Чтение онлайн

– Тогда я тебя не понимаю. О чем это ты?

Он указал на беспомощное, распростертое на постели тело

– Я хочу сказать, что это и есть моя жена. Моя первая жена - Лирин.

– Но ... мне кажется ... по-моему, ты говорил, что она утонула, пролепетала Марелда, уже ничего не понимая.

– Я и сам в это верил. До тех пор, пока не увидел лицо этой женщины.

Марелда впилась в его лицо долгим, подозрительным взглядом, потом, овладев собой, подошла к кровати, взяла в руки свечу и склонилась над лежавшей в беспамятстве девушкой, чтобы рассмотреть её хорошенько. При виде очаровательной соперницы глаза её вспыхнули, потом краска сбежала с лица и она с ревнивой яростью впилась в неё взглядом. Будь она одна, уж Марелда не постеснялась украсить это нежное личико парочкой синяков и царапин, пусть бы и ненавистная красотка узнала, что такое мука и боль уязвленного сердца. Хотя вдруг это все-таки не она?

Сообразив, что и сам Эштон не слишком-то уверен в своих словах, она повернулась к нему лицом и впилась в него испытующим взглядом, стремясь использовать это себе на пользу.

– Скорее всего, ты ошибся. Эштон. Ведь прошло уже три года с тех пор, как погибла твоя жена. Ты же сам рассказывал, как она упала за борт и ты не смог спасти её, потому что тебя ранили. Неужели тебе не приходит в голову, что это не что иное, как обычное совпадение, что эта женщина так похожа на нее? Подумай сам - ну разве возможно, чтобы через три года Лирин вдруг объявилась в Натчезе, да ещё столкнулась глубокой ночью именно с тобой?! Это невероятно! Кому-то просто понадобилось ввести тебя в заблуждение, заставив поверить, что Лирин жива, и выполнить все, что она потребует, и он придумал этот дьявольский план. Да что там, готова поклясться, что эта негодница, кто бы там она ни была, слышит все, о чем мы говорим!
– Марелда презрительно взглянула на неподвижное тело.
– Но тогда либо это талантливая актриса, либо ... либо ты все знал с самого начала!

– Марелда, - оборвал её Эштон, - поверь мне, это Лирин.

– Нет!
– взвизгнула она, размахивая сжатыми в кулаки руками.
– Просто эта проклятая шлюха хочет завладеть твоими деньгами!

– Марелда!
– глаза его потемнели.
– Лирин не нуждалась в моих деньгах. Она дочь довольно богатого коммерсанта из Англии. Кроме того, у неё есть свои собственные владения в Новом Орлеане и Билокси, наследство после родственников.

– О, Эштон, умоляю тебя, постарайся не терять голову!
– взмолилась Марелда, уповая на то, что сменив тактику, она сможет убедить его. Подойдя к нему вплотную, она уже подняла было руки, чтобы обнять его, но Эштон нетерпеливо оттолкнул её. Сдавленное рыдание вырвалось из её горла, и слезы заструились по щекам.
– Я так же твердо уверена, что ты ошибаешься, как ты - в том, что это Лирин. Ответь мне, если это она, то почему она скрывалась все эти годы? Неужели так поступает любящая жена?

– Нет смысла обсуждать это, - остановил он её.
– Когда она придет в себя, я уверен, она все мне объяснит.

– Нет, и не надейся, Эштон. Держу пари, она вцепится в тебя мертвой хваткой, лишь бы заполучить и тебя, и твое состояние.

– Лирин я смог бы узнать даже с закрытыми глазами.

Марелда выпрямилась во весь рост с видом мученицы, готовой взойти на костер. Сейчас нет смысла ничего говорить, он упрям, как осел. В комнате повисло молчание, когда она, расправив плечи, направилась к двери. Ничего, пусть придет в себя! Дверь захлопнулась с оглушительным треском и эхо раскатилось по всему дому. Эштон будто видел своими глазами, как она грациозно плывет по лестнице к своей спальне, и рассчитывал, что второй такой же удар не преминет возвестить, что она добралась до места. Марелда не разочаровала его. Раздался повторный грохот, и вновь эхо пронеслось по особняку, но на этот раз вслед за ним последовал громкий топот ног в коридоре и целый хор взволнованных женских голосов. Эштон бросил взгляд в сторону распахнутой настежь двери - на пороге, пыхтя и задыхаясь, появились две пожилые леди. Он едва успел спрятать улыбку.

– Боже милостивый, Эштон!
– с трудом выдохнула бабушка.
– Что ты здесь делаешь?! И для чего понадобилось носиться по всему дому и грохотать дверями?

