Чтение онлайн

– И чем же венецианские путаны лучше наших? – ревниво спросил его кто-то из свиты.

– А у них три сиськи, и вагина поперек, – объяснил Бенедикт, держась за левый висок, который у него болел.

Ему не поверили. Половина свиты ушла в борделло – проверять, и тоже задержалась на двое суток, выпив у хозяйки месячный запас вина. Бенедикт тем временем прочел забавную проповедь в полвека назад восстановленной после пожара старой церкви Святого Марка. В шутливой форме изобразил он прихожанам, как относится Создатель к преднамеренному обману ближнего. Аудитория радостно смеялась над прохиндеями и перекидывалась взглядами – все присутствующие, включая купцов (большей частью потомков разбогатевших южнославянских пиратов), оказались людьми честными, ничем перед Создателем и ближним не провинившимися. А если и финансировали иногда рабовладельческие караваны, то совсем по малой, поскольку среди христиан такая практика была запрещена. На следующий день резко упали цены на всех торгах, а городская казна получила крупные поступления по старым налоговым задолженностям.

***

Эржбета и Маринка куда-то ушли – похоже, им понравилось проводить вместе время в Венеции. Нестор по обыкновению заспался, а проснулся, когда его толкнули в плечо, и с удивлением обнаружил стоящего рядом с ложем Бенедикта, одетого в купеческий венецианский наряд – несколько слоев пестрой ткани с преобладанием бордового оттенка.

– В дороге ты, помнится, говорил мне, что ты хронист.

– Я и теперь не отказываюсь, – Нестор сел на постели. – Вот только с утра я не очень … Утром, до завтрака, я не хронист, а просто невоспитанная скотина.

– Позавтракаем в пути. Нужно мне с тобою съездить в пригород.

– Зачем?

– Нужно. Ничего особенного, не бойся.

– Я ничего не боюсь.

– Тебе предстоит слегка потрудиться, но не просто так, а за вознаграждение.

– Звучит заманчиво, но мне лень.

– Вставай, одевайся.

– Хорошо. Отвернись.

– Не переживай. Эрекционный пенис для меня не новость, видел раньше не раз.

Все-таки он ужасно развратный тип, подумал Нестор, вставая.

Бенедикт повел его завтракать в таверну.

– Верхом ездить умеешь? – спросил он, глядя, как Нестор поглощает венецианскую лазанью.

– Не люблю.

Неприязнь к верховой езде Нестор унаследовал от отца.

– Я не о любви спрашиваю, и не в храм Венеры тебя приглашаю.

– Умею. А долго ехать?

– Средне. У тебя что, дела неотложные?

– Нет, я просто так спросил.

Сделался небывало теплый день, последний отголосок бабьего лета в Венеции. Легкий ветерок с Адриатики ласкал кожу. Нанятый Бенедиктом перевозчик мычал себе под нос какую-то занудную мелодию, орудуя веслами. Высадившись на континенте, Бенедикт и Нестор направились к прибрежным конюшням, где их ждали, видимо по предварительной договоренности, две лошади. Лошадь Нестора оказалась покладистой и даже, кажется, старалась не слишком сильно трясти неумелого всадника. Через два часа езды вдоль берега, миновав стоящий на привале работорговый караван, Бенедикт и Нестор прибыли в непримечательное селение средней живописности, неподалеку от городка Эквило, впоследствии переименованного в Йезоло. На лугу по соседству паслись коровы и собаки. Почти все жители отсутствовали – возможно отправились на какие-нибудь италийские полевые работы, подумал Нестор. Перед самой большой казой в селении сидел на панчине, положив босые жилистые ноги на перевернутую лохань, величественного вида старик. Неподалеку от него девица на выданье отчитывала двух мальчиков-подростков за какую-то провинность.

Бенедикт спешился, сделал знак Нестору следовать его примеру, и, ведя коня под узцы, подошел совсем близко к старику.

