам твоим,Шлют к небу тёплые молитвы:Да возвратится невредимЛюбезный воин с лютой битвы!О! кто бы жадно не купилМолитвы сей покоем, кровью!Но ты не раз увенчан былИ бранной славой, и любовью.Когда ж певцу дозволит рокУзнать, как ты, веселье бояИ заслужить хотя листокИз лавров милого героя?

{1823}

Притворной нежности не требуй от меня:Я сердца моего не скрою хлад печальный.Ты права, в нем уж нет прекрасного огняМоей любви первоначальной.Напрасно я себе на память приводилИ милый образ твой, и прежние мечтанья:Безжизненны мои воспоминанья,Я клятвы дал, но дал их свыше сил.Я не пленён красавицей другою,Мечты ревнивые от сердца удали;Но годы долгие в разлуке протекли,Но в бурях жизненных развлёкся я душою.Уж ты жила неверной тенью в ней;Уже к тебе взывал я редко, принужденно,И пламень мой, слабея постепенно,Собою сам погас в душе моей.Верь, жалок я один. Душа любви желает,Но я любить не буду вновь,Вновь не забудусь я: вполне упоеваетНас только первая любовь.Грущу я, но и грусть минует, знаменуяСудьбины полную победу надо мной.Кто знает? Мнением сольюся я с толпой;Подругу без любви — кто знает? — изберу я.На брак обдуманный я руку ей подамИ в храме стану рядом с нею,Невинной, преданной, быть может, лучшим снам,И назову её моею;И весть к тебе придёт, но не завидуй нам:Обмена тайных дум не будет между нами,Душевным прихотям мы воли не дадим,Мы не сердца под брачными венцами,Мы жребии свои соединим.Прощай! Мы долго шли дорогою одною;Путь новый я избрал, путь новый избери;Печаль бесплодную рассудком усмириИ не вступай, молю, в напрасный суд со мною.Не властны мы в самих себеИ, в молодые наши леты,Даём поспешные обеты,Смешные, может быть, всевидящей судьбе.

{1823}, {1832}

68. Г<НЕДИ>ЧУ

Враг суетных утех и враг утех позорных,Не уважаешь ты безделок стихотворных;Не угодит тебе сладчайший из певцовРазвратной прелестью изнеженных стихов:Возвышенную цель поэт избрать обязан.К блестящим шалостям, как прежде, не привязан,Я правилам твоим последовать бы мог,Но ты ли мне велишь оставить мирный слогИ, едкой желчию напитывая строки,Сатирою восстать на глупость и пороки?Миролюбивый нрав дала судьбина мне,И счастья моего искал я в тишине;Зачем я удалюсь от столь разумной цели?И, звуки лёгкие затейливой свирелиВ неугомонный лай неловко превратя,Зачем себе врагов наделаю шутя?Страшусь их множества и злобы их опасной.Полезен обществу сатирик беспристрастный;Дыша любовию к согражданам своим,На их дурачества он жалуется им:То, укоризнами восстав на злодеянье,Его приводит он в благое содроганье,То едкой силою забавного словцаСмиряет попыхи надутого глупца;Он нравов опекун и вместе правды воин.Всё так; но кто владеть пером его достоин?Острот затейливых, насмешек едких дар,Язвительных стихов какой-то злобный жарИ их старательно подобранные звуки — За беспристрастие забавные поруки!Но если полную свободу мне дадут,Того ль я устрашу, кому не страшен суд,Кто в сердце должного укора не находит,Кого и божий гнев в заботу не приводит,Кого не оскорбит язвительный язык!Он совесть усыпил, к позору он привык.Но слушай: человек, всегда корысти жадный,Берётся ли за труд, наверно безнаградный?Купец расчётливый из добрых барышейВверяет корабли случайности морей;Из платы, отогнав сладчайшую дремоту,Подёнщик до зари выходит на работу;На славу громкую надеждою согрет,В трудах возвышенных возвышенный поэт.Но рвенью моему что будет воздаяньем:Не слава ль громкая? Я беден дарованьем.Стараясь в некий ум соотчичей привесть,Я благодарность их мечтал бы приобресть,Но, право, смысла нет во слове «благодарность»,Хоть нам и нравится его высокопарность.Когда сей редкий муж, вельможа-гражданин,От века сих вельмож оставшийся один,Но смело дух его хранивший в веке новом,Обширный разумом и сильный, громкий словом,Любовью к истине и к родине горя,В советах не робел оспоривать царя;Когда, к прекрасному влечению послушный,Внимать ему любил монарх великодушный,Из благодарности о нём у тех и техКакие толки шли? — «Кричит он громче всех,О благе общества как будто бы хлопочет,А, право, риторством похвастать больше хочет;Катоном смотрит он, но тонкого льстецаОт нас не утаит под строгостью лица».Так лучшим подвигам людское развращеньеПридумать силится дурное побужденье;Так, исключительно посредственность любя,Спешит высокое унизить до себя;Так самых доблестей завистливо трепещетИ, чтоб не верить им, на оные клевещет!……Нет, нет! разумный муж идёт путем инымИ, снисходительный к дурачествам людским,Не выставляет их, но сносит благонравно;Он не пытается, уверенный забавноВо всемогуществе болтанья своего,Им в людях изменить людское естество.Из нас, я думаю, не скажет ни единыйОсине: дубом будь, иль дубу — будь осиной;Меж тем как странны мы! Меж тем любой из насПереиначить свет задумывал не раз.

