Чтение онлайн

Плюхнувшись на диван всего в нескольких сантиметрах от меня, он с вызовом взглянул на следователя:

— Ну?

— Олег Юрьевич, расскажите мне, пожалуйста, про Алису Владимировну Воронову, и в частности про ваши с ней отношения.

О, как я хорошо поблизости оказалась, сейчас узнаю о проблемах в наших отношениях с другой стороны баррикад.

— Мы с Алисой встречались, у нас были близкие отношения, — буркнул Олег.

— Никаких проблем в отношениях у вас не было?

— Нет, у нас все с ней было замечательно, мы даже собирались пожениться.

Ух ты, да неужели?

Олег врет и не краснеет. Никаких проблем, говоришь, не было?

А то, что я три месяца назад, застав в интимной обстановке с жуткой крашеной лохудрой, выставила тебя вон со всеми твоими шмотками — это никаких проблем не было?

Ах, мерзавец!

Мне захотелось своими руками придушить предателя. Я-то думала, он сейчас перед лицом следствия начнет каяться, рассказывать о наших проблемах. А тут — все хорошо, все замечательно…

— У вас все было замечательно? А вот у меня другая информация. Разве несколько месяцев назад вы не расстались с Алисой? — с улыбкой спросил Еремин.

— С чего вы взяли? Кто вам сказал? Маринка? Не слушайте эти бабьи сплетни! — снова взъярился Олег.

Маринка? Кто такая Маринка?

Да, много нового узнаю о своем бывшем.

Наверное, Марина — новая пассия Олега. Не долго же он оставался один, такие парни на прилавке долго не залеживаются.

— У меня свои информаторы. Так что, у вас несколько месяцев назад не произошел конфликт с Вороновой?

— Ну, в любых отношениях бывают взлеты и падения. У нас с Алисой никогда не было конфликтов. Мы жили душа в душу, любили друг друга…

«Как же», — фыркнула я.

— Несколько месяцев назад у нас было легкое недоразумение, но отношения мы не разрывали.

— Настолько легкое недоразумение, что вы все последние два месяца умоляли Алису вернуться?

Лицо Олега побагровело, я подумала, что сейчас его хватит удар.

— Это не ваше дело. Мы любили друг друга, я вам все сказал.

— Хорошо, тогда ответьте еще на один вопрос — в последнее время, если, как вы утверждаете, вы продолжали поддерживать отношения, не появились ли у Алисы новые странные знакомые, может, она боялась кого-нибудь, ей угрожали?

— А почему вы, собственно, спрашиваете? Вы что же, полагаете, что Алиса умерла не своей смертью? Ее что, убили? Но доктор нам с Юлей сказал, что у Лисы сердце не выдержало. Родители ее еще пока не приехали из другого города, поэтому врач сообщил о ее смерти нам.

— Мы рассматриваем сейчас все версии произошедшего, с доктором я позже побеседую. Так что о ее новых знакомых?

— При мне Алисе никто не угрожал, она ничего не боялась. Она была легким человеком, ее все любили.

— В своей квартире на Юбилейной она проживала одна?

— Нет, там жил я с Алисой, ну и еще Лешка.

— Лешка? Кто это? — удивился Еремин.

— Лешка — это ее рыжий кот. Она в нем души не чаяла, Алиса могла на последние деньги накупить ему вкусных консервов, в то время как я голодный сидел дома.

Надо же, голодный он дома сидел.

А работать не пробовал? Иногда это полезно. После того как Олег уволился с прежней работы, он в течение трех месяцев сидел у меня безвылазно дома, точнее, не сидел, а лежал на диване. Я трудилась на работе до позднего вечера, покупала продукты, готовила, стирала, убирала. А Олег изображал из себя мученика, доказывая мне, что в огромном московском мегаполисе невозможно в течение трех месяцев найти работу профессиональному дизайнеру.

По этому поводу у нас тоже часто возникали конфликты.

Я абсолютно не меркантильная особа, но когда ты так долго содержишь взрослого здорового мужика с руками и ногами, начинаешь задумываться, а на фиг тебе это надо.

Докатились мы до того, что Олег у меня принялся клянчить деньги чуть ли не на сигареты. Конечно, я на последние деньги куплю корм Лешке, тот мне хотя бы концерты не устраивает. А то, что Олег сидел целый день голодный — так извините, наверное, сложно достать из холодильника обед и элементарно подогреть его.

— А почему вы жили у Алисы? У вас же имеется своя собственная квартира на улице Галушкина?

— Квартира есть, но там сейчас живет моя мать, у нас с ней весьма натянутые отношения. И она ведет себя не всегда адекватно, — промямлил Олег.

«Не всегда адекватно», да Мария Афанасьевна — подлинная истеричка. Наши два визита к ней я вспоминаю как страшный сон. Ужиться с подобной ведьмой никому не удастся.

— А как у Алисы обстояли дела на работе? Может быть, у нее был конфликт там?

— На работе? Нет, на работе у нее было все спокойно. Она же не нефтью торговала, в самом же деле? Она писала статьи на каком-то сайте, БлондинКо. ру, кажется, так называется. А ее коллег я и не знаю. Алиса ничего о них не рассказывала…

Ты меня никогда и не слушал нормально, рассказывала, много чего рассказывала.

— Так, а вы знаете вообще каких-нибудь недоброжелателей Алисы? С кем у нее был конфликт?

— Ну, у нас есть соседка Наташка с пятого этажа, вот ее Алиса вроде бы недолюбливала.

Тут у меня начался просто гомерический хохот. Надо же, Олег вспомнил ту самую Наташку, а точнее, ту самую крашеную лохудру, с которой я его и застукала, вернувшись, как в старом анекдоте, не вовремя с работы.

— А с чем была связана нелюбовь Алисы к Наталье?

— Даже и не знаю, это какие-то женские разборки, — честными-пречестными глазами Олег смотрел на следователя.

«Женские разборки», — я снова фыркнула.

— Хорошо, и последний вопрос — вы знаете, во что сегодня была одета Алиса, когда ее привезли в больницу?

— Точно не знаю, нам отдали ее сумочку, она сейчас у Юли, а во что одета, я не знаю.

— Алиса предпочитала носить обувь на высоком каблуке?

— Не часто, но она носила каблуки, особенно если собиралась на свидание или в театр, кино.

— Спасибо большое, Олег. Я вас больше не задерживаю.

В это время из коридора, ведущего из женской комнаты, вышла Юля.

Умывшись и подправив макияж, она выглядела хотя и печально, но уже намного лучше.

Олег уступил ей место, буркнув, что хотел бы выпить кофе, и отправился к кофейному автомату в другом конце больничного холла.