Чтение онлайн

Основательно набив брюхо, я поблагодарил всех присутствующих за честь, оказанную покойному графу, ну и мне, как его преемнику. И, сославшись на усталость, отправился в свои апартаменты. К тому времени разомлевший от выпитого народ во всю распевал старинную застольную песню про кавказского князька, пытавшегося выкупить за золото, коня и дорогое оружие жену у какого-то бедного горца.

Сначала слегка затупил. По привычке направился туда, где проживал раньше. Однако Клэр своевременно подсказала:

— Александр, ты куда? Теперь ты тут главный босс и тебе положено находиться в комнатах хозяина. — Сдался же её этот «босс», но все-таки она права.

Если в кабинете покойного Коринфского-Квинта мне раньше побывать довелось, в свои личные апартаменты он меня не пригласил ни разу. Всего комнат оказалось не так уж и много.

Довольно просторная и вполне уютная гостиная с большими окнами, выходящими в сад. Пол выложен тщательно подогнанными друг к другу деревянными плашками разного оттенка коричневого в виде замысловатого абстрактного узора, смысл которого осталось вне моего понимания. Стены облицованы шпоном из дерева, определенно, ценных пород. Структура древесины мастерски подчеркнута темным матовым лаком. На стенах полтора десятка живописных полотен небольшого размера в позолоченных рамах, кисти неизвестных мне художников. В основном натюрморты и пейзажи. Но парочке миловидных особ женского пола все-таки нашлось достойное местечко среди полотен с тщательно прорисованными пышными букетами и необозримыми российскими просторами. Мебель явно ручной работы, и её немного. Диван со слегка потертой велюровой обивкой темно-зеленого оттенка, кожаное кресло, четыре мягких стула по стенам, журнальный столик и пара шкафов с книгами. С высоченного потолка свисает массивная люстра, украшенная висюльками из полудрагоценных (вполне возможно, и драгоценных) камней. Был здесь и камин. Как же без этого аксессуара. Глядя в его темный зев, я даже представил, как будет здорово сидеть морозными зимними вечерами с бокалом глинтвейна в руке и смотреть на пляшущие языки пламени. У окна кадка с раскидистым фикусом, вытянувшимся едва ли не до потолка, других растений не наблюдается. Скорее всего, у бывшего владельца имелись какие-то приятные ассоциации, связанные с этим древесным недоразумением. Ладно, пускай пока остается. Через месячишко распоряжусь, чтобы вынесли в какую другую комнату. Вот чего не люблю, так это фикусы, а потому, что однажды в далеком детстве, будучи в гостях у деда с бабушкой бегал по комнатам их дома и напоролся глазом на засохшую ветку именно фикуса. Поврежденный орган мне тут же восстановили в ближайшем пункте скорой медицинской помощи, но, «осадочек» в виде подсознательного неприятия именно этого растения остался.

Хозяйская спальня меня не поразила ни размерами ни каким-то исключительным убранством. На полу паркет. На стенах матерчатые обои спокойного бежевого цвета. Посреди комнаты просторная кровать на замысловато изогнутых ножках и пара прикроватных тумбочек на них светильники с абажурами. Четыре платяных шкафа. Панорамное окно во всю стену с выходом на широкий балкон. Оконный проем, при необходимости, можно закрыть тяжелыми глухими шторами. На белом потолке куча хаотично разбросанных точечных источников света. В темное время суток по задумке оформлявших помещение дизайнеров данный элемент должен создавать эффект ночного звездного неба.

Еще одна комната оборудована бильярдом, столами для игры в карты, мягкими диванами по стенам. Был здесь бар с неплохим выбором алкогольных и безалкогольных напитков.

Несмотря на то, что покойный граф крайне отрицательно относился к табачному зелью, курительная комната здесь также имела место. Скорее всего, чтобы гости не дымили, где не надо.

Ванная и туалет меня порадовали белизной облицованных керамической плиткой стен, яркостью потолочных светильников и огромным ростовым зеркалом едва ли не во всю стену в ванной комнате. Помимо бассейна пять на пять метров с функцией джакузи, здесь также имелась отдельная душевая кабинка. В общем, всё по уму.