1823, {1826}

Мы пьём в любви отраву сладкую,Но всё отраву пьём мы в ней,И платим мы за радость краткуюЕй безвесельем долгих дней.Огонь любви, огонь живительный, —Все говорят, — но что мы зрим?Опустошает, разрушительный,Он душу, объятую им!Кто заглушит воспоминанияО днях блаженства и страдания,О чудных днях твоих, любовь?Тогда я ожил бы для радости,Для снов златых цветущей младостиТебе открыл бы душу вновь.

{1824}

70. АВРОРЕ Ш<ЕРНВАЛЬ>

Выдь, дохни нам упоеньем,Сименница зари;Всех румяным появленьемОживи и озари!Пылкий юноша не сводитВзоров с милой и поройМыслит с тихою тоской:«Для кого она выводитСолнце счастья за собой?»

{1824}

Я безрассуден — и не диво!Но рассудителен ли ты,Всегда преследуя ревнивоМои любимые мечты?«Не для неё прямое чувство:Одно коварное искусствоЯ вижу в Делии твоей;Не верь прелестнице лукавой!Самолюбивою забавойТвои восторги служат ей».Не обнаружу я досады,И проницательность твояХвалы достойна, верю я,Но не находит в ней отрадыДуша смятенная моя.Я вспоминаю голос нежныйШалуньи ласковой моей,Речей открытых склад небрежный,Огонь ланит, огонь очей;Я вспоминаю день разлуки,Последний долгий разговорИ, полный неги, полный муки,На мне покоившийся взор;Я перечитываю строки,Где, увлечения полна,В любви счастливые урокиМне самому даёт она,И говорю в тоске глубокой:«Ужель обманут я жестокой?Или всё, всё в безумном снеБезумно чудилося мне?О, страшно мне разуверенье,И об одном мольба моя:Да вечным будет заблужденье,Да век безумцем буду я…»Когда же с верою напраснойВзываю я к судьбе глухойИ вскоре опыт роковойОчам доставит свет ужасный,Пойду я странником тогдаНа край земли, туда, туда,Где вечный холод обитает,Где поневоле стынет кровь,Где, может быть, сама любовьВ озяблом сердце потухает…Иль нет: подумавши путём,Останусь я в углу своём,Скажу, вздохнув: «Горюн неловкой!Грусть простодушная смешна;Не лучше ль плутом быть с плутовкой,Шутить любовью, как она?Я об обманщице тоскую.Как здравым смыслом я убог!Ужель обманщицу другуюМне не пошлёт в отраду Бог?»

