Помощница ключницы
Шрифт:
— А ты глаза закрой, маленькая банши, — посоветовал дух.
Послушно закрыла и тут же удивленно раскрыла рот! Я же читала в книгах, что внутренним взглядом мы видим потоки! Так я находила отмеченных Тьмой, так иногда наблюдала за природой, Шатуном, но никогда прежде не видела, чтобы кто-то состоял из маленьких вихрей. И человек и не человек. Его форма перетекала, послушная ветерку, словно он не мог находиться на одном месте…
— Достаточно, — услышала суровое проректорское.
— Так, какие у тебя вопросы, маленькая банши?
— То есть я банши… А есть еще такие как я? — спросила и замерла в ожидании ответа.
— Есть.
— А …где?
— По ту сторону озера, — ответил бестелесный, а я проследила за ним, крутанувшись.
— Как туда попасть?
— Достаточно! — господин проректор терпением не отличался, поэтому дернул так, что я оказалась прижатой носом к его мантии.
— Хорошо, хотя у девочки еще много вопросов, — я была готова закивать головой, соглашаясь с духом, но господин тер Ассан был непреклонен:
— Достаточно, — вот заладил же!
— Тогда кровь, — прошелестело рядом со мной, а я выдохнула, отходя от проректора:
— Что нужно сделать?
— Закатать рукав, — ответил господин тер Ассан, с сомнением посмотрев на плотно облегающую мою руку ткань, — в твоем случае разрезать. Затем сделать надрез от локтя до запястья и сцедить кровь в портал, — он указал на «зеркало». — На этом все.
Я с сомнением посмотрела на него. Все? А как же моя рука? А если я в обморок упаду? А если я закричу…
— Время, — прошелестел бестелесный.
— Ну режьте что ли, — и протянула руку ректору, у меня же ни ножниц, ни острого ножа точно не было. Как оказалось, у господина проректора тоже. А еще я поняла, что истерически визжать с закрытым ртом тоже можно, потому что почерневшие, удлинившиеся проректорские ногти, словно масло, легко прорезали ткань.
— А….
— А теперь отвернись, — перебил меня господин тер Ассан, — ты ничего не почувствуешь, а вот от увиденного можешь закричать, — он замолчал, выжидающе глядя на меня.
Я лишь кивнула, не найдя сил хотя бы на слово.
Так, что у нас тут птички, трава, бестелесный носится вокруг, Воль… Сейчас бы Шатуна сюда, уж он бы нашел, что сказать…
Бестелесный не соврал: больно действительно не было. Но я чувствовала, как вытекает моя кровь, а вместе с ней и мои силы. И уже где-то на грани сознания мне почудились слова духа:
— Портал открыт, — и совсем тихое, — ты скоро их увидишь.
Глава 18, о величественных гостях и помутнении рассудка
— Довели-и-и! Всю кровушку выпили-и-и, ироды! Надругали-и-и-сь, — в себя я приходила под визг Шатуна. — И не оклемается теперь девочка мо-я-я-я… Чуча?!
— Шатун, — я поморщилась от легкой тошноты и головокружения, — ради Единого, ты чего как резанный визжишь?
— Чуча, а чуча, а ты помирать не собираешься, да? — участливо спросил призрак.
— Не приведи Единый, ты что такое болтаешь, Шатун?! — услышала я от госпожи ключницы. — Исчезни, пока тебе мэтр не увидел!
— А шо сразу мэтр? Я вашему мэтру ничего не делал!
— Вот ты как раз ему сейчас все и расскажешь, — добавила женщина, оглядываясь.
— А можно мне воды? — вклинилась в перебранку.
— Минуточку, голубушка, — совсем рядом услышала голос нашего мастер гнома, — будьте любезны открыть ваши глазки, я должен сделать замер…
— Ты шо, изверг, воды жалеешь?!
— Шатун, да уймись же ты, Единого ради! — не выдержала я, открывая глаза и окидывая кухню взглядом. Вот госпожа Вирджиния с полотенцем в руках, вот Шатун завис под самым потолком, а вот и мастер Эл, пристально всматривающийся в мои глаза.
— Итак, глаза светятся, — и он загнул свой маленький пальчик, — что означает переизбыток силы…
— Да на ней лица нет, о какой силе… — возмутился Шатун.
— Я о том, уважаемый, — недовольно отметил лекарь, — что сейчас в ней намного больше банши, чем человека.
— И чем это грозит? — взволновано прошептала госпожа Вирджиния.
— Нам — ничем, а вот ей, — мастер гном окинул меня взглядом, — в самое ближайшее время ее потянет поиграть с силами, умчаться в лес, поплавать, придаться диким танцам, возможно, кого-нибудь свести с ума или утопить…
Чем больше говорил маленький лекарь, тем хуже мне становилось. Это что такое, это все я?
— Чуча, — протянул ошеломленный словами призрак, — тебя шо уже тянет на…приключения?
Так как слов у меня не было, я отрицательно качнула головой.
— Так еще не полночь, — с умным видом добавил лекарь. — Но едва поднимется луна…
— Ты зачем нас пугаешь, изверг! — встопорщив усы, произнес Шатун.
— У нас сейчас начнется прием гостей, — проговорила госпожа Вирджиния, — есть ли зелье, способное … успокоить ее сущность?
— Есть, — сказал гном, и мы все выдохнули, — но временное. С полнолунием оно просто выветрится из ее крови.
— Как же все не вовремя, — пробормотала госпожа ключница. — Аиша, ты как?
— Н-нормально, наверное, — посмотрела на мастера лекаря, — а если двойную дозу?
— Голубушка, ваше сердце не выдержит.
— Мы обречены! — трагично воскликнул Шатун и исчез. Выдохнули все.
— А если выпить одно, потом сразу же второе? — я с надеждой посмотрела на гнома, но он покачал головой:
— Тот же самый результат. Тут либо вы поддаетесь природному зову, либо пробуждаете в себе человека.
— И как это сделать? — спрашивала, не ожидая ничего хорошего. И мастер Эл оправдал мои ожидания:
— Этого никто не знает, — он протянул мне склянку, — выпейте, чуток посидите и можете ступать с госпожой Вирджинией, до полуночи поможет вам держать сущность под контролем, — он принялся паковать свои склянки в сумки. — И да, повязку с грязью, — он указал на мою забинтованную руку, — перед сном лучше сменить.