Чтение онлайн

— Помилуй, Единый, — выдохнула я.

— Показушник, — проворчал Воль, появляясь над водной гладью.

Но господин проректор даже не посмотрел на нас, внимательно всматриваясь в озеро. Вот осела вся поднятая муть и грязь, вот рыбешки, ужи да пиявки очень медленно, скрылись под водой, а господин тер Ассан все также стоял, словно статуя…

— Эй, ты чего? — озвучил мои мысли Воль. — Отомри что ли, открыл я озеро, открыл, — и уже совсем тихо, только для меня прошептал: — И что, никого лучше его в своей Академии найти не могла? Как же тебя так угораздило-то, несчастная…

И только хотела возразить, что никого я не находила и точно не несчастная, как услышала непонятный нарастающий гул, что доносился от озера.

— Что это, Воль? — шепотом спросила, глядя на напряженную спину господина проректора. Озерник глянул, явно не понимая меня, и я добавила, — ты шум слышишь?

— А, так ты об этом? — он прочистил уши, быстро заплел волосы в косу, украсил ее мелкими ракушками и довольно произнес: — Первые посетители!

— Проверяющие, — вдруг услышала я господина тер Ассана. — Аиша, встань рядом со мной, — тут же последовал приказ, — и молчишь, пока…

— Вы не скажете, — понятливо кивнула, поспешив встать рядом с ним.

— Умница, — удостоилась тихого замечания, от чего Воль тяжело и показательно, глядя на меня, вздохнул, а я почему-то покраснела.

— Воль, приготовился!

— Да готов я, готов, — пробурчал тот, но по лицу было видно, что волнуется.

И мы замерли, ожидая.

И ведь мне давно следовало привыкнуть ко всяким там чудесам и магии, но все как-то не получалось. Вот и сейчас не могла не смотреть на то, как пузырилась вода, словно закипала в горшочке, как гул становился все сильнее, что даже уши зажала, хотя, что Воль, что проректор не шевелились. А у меня сердечко стучало так быстро, словно готовилось выпрыгнуть!

И когда уже казалось, что сил терпеть нету — все стихло. Даже ветер перестал дуть, все замерло: травы, листва на деревьях, даже облака, словно встали на месте, а на озерной глади появилось зеркало. И едва оно всплыло на поверхность, все снова ожило. Оно было длинным, овальным и вода в нем, по сравнению с озером не двигалась совершенно. Интересно, а если походить в разные стороны — его отовсюду будет видно?

— Аиша, что ты делаешь?! — прошипел проректор, чем вернул из моих мыслей.

— Ничего…

— Не двигайся!

— Уже…

— Молчи!

— Добро пожаловать в наш возрожденный уголок, о бестелесный дух! — между тем я услышала громкое восклицание озерника, который сидя на берегу и перебирая свои волосы, обращался к кому-то. — Да будет твой путь только светом наполнен! Да скрасят вечную жизнь твою яркие звезды! Да запомнишься ты на земле этой только добром! Пусть будет…

— Достаточно, озерный хранитель Вольный, — прошелестело где-то над нами, а по телу словно прохладный ветерок пробежал — захотелось передернуть плечами, но памятуя о бешенстве проректора… в общем терпела я. — Давно не открывали врата эти, где тер Торро?

— Здравствуй, бестелесный, — господин проректор сделал шаг вперед, к озеру, словно видел к кому обращался. — Тер Торро сейчас серьезно болен, потому не смог появиться. У нас возникли … некоторые трудности, и я был вынужден открыть этот портал…

— Я знаю о ваших трудностях, — прошелестело вновь, от чего я не выдержала и все же почесалась, проректор же отошел, а спиной видеть, это еще уметь надо. — Вы сами в них виноваты, — а тут я уже замерла, прислушиваясь, — потому ничем помочь не могу.

То есть как? То есть господин проректор зря тут танцы устраивал? Я перевела взгляд на Воля — тот сохранял не только полнейшее спокойствие, но еще и какое-то благоговение угадывалось на его лице. Лицо господина проректора, к великой скорби, я не видела.

— Что ты хочешь? — спросил господин тер Ассан, когда я уже думала, что мы сейчас развернемся и пойдем обратно. — Твоя помощь всегда оценивается чем-то. Ты не предвзят, и всегда называешь цену запрашиваемой услуги…

— Кровь, — вдруг услышала я. Причем это словно у самого моего уха прозвучало… жуть!

— Хорошо, — с готовностью ответил мужчина, закатил рукав мантии и сделал еще один шаг вперед, когда его остановило:

— Не твоя, её.

Мне же это послышалось, правда? Я глянула на Воля, который замер и смотрел куда-то все также восхищенно, что хотелось стукнуть. Перевела взгляд на господина тер Ассана, который выпрямился, опустил руку, но так и не обернулся.

— Почему не моя?

— Не ты закрывал врата в прошлый раз, — было ему ответом, а я сделала шаг назад. Что-то все эти «открытия врат» начинают пугать…

— Но я готов.

— Она банши. Он тоже с ними был связан.

Я снова сделала шаг назад, пытаясь сообразить, а быстро ли бегает господин проректор? И, видимо, Единый был не на моей стороне…

— Аиша, — произнес, развернувшись господин проректор, но замер, сузив свои вновь почерневшие глаза. — Что. Ты. Делаешь?

— Бегу, — очень честно и крайне искренне ответила я, но с места все же не сдвинулась. Проректорские глаза вновь стали нормальными, насколько это возможно.

— Ты стоишь на месте, — сказал он спокойно.

— А вы быстро бегаете?

— А вы не торопитесь? — прошелестело над нами, и, если бы не спокойный, крайне безразличный тон, я бы подумала, что над нами издеваются.

Хмуро посмотрела на Воля, который и не думал приходить в себя, затем перевела взгляд на мужчину. Он смотрел прямо, нормальными человеческими глазами, и что самое странное — не пытался меня заставить. То есть, давать свою кровь или не давать — решать только мне?

— Это больно? — спросила тихо, пристально глядя в его темные глаза.

— Нет, — тут же был мне быстрый ответ.

— Да, — прошелестело возле меня, и я осуждающе посмотрела на господина проректора. — Не смотри на него так, он — маг и может заклинаниями убрать боль, в отличие от тебя. Впрочем, — я могла поклясться, что теперь он был у меня за спиной, — я думаю, он не откажет в помощи тебе. Ну так что?

— Я согласна, — меня обдало теплым воздухом, но прежде чем что-либо сделать, добавила: — Только у меня есть вопросы! — я крутанулась, пытаясь высмотреть духа.