{1824}

В глуши лесов счастлив один,Другой страдает на престоле;На высоте земных судьбинИ в незаметной, низкой долеВсех благ возможных тот достиг,Кто дух судьбы своей постиг.Мы все блаженствуем равно,Но все блаженствуем различно;Уделом нашим решено,Как наслаждаться им прилично,И кто нам лучший дал совет — Иль Эпикур, иль Эпиктет?Меня тягчил печалей груз,Но не упал я перед роком,Нашёл отраду в песнях музИ в равнодушии высоком,И светом презренный уделОблагородить я умел.Хвала вам, боги! Предо мнойВы оправдалися отныне!Готов я с бодрою душойНа всё угодное судьбине,И никогда сей лиры гласНе оскорбит роптаньем вас!

{1824}

73. ЧЕРЕП

Усопший брат! кто сон твой возмутил?Кто пренебрёг святынею могильной?В разрытый дом к тебе я нисходил,Я в руки брал твой череп жёлтый, пыльный!Ещё носил волос остатки он;Я зрел на нём ход постепенный тленья.Ужасный вид! Как сильно поражёнИм мыслящий наследник разрушенья!Со мной толпа безумцев молодыхНад ямою безумно хохотала;Когда б тогда, когда б в руках моихГлава твоя внезапно провещала!Когда б она цветущим, пылким намИ каждый час грозимым смертным часомВсе истины, известные гробам,Произнесла своим бесстрастным гласом!Что говорю? Стократно благ закон,Молчаньем ей уста запечатлевший;Обычай прав, усопших важный сонНам почитать издревле повелевший,Живи живой, спокойно тлей мертвец!Всесильного ничтожное созданье,О человек! Уверься наконец:Не для тебя ни мудрость, ни всезнанье!Нам надобны и страсти и мечты,В них бытия условие и пища:Не подчинишь одним законам тыИ света шум и тишину кладбища!Природных чувств мудрец не заглушитИ от гробов ответа не получит:Пусть радости живущим жизнь дарит,А смерть сама их умереть научит.

{1824}, {1826}

Решительно печальных строк моихНе хочешь ты ответом удостоить;Не тронулась ты нежным чувством ихИ презрела мне сердце успокоить!Не оживу я в памяти твоей,Не вымолю прощенья у жестокой!Виновен я: я был неверен ей;Нет жалости к тоске моей глубокой!Виновен я: я славил жён других…Так! но когда их слух предубеждённыйЯ обольщал игрою струн моих,К тебе летел я думой умилённой,Тебя я пел под именами их.Виновен я: на балах городских,Среди толпы, весельем оживлённой,При гуле струн, в безумном вальсе мчаТо Делию, то Дафну, то ЛилетуИ всем троим готовый сгорячаПроизнести по страстному обету,Касаяся душистых их кудрейЛицом моим, объемля жадной дланьюИх стройный стан, — так! в памяти моейУж не было подруги прежних дней,И предан был я новому мечтанью!Но к ним ли я любовию пылал?Нет, милая! когда в уединеньеСебя потом я тихо поверял,Их находя в моём воображенье,Тебя одну я в сердце обретал!Приветливых, послушных без ужимок,Улыбчивых для шалости младой,Из-за угла пафосских пилигримокЯ сторожил вечернею порой;На миг один их своевольный пленник,Я только был шалун, а не изменник.Нет! более надменна, чем нежна,Ты всё ещё обид своих полна…Прости ж навек! Но знай, что двух виновных,Не одного, найдутся именаВ стихах моих, в преданиях любовных.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13-20

Поделиться с друзьями:

Чтение онлайн

КНИГИ

АВТОРЫ

ЖАНРЫ

Деловая литература

Детективы

Детские

Документальная литература

Дом и Семья

Драматургия

Жанр не определен

Компьютеры и Интернет

Любовные романы

Научно-образовательная

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия и эзотерика

Справочная литература

Старинная литература

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор

Полное собрание сочинений

Боратынский Евгений Абрамович

Шрифт: