Чтение онлайн

— Отставить! — Громко скомандовал я и добавил более мягким тоном: — Не стоит шагистикой заниматься, Андрей Тарасович. Сообщите личному составу, что в плане несения службы все пока остается по-прежнему. Сами понимаете, мне нужно принять дела. При этом хочу сразу вам сказать, что материальное обеспечение гвардии для нашего рода задача первостепенная. Вы же отвечаете за моральное состояние и боевой дух бойцов. А еще, всем свободным от несения службы в обязательном порядке присутствовать на поминальном пиру.

— Как вам будет угодно, господин майор. — И повернувшись к строю, скомандовал: — Вольно! Разойтись! Насчет поминок все слышали? — На слова командира народ отреагировал довольным гулом. — Хочу лишь предупредить всех вас насчет употребления алкоголя. Неудержимых и буянов ждет гауптвахта.

Обращение ко мне как к офицеру Российской Армии не стало для меня неожиданным, поскольку по своему статусу военнообязанного я теперь общевойсковой майор и в случае объявления какой-нибудь чрезвычайной ситуации обязан явиться в точку сбора не менее чем с двумя третями своего наемного войска и, разумеется, в военной форме. Подобные ситуации хоть и нечасто, но случаются. К тому же, на балы родовитым дворянам принято появляться одетыми по-военному, дабы не перепутали ненароком с каким купчишкой или статским чиновником.

Ну коли принято, значит, в самое ближайшее время мне придется озаботиться решением и этого вопроса. Не приведи боги, ударить лицом в грязь перед местным бомондом, а еще хуже, опростоволоситься перед региональным военным командованием, если на сборы призовут.

Как только бойцы удалились, двор поместья заполонила гражданская часть его обитателей. Тут и весь поварской состав во главе с Любовью Прокопьевной Синицыной, и прислуга под предводительством управляющего Степанова Антона Викторовича, и главный оружейник Нифонтов Кирилл Валерианович со всей своей производственной командой аж в полсотни человек, хранитель знаний Коржов Василий Захарович и еще много-много тех, кого я раньше в глаза не видел и с которыми мне еще предстоит познакомиться.

Встретили меня вполне доброжелательно. Барышни наряжены в самые лучшие свои одежды, мужчины в строгих костюмах классического покроя. По древнерусскому обычаю преподнесли хлеб-соль и чарку водки.

Напиток выпил залпом, затем отщипнул кусочек от каравая, украшенного косичками и всякими прочими финтифлюшками, макнул в солонку и с удовольствием умял, поскольку с дороги изрядно проголодался.

И тут я осознал, что среди встречающих отсутствует целитель четвертого ранга госпожа Владимирская. Обратившись к Степанову спросил:

— Антон Викторович, не подскажете, где в настоящий момент Анастасия Петровна?

На что тот с грустью в голосе ответил:

— Ваше Сиятельство, два дня как покинула поместье наша целительница. Всех болезных излечила и отправилась в свое родовое имение под Калугой к батюшке с матушкой.

Жаль, конечно, но, как говорится, насильно мил не будешь. Насколько мне известно, род Владимирских напрямую с Коринфскими не связан. Тем не менее, Альмансор Фаттахович был сильно привязан к Настеньке. И мне хотелось, чтобы девушка задержалась в имении. Только не подумайте, что дело исключительно в её сексуальной привлекательности.

Оно, конечно, приятно, когда рядом красивая дама. А еще приятнее, когда она к тебе благоволит. Но я не обольщаюсь. Ну было у нас с ней разок, но потом Владимирская напрочь игнорировала все мои попытки сближения для продолжения близких отношений.

Но в данный момент меня интересует вовсе не физиологический аспект, а кое что другое более прагматичное. Насколько мне известно, Анастасия Петровна вполне справлялась с лекарскими обязанностями в одиночку. То есть своим отъездом взбалмошная барышня подложила мне знатную «свинью». Не без основания опасаюсь, что целителя хотя бы не столь высокого ранга будет тяжело заманить в поместье. Как уже упоминалось выше, специалисты в данной области даже с более скромными способностями здесь на дороге не валяются. Их ценят, холят и лелеют. А без доктора, сами понимаете, как без рук. Придется послать запрос в Коллегию. Может, кого и пришлют.