К графским апартаментам примыкал явно женский будуар с отдельными спальней, гостиной и ванной комнатой. Вне всяких сомнений, в разное время здесь обитали многочисленные жены или любовницы Коринфского-Квинта. Женщины старели, уходили из жизни, их место занимали новые пассии. От этих женщин у любвеобильного некроманта неисчислимая рать наследников, с которыми мне еше придется разбираться в самое ближайшее время. Я уже составил приблизительный план, каким образов это сделаю. А то ишь, гордецы, не нравится им, что после гибели прежнего графа должность патриарха отошла никому неизвестному чужаку.

Еще здесь имелась детская комната с кроваткой, маленьким столиком с миниатюрными стульями и огромным количеством всяких игрушек на полу и полках. Там я надолго не задержался. Лишь окинул беглым взглядом и удалился. Оно хоть и трогательно, но тема детишек пока для меня неактуальна. Плодиться и размножаться, как завещал великий Иегова (он же Адонай, Элохим, Саваоф и прочее) в этой реальности пока не собираюсь.

Обойдя графские апартаменты, я наткнулся на едва заметную дверь в торцевой части узкого коридора, отделяющего личные покои графа от женской части. Внутри царила темнота, но стоило мне лишь перешагнуть порог, тут же ярко вспыхнули плафоны потолочных светильников. Помещение представляло собой круг диаметром пять метров. В центре каменный куб глубокого бархатно-черного цвета, довольно правильных геометрических пропорций. Понять что это такое особого напряжения мозговых извилин от меня не потребовало. Алтарный камень. А комната личная молельня покойного графа и место общения с его небесной покровительницей богиней Смерти Мареной (она же Мара, Хель, Геката, Морта, Кали и еще множество других имен у разных народов и разных языков). Интересно, имею ли я право здесь находиться, не являясь официальным адептом этого божества? Хотел шагнуть обратно в коридор, но неожиданно для себя услышал приятный женский голос:

— Проходи, Защитник, тебе здесь всегда рады. — А в следующий момент увидел воочию и саму его обладательницу. Красивая черноволосая дама с идеальными чертами лица и обалденной фигурой. Единственный неприятный для меня момент в её облике — это пара абсолютно черных провалов на месте глаз. Такое впечатление, что на тебя смотрит сама Смерть… Впрочем, о чем это я? На меня, на самом деле, в настоящий момент глядит само воплощение данного понятия. Надеюсь, ничего плохого этой женщине… то есть этому могущественному существу я не сделал.

Ну что же, коль приглашают, отчего бы не пообщаться. Отринув страх, я шагнул внутрь помещения.

Глава 16

— Не стану тянуть быка за хвост, Александр, да и время нашего общения ограничено. Я сожалею о преждевременной кончине одного из самых верных и последовательных моих адептов, коим являлся Коринфский-Квинта. Но это опять же всё это лирика. Что же касательно конкретики, между мной и Альмансором был заключен некий договор, о сути которого по ряду причин пока распространяться не стану. — Богиня указала рукой на алтарный камень и поднесла указательный палец к своему рту. Тем самым дала понять, чтобы я, в свою очередь, не пытался обсуждать щекотливую для нее тему. — Некоторые ответы на появившиеся у тебя вопросы ты найдешь среди бумаг покойного некроманта. И еще один момент, мой мальчик, приняв перстень из рук Коринфского-Квинта ты не только получил власть над не самым последним родом в Российской Империи, но взвалил на свои плечи все договорные обязательства бывшего владыки. Видишь ли, Саша, покойный поклялся выполнить для меня кое-какую работенку, в которой именно тебе отводилась ключевая роль. Ну да, именно «ключевая», но об этом ты опять-таки узнаешь из его бумаг, а что не узнаешь, я тебе разъясню, когда ты будешь готов. Я не требую срочного исполнения теперь уже наших с тобой договоренностей, поскольку, для этого ты должен стать адептом пространственной магии как минимум четвертого ранга. Казалось бы, проблема, поскольку для получения столь высокого уровня мастерства некоторые одаренные тратят многие годы, даже десятилетия. Но ты не пугайся, четвертая ступень для мага-универсала вполне достижима за вполне разумный срок. Год-два максимум. Ведь именно так охарактеризовал твой чародейский дар перед своей гибелью Коринфский-Квинта. На самом деле это не совсем верно. Доступный тебе круг аспектов на данный момент практически полон, но не замкнут. Надеюсь ты понимаешь, о чем я говорю. — И просканировав меня бездонными колодцами своих темных как безлунная ночь глаз, приподняла уголки своих красивых губ в легкой усмешке. После чего выдала нечто маловразумительное для моего понимания: — М-да, недоработка некроманта. Решил до поры до времени ограничить объем доступной тебе информации. Рассчитывал компенсировать недостачу позже. Впрочем, кто ж знал, что ваш поход на осколок окончится для него столь печально. Короче, юноша, с теорией у тебя пока полный швах. Значит, придется тебе поверить мне на слово. Итак довожу до твоего сведения, что в твоем даре не хватает одного крайне важного связующего элемента. Я, конечно, понимаю нежелание покойного Квинта плодить реальных конкурентов, именно поэтому он и выбрал для тебя скарабея Гельмгольца…

