Чтение онлайн

Глава шестнадцатая. Похищение

Глава шестнадцатая. Похищение

— Ты в таком виде собираешься вернуться к гостям? — послышался спокойный и насмешливый голос.

— Да, а что? — удивилась я. — Что не так с моим видом? Если вы про ногу, то ее под юбкой не видно!

Я уже встала, проверяя, можно ли наступать на больную ногу или еще рано.

Обернувшись, я увидела, что наместник встал тоже. Он положил руку на мое плечо и дернул рукав. Кружево захрустело, а на пол поскакали бусинки. Они напоминали капельки дождя.

— Что вы делаете? — удивилась я, глядя на разорванный рукав.

— Извините, я случайно, — произнес наместник. — Я не хотел…

Он рванул второй рукав.

— Что вы? — ужаснулась я, пытаясь схватиться за платье. Мои глаза расширились от ужаса, когда я смотрела во что превращается платье.

— Простите великодушно, — заметил наместник, рванув корсет. — Мне очень жаль… Но вы же пойдете в таком виде на бал? Там… Простите, я не хотел!

Он разорвал подол моего платья, который я всеми силами пыталась спасти.

— Так много гостей, — продолжал наместник, глядя на меня с улыбкой.

Мне хотелось крикнуть: «Помогите! Где органы правопорядка?!», но я понимала, что высший орган правопорядка вершит произвол.

— Вы сошли с ума! — дернулась я, испугано прижимая к себе корсет с носками.

— Я? Сошел с ума? — послышалась насмешка. — О, нет. Я не сошел с ума!

— Вы так себя раньше не вели! — удивилась я, пытаясь спасти платье от растерзания.

— В таком виде ты никуда не пойдешь, — послышался голос. — Это неприлично.

Я чувствовала, как запах его духов обнимает меня.

— Там кот! — прошептала я, чувствуя, как меня берут на руки. — И сумка с письмами!

— Кот дорогу знает, — послышался голос, пока меня куда-то несли.

— Вы точно сошли с ума, — прошептала я, все еще не веря своим глазам.

— А кто в этом виноват? — послышался голос, а мы спускались по ступенькам к каретам.

— Карету! — услышала я приказ. И тут я увидела черную карету, которая стояла отдельно. Она была мрачной и слегка напоминала катафалк. Ну мне так показалось. Остальные кареты выглядели намного веселее.

— Куда вы меня везете? — ужаснулась я. Он точно не заболел?

— В таком виде я не позволю тебе появиться на балу. Это нарушение общественного правопорядка, — послышался голос, когда меня посадили в карету. — Разгуливать по улицам в таком виде я тоже не позволю. Это нарушение общественного правопорядка!

— Трогай, — послышался голос наместника, а он сел в карету, пока кучер закрывал дверь. Кони дернулись, и карета понеслась мимо чужих карет.

— В свете твоей изобретательности, мне спокойней всегда знать, где ты находишься, — послышался голос, когда я прильнула к окну. — А находиться ты будешь у меня дома. Где ванная и спальня ты уже знаешь. Остальное выучишь.

— Вы меня похитили? — ужаснулась я, пытаясь открыть дверь кареты.

— Можно сказать и так, — произнес спокойный голос наместника.

Я высунулась в окно почти по пояс, видя, как исчезает роскошный дворец, сверкающий нарядными огнями.

— Кот! — крикнула я, видя, как за ним бежит кот и тащит сумку. — Кота забыли!

Я мельком взглянула на непроницаемое лицо наместника.

— Ну вы как хотите, — возмутилась я. — Может, у вас принято друзей бросать! Но у меня нет! Вы, как хотите, но я выйду!

— Гони быстрее! — отдал приказ наместник. Карета понеслась на огромной скорости.

Я рванула вызолоченную ручку, но в этот момент карета резко повернула. Я поняла, что просто вылетаю из кареты на этом крутом повороте.

В последний момент, я почувствовала, как меня силой втаскивают в карету, резко закрывая дверь.

Сердце еще колотилось от того опасного маневра. Я все еще не могла поверить, как так получилось. Но больше всего я не могла поверить в то, что меня сейчас обнимают, прижимая к себе, и держат запястья моих рук, словно в наручниках.

— Вот так, значит, вы поступаете с друзьями, — прошептала я, все еще отходя от пережитого. Не каждый день пытаешься в жизни повторить то, что видела на экране с надписью: «Не пытайтесь повторить в реальной жизни!».

— А как же кот?! — задохнулась я, снова пытаясь дернуться. Меня еще сильнее прижимая к себе.

— Кот знает адрес. Если что, я пришлю ему письмо, — послышался усмешка.

Внезапно карета остановилась.

— Прошу, — послышался голос, когда я попыталась выйти сама с другой стороны. Но дверь была закрыта. И я с досадой скрестила руки на груди, протестуя против произвола.

— Ах, я забыл! — послышался голос, когда я пыталась на всякий случай еще раз проверить, а точно ли не открывается вторая дверь кареты?

— А! — пискнула я, чувствуя, как меня сгребают в охапку вместе с платьем и выносят ногами вперед.

— Зачем вы все это делаете? — прошептала я, глядя на кучера. Тот смотрел на нас таким взглядом, словно в будущем выделит целую страницу посмертных мемуаров.

Меня несли в сторону дома. «Схватил и не церемонясь отнес в свою пещеру!», — пронеслось в голове. Я вспомнила передачу про «Особенности конфетно-букетный период первобытных людей». Дубиночно-мамонтовный период обычно не растягивался.

— Я вам нравлюсь, — послышался вопрос.

— Откуда вы знаете? Вот в данный момент вы меня пугаете! — возмутилась я, чувствуя себя букетом цветов. Правда, вместо букета торчали две грязные ноги. Зато пышные многослойные юбки действительно напоминали целлофанчик и бумагу.

— Я не первое столетие знаком с людьми, — послышался ответ. — Значит, нравлюсь. Вы меня плохо знаете.

Дверь открылась, чтобы тут же закрыться.

Меня молча несли по знакомой лестнице куда-то наверх. Дверь кабинета, в который я однажды уже вошла с письмом для маркиза, открылась, а меня погрузили в кресло.

— И как это называется? — удивилась я.

— Это называется, я вас ненавижу, — послышался голос, в котором отчетливо прозвучала улыбка. — Настолько, что я не могу работать. И все по вашей вине.

— По моей? — удивилась я, пряча, как неправильный страус ноги под кресло. Интересно, как там кот?

— А по чьей же? — послышался удивленный голос. — Я что ли бегаю по вашему сараю в одном полотенце? Я что ли тайком пробираюсь в чужие постели?

— Извините, но вы сами вынудили меня! — заметила я. — Вы могли бы согласиться прочитать это письмо сразу! И тогда…