Торжественная встреча плавно перешла в поминальный пир в соответствии с местными традициями. Для этого в парковой зоне в тени деревьев были заранее сколочены длинные дощатые столы и скамьи, чтобы всем обитателям поместья хватило места. Благо Любовь Прокопьевна Синицына еще вчера была предупреждена о моем скором приезде. Похоже, всю ночь не спала бедняжка со всем вверенным ей поварским контингентом. Благодаря стараниям этой доброй женщины, столы ломились от яств и выпивки.

В памяти сделал отметку премировать Синицыну со всей её командой. Чай, я теперь барин, значит, должен поощрять старательных и наказывать нерадивых. Интересно, здесь конюшня имеется, а при ней конюх с батогами?.. Тьфу, какие нелепицы в башку лезут!

Перед тем, как усесться за стол, я поднялся в свою комнату. Принял душ и переоделся в форму ВКС Российской Федерации. Не майор, конечно, но кто же здесь об этом знает. За неимением гербовой пишем на простой. Завтра же сгоняю в Павлов, закажу парадную форму местного образца, заодно прикуплю готовую полевую. Думаете, глухая провинция? Ан нет, к одному тамошнему виртуозу иглы и ножниц по фамилии Кацман дворяне даже из Нижнего, Гороховца и Владимира приезжают строить именно парадную форму. Об этом мне мой водитель мимоходом поведал. Ценный кадр Васильев в плане информации о местных реалиях.

Дружно уселись за стол. Первым делом я с неподдельной скорбью в голосе поведал об обстоятельствах гибели прежнего графа. Также о том, как ценой собственной жизни чародей спас мою и о его последней просьбе стать хранителем рода и передаче мне перстня, подтверждающего мой графский статус. Закончил речь довольно пафосно:

— Уважаемые дамы и господа, вот на этом перстне, — подняв над головой руку, продемонстрировал присутствующим переданную мне некромантом регалию, — я поклялся Альмансору Фаттаховичу стать достойным его преемником. Так что прошу не волноваться. Кардинальных перемен в вашей жизни ожидать не стоит. Во всяком случае, в отношении наемных работников. Кстати, Антон Викторович, — я посмотрел на сидящего неподалеку Степанова, — вы оповестили представителей рода Коринфских о предстоящем моем приезде и намечающейся тризне по покойному Альмансору Фаттаховичу?

— Пренепременно, Ваше Сиятельство. Сразу же, как только вы изволили со мной связаться и сообщили о вашем скором приезде, я отправил приглашения всем представителям рода Коринфских. Но ответа ни от кого так и не последовало.

Ага, значит в отношении моей персоналии игнор-статус включили. В принципе, плевать, как ко мне относится родовая элита. Но спускать небрежения к покойнику я никому не намерен. Тем более, как глава рода имею кое-какие рычаги давления на всю эту зажравшуюся кучку снобов. Не просто так я самым тщательным образом корпел над изучением законодательства Российской Империи. А там было фолиантов штук двадцать, и каждый толщиной с добрый кирпич. Еще и Клэр заставил тщательно проштудировать Инфосеть в поисках различных законодательных тонкостей, нюансов и прецедентов.

После моей речи помянули покойного чаркой спиртного. Народ хоть и был сильно удручен, но до слез дело не дошло. Похоже, те, кому было действительно горько уже успели оплакать потерю достойного человека. А слезы, насколько мне известно, постоянно литься не могут, в конце концов высыхают даже у самых убитых горем людей.

Затем, каждый, желающий сказал доброе слово в адрес Альмансора Фаттаховича или поведал какой-нибудь занимательный случай, связанный с усопшим.

В завершении поминального пира Василий Захарович Коржов провозгласил тост за нового патриарха рода Коринфских. Ну да, как же без этого? Король умер, да здравствует король! Формула не нова. Так было во все времена, так есть и так будет. Я, хоть и не монарх, но все-таки.