Тут уж я не удержался и перебил богиню, при этом постарался максимально вежливым обращением сгладить свою бестактность в отношении сверхмогущественного существа:

— Простите, Великая, насчет моего покровителя, я что-то не очень понял.

На мое счастье богиня не обиделась, лишь одарила меня загадочной улыбкой, как это делают мамаши, когда их несмышлёные карапузы задают им вполне закономерный вопрос, откуда берутся дети.

— Ну так бывает, мой мальчик. Ревность свойственна разумным существам, и одаренные в этом плане не исключение. У нас-божественных сущностей точно такая же херня творится. — Для меня было странно услышать столь явную самокритику в столь откровенной форме. — Вот если бы ты убил пифона… — Марена мечтательно возвела очи Горе. Затем тряхнула своими роскошными черными локонами, будто отгоняла от себя морок. — Короче, налицо имеем умышленный саботаж, который должен существенно затормозить скорость твоего развития как мага. Жаль, конечно, но теперь спросить за эту «оплошность» уже не с кого. Но поскольку в моих интересах твое скорейшее становление как продвинутого чародея, я делаю тебе Величайший Подарок… — После этих слов Марена сделала театральную паузу. Натурально показушница и выпендрежница, короче, женщина, со всеми бабскими ужимками.

У меня не хватило терпежу ждать, когда богиня полностью реализует свой театральный талант. Пришлось немного её поторопить:

— И что же это за подарок такой, госпожа?

— Экие нетерпеливые вы смертные, — с деланной досадой в голосе отчитала всё человечество в моем лице богиня Смерти, — все-то вам тяп-ляп, лишь бы побыстрее. — Ну точно баба. Только что сказала, что наш разговор ограничен по времени, сама же ненужные антимонии разводит. — Короче, в самое ближайшее время идешь в храм Всех Богов. Подходишь к алтарному камню Белиала — он же Эреб, Анубис, Аид, Чернобог и прочее — и обращаешься к нему с просьбой о помощи.

Тут я снова не удержался.

— Но, уважаемая Марена, насколько мне известно, без подарка к богам обращаться не принято.

— Опять ты меня перебиваешь, негодный мальчишка! — Сверкнула глазами богиня Смерти. — Впрочем, на этот раз ты прав. В качестве дара используешь амулет с шеи покойного Альмансора.

После этих слов её божественный образ начал терять материальность и вскоре я вновь остался в молельной комнате наедине с алтарным камнем.

Общение с одной из представительниц местного божественного пантеона заставило меня крепко призадуматься. А не совершил ли я фатальную ошибку, приняв родовой перстень из рук Коринфского-Квинта? Я не боюсь внутриклановых разборок и претензий соседей. Со всем этим как-нибудь да разберусь, как уже сделал это однажды с бандой вольных охотников и парочкой говнюков. Но тут неожиданно всплывают какие-то договоренности моего предшественника с одной из не самых мелких божественных сущностей. Быть игрушкой в чужих руках меня ну никак не вдохновляет.