– Здравствуй, амико фидато 16 , – сказал он приветливо.

– А, это ты, – старик приветливо улыбнулся. – И с тобою спутник.

– Да, и он понимает по-гречески. Давеча у меня был Александр, и сказал, что тебе нужен хронист на один день.

– Везде успеет Александр, – заметил старик, улыбаясь, показывая остатки зубов. – Шустрый и деятельный. И у меня побывал недавно.

– Он сказал, что у тебя накопилось много всякого, о чем ты хотел бы поведать людям.

– Да, я его спросил, нет ли у него кого на примете.

– Вот, я привез тебе человека.

Старик перестал улыбаться.

– Подойди ближе, человек, – велел он.

Нестор, которому старик не понравился, подошел.

– Кто таков? Отвечай не таясь.

– Навуходоносор, мореход из Африки, – недовольно сказал Нестор. – Промышляю грабежом купеческих судов.

Некоторое время старик молча смотрел на Нестора.

– А хамить старшим тебя в Киеве на Подоле научили? – спросил он неожиданно по-славянски.

– Какие неприятные люди здесь живут, – заметил Нестор, тоже по-славянски. – Сварливые.

Старик покачал головой – не осуждающе, но, наоборот, будто ответ Нестора его полностью удовлетворил.

– Есть сомнения по поводу его грамотности, – сказал он Бенедикту по-гречески.

– Сомнения? – переспросил Нестор. – Впрочем, что мне до твоих сомнений.

– Александр рекомендует именно его, – сказал старику Бенедикт. – По нескольким причинам, одна из которых – он киевлянин.

– Что ж с того?

– И он надежный человек.

– Надежный? – старик прищурился. – Ага. Как зовут надежного человека?

– Нестор.

Старик рассмеялся. Нестор насупился.

– Из какого рода ты, Нестор?

Бенедикт посмотрел на Нестора.

– Из хорошего, – недовольно буркнул Нестор.

– Он мне нравится, – сказал старик. – Но вот с грамотностью…

– Надежность важнее грамотности, амико фидато, – предположил Бенедикт. – Главное, что все, что он запишет, попадет в нужные руки.

– Я хронист! – гордо сказал, не выдержав, Нестор. – Я письмом владею с десяти лет!

– Ага, – старик перевел на него взгляд колючих серых глаз. – Это с каких же это пор на Руси хронисты водятся?

– С тех пор, как в вашей сраной Венеции перестали водиться, – парировал Нестор.

– Как зовут твоего отца?

– А тебе-то что?

– Отца его зовут Хелье, – сказал Бенедикт.

– Хелье? – старик убрал ноги с лохани. – Уж не тот ли Хелье, что из рода Ягаре?

– Да, – удивился Бенедикт, и Нестор тоже удивился.

– Вот, значит, какой у Хелье сын, – сказал старик. – Крепкий парень. А ведь действительно похож, только у Хелье щеки не такие круглые. И, пожалуй, глаза умнее. Что ж, раз Хелье, значит, все хорошо. Спасибо, амико фидато. Ну, пойдем … – он улыбнулся и добавил по-славянски, – в гридницу.

В гриднице было светло и чисто. Интерьером каза не отличалась от других пригородных домов Республики – те же резные перекрытия, те же незамысловатые карнизы, окна высокие – для прохлады летом, ставни мощные – для тепла зимой.

– Садись, – сказал старик Нестору. – Вот стол, вот перо, вот бумага. Амико фидато, вон там на полке Библия по-латыни, по-гречески, и по-славянски, чтобы тебе скучно не было, пока сын мой отсутствует.

– Библию я уже читал, – возразил Бенедикт. – Я лучше посижу рядом с вами, послушаю.

– Мы по-славянски будем писать.

– Это ничего.

– Ты понимаешь по-славянски?

– Нет. Но, говорят, у славянских наречий много общего со шведскими.

– А по-шведски понимаешь?