Чтение онлайн

— Подойди.

Примарх говорит негромко, но в его голосе такая удивительная сила человека, которому абсолютно неизвестно что такое неподчинение.

Вздрагиваю и бросаю искоса взгляд на Дайонаса.

Он едва заметно кивает и ведет мою руку вперед, словно подталкивает.

Мне страшно, перевожу взгляд на Алькиора и… тону в глубине его глаз.

Он спокоен. Невозмутим.

Его взгляд красноречивее всех слов говорит: бояться не нужно! Я рядом!

И только он помогает мне сделать следующий — самый тяжелый шаг.

Ступни словно налиты свинцом, но я пересиливаю себя.

— Ближе, — голос пробирает до самой глубины.

Дрожа, делаю еще один шаг и замираю, опустив глаза.

Время будто останавливается. Повисает напряженная тишина.

Я чувствую на себе тяжелый, изучающий взгляд и не могу прекратить дрожать.

— Странно, — грохочет голос примарха совсем рядом.

По неясному колебанию отражения на полу я понимаю, что он подходит ближе.

— Посмотри на меня.

Только начинаю сильнее трястись.

Не могу поднять лицо — слишком страшно.

— Я велел тебе посмотреть на меня.

В голосе ни капли сочувствия или тепла — только холодная расчетливость.

Крупная дрожь пробивает меня с головы до пят.

И…

В ноздри внезапно врывается знакомый, манящий до боли, до сладкой истомы аромат — морская свежесть, с терпкостью эфирного масла.

На меня падает тень, и Алькиор встает передо мной. Берет меня за руку и накрывает мою ладонь своею.

Я поднимаю глаза: передо мной лицо Алькиора, а чуть за ним искаженное гневом, побелевшее — примарха.

— Что ты себе позволяешь, командующий? — сдавлено произносит он.

По капитанскому мостику проносится легкий ропот.

— Она — моя, — спокойно отвечает Алькиор, и от этих слов меня пронзает радостное возбуждение.

Даже не возбуждение, а восторг.

Он подводит меня ближе к примарху, который не отрывает от него свой озлобленный взгляд.

— Посмотри на нее, отец протари. Посмотри, — улыбается Алькиор будто знает, что-то такое, чего не знает никто.

Примарх переводит свой взгляд обратно на меня — тяжелый, придавливающий, цепкий — будто старается найти во мне какой-то изъян.

Поводит носом, как собака или волк, почуявший добычу.

— Чувствуешь, примарх? — улыбаясь спрашивает Алькиор.

— Да.

Да о чем они говорят? Что они такое чувствуют? Не понимаю ничего, но и вопрос задать боюсь.

— Я хочу, чтобы вы немедленно возвращались.

В голосе примарха нет прежней неприязни, только задумчивость.

— Немедленно. Хочу поближе познакомится с твоим трофеем, Алькиор.

— Настя. Ее зовут Настя.

И от этих слов я почему-то вспыхиваю до кончиков волос.

Горячий коктейль эмоций переполняет меня: от благодарности за заступничество, до восхищения его смелостью. Но больше всего внутри меня зреет, что-то другое, чего я сама пока еще не вполне могу объяснить.

— Тарнариасцы уже обратились с жалобой в имперскую конфедерацию, — продолжает задумчиво примарх. — Ваша атака была неправомерной.

— Я не мог ждать. Акцептион желал ее, и даже нанесенная кровь Та-а-ли не помогала отбить его желание. Она уже была продана. Сам знаешь — иного выхода не было.

Примарх хмурится.

— Командующий обязан предугадывать исход событий и иметь запасные планы. Ты поступил как воин…

Примарх переводит цепкий взгляд с меня на Алькиора.

А окружающие нас протари после этих слов одновременно топают ногой.

Выглядит и звучит впечатляюще.

Примарх поднимает ладонь вверх, требуя тишины.

— А должен был поступить как командующий. Ты, Алькиор Звездный Покоритель, лицо протари в этой далекой звездной системе. Не забывай этого.

Легкий румянец обжигает скулы Алькиора, но он почтительно принимает и похвалу, и хулу.

— Что с поисками артефакта?

— На Тарнарисе не обнаружен. Ни следа, отец протари.

Примарх кивает.

— В любом случае землянка важнее. Возвращайтесь, но будьте осторожны — если вмешаются имперские перехватичики…

Алькиор стискивает губы:

— Нас могут вытеснить за грань.

Примарх кладет руку Алькиору на плечо. Оба молчат.

— Ты и сам все знаешь, Звездный Покоритель. А теперь, я хотел бы взглянуть на сына…

Мне кажется, что все это время я просто не дышу.

Кровь оглушающе стучит в висках, а кожа леденеет.

Примарх в сопровождении Алькиора разворачиваются и идут к выходу с капитанского мостика.

Выдыхаю и жадно хватаю ртом воздух.

Тут же теплые нежные ладони обхватывают меня за плечи.

Дайонас наклоняется и, обжигая, шепчет в ухо:

— Все закончилось.

Меня трясет, и я совсем не чувствую, что все закончилось.

Поднимаю на него глаза — в голове тысячи вопросов и полнейшая сумятица.

— Идем, — кивает он в след процессии протари, которая втягивается в открытый зев проема.

Я тоже очень хочу увидеть Вайлена, но… ужасно боюсь.

Что, если этот суровый владыка опять разозлится на меня?

Судорожно сглатываю. Кровь приливает к щекам.

Разве это может быть причиной не увидеть его? Это просто поло и малодушно с моей стороны прикрываться этим страхом!

Рядом будет Алькиор и Дайонас… они не дадут меня в обиду

Киваю, словно соглашаюсь с Дайонасом, но на самом деле этот кивок больше самой себе.

Я не останусь в стороне.

В груди назревает и разливается какое-то волнующее, трепещущее чувство, и я делаю шаг вперед.

— Храбрая девочка, — словно огромный кот, поблескивая зелеными глазами, мурлычет Дайонас.

Гордо вскидываю подбородок и не глядя на него иду вслед за остальными.

Сейчас мне не приходится плутать, и мы быстро приходим в медицинскому отсеку Вервекса.

С каждым шагом я чувствую, что мы приближаемся к нему.

Не могу объяснить это ощущение, просто знаю.