– Ну, ну, Аманда, потише, - попыталась умиротворить её тетя Дженнифер.
– Ведь доктор Пейдж не появится раньше утра. А Эштон и так уже изрядно поволновался из-за девушки!
– Она бросила на внучатого племянника взгляд, ожидая его одобрения.
– Ведь так, дорогой?

Но Аманду было не так-то просто успокоить.

– Придется мне взять с него слово, что он хотя бы на время прекратит свои плавания по реке, - бубнила она.
– Стоит ему только отправиться в Новый Орлеан и готово - непременно что-то случится!

– Гранмаман, умоляю вас, успокойтесь!
– ласково проговорил Эштон, прижав к груди сухонькие, сморщенные ручки старой леди.
– Мне надо поговорить с вами. Поверьте, это очень важно.

Старушка поглядела на него с подозрением.

– Вначале объясни, с чего это тебе вздумалось хлопать дверями. А вот потом, если сумеешь убедить меня, что у тебя были для этого основания, так и быть, послушаю тебя.

Эштон весело ухмыльнулся и ласково обнял бабушку за худенькие плечи.

– А вы поверите, если я скажу, что дверью хлопнул вовсе не я, а Марелда?

– Марелда?!
– Аманда была сбита с толку.
– Но послушай, Эштон ...

– Потому что я сказал ей, что эта девушка - Лирин.

– Лирин?! Твоя жена Лирин?!
– не веря своим ушам, переспросила Аманда.
– Но, Эштон, позволь ... ведь она погибла ...

– Она утонула, дорогой, - Тетушка Дженнифер осторожно коснулась его руки, ничуть не сомневаясь, что горе помутило его рассудок.

Обе старые леди, слишком потрясенные, чтобы спорить, повернулись и молча двинулись к кровати. Взяв в руки свечу, тетя Дженнифер склонилась над постелью так, что мерцающий свет упал на лицо той, что так заинтриговала их.

– А она хорошенькая, - заметила тетушка Дженнифер.

– Просто редкостная красавица, - нетерпеливо поправила Аманда. Уж она-то не позволит ситуации выйти из-под контроля. Слишком долго Эштон предавался своему горю, и нет ничего удивительного, что, сам того не желая, он принял первую попавшуюся женщину за свою погибшую возлюбленную, тем более, что они и в самом деле довольно похожи. Скорее всего, бедный мальчик просто не может смириться с утратой, вот ему и мерещится всякое.

Вдруг в голову ей пришла интересная идея. Аманда вспомнила, что в спальне Эштона есть большой портрет Лирин. Отлично, именно этот портрет и поможет решить, Лирин перед ними или же нет!

– Эштон, дорогой, - мне кажется, девочка и впрямь немного похожа. Помнится, у тебя был портрет Лирин. Может быть, стоит принести его сюда?

Эштон охотно согласился и почти тотчас вернулся с портретом. Достаточно было одного взгляда, чтобы убедиться - Лирин и эта девушка одно и то же лицо.

Пока он ходил за портретом, старушки отыскали несколько ламп и составили их вокруг кровати, чтобы их свет падал на постель. Тетушка Дженнифер прислонила портрет к изголовью. Женщина на портрете была в желтом платье, рыжевато-каштановые локоны были перехвачены золотистой лентой. Кисть художника смогла передать живой блеск сверкающих, словно влажные изумруды, глаз. Сходство было потрясающее, но все же чего-то не хватало.

– Талантливый художник - смог передать радость жизни, - одобрительно пробормотала Аманда, - но если это Лирин, то оригинал лучше портрета. На самом деле она ещё красивее.

Эштон не сводил глаз с лица на портрете. Он тоже заметил различие, но оно было настолько ничтожно, что он легко отнес его на счет художника. Похоже, тетушка Дженнифер была с ним согласна.

– Конечно, трудно требовать от портрета полного сходства с оригиналом. Порой приходится радоваться, если совпадет хотя бы цвет глаз и волос, буркнула она.

– Тебе прислали портрет Лирин уже после того, как она утонула? осторожно спросила Аманда, опасаясь продолжать расспросы, пока не увидела, как Эштон кивнул.
– Откуда он?

– В завещании её деда было оговорено, чтобы портрет переслали мне. Пока он был жив, я и не подозревал, что портрет существует. Насколько я знаю, портретов было два, на втором художник изобразил вторую сестру Ленору. Оба эти портрета были подарены судье Кэссиди вскоре после того, как у него в гостях побывало семейство Сомертонов из Англии. Это случилось незадолго до того, как я познакомился с Лирин.