Чтение онлайн

Я подхожу ближе, и сердце моё разбивается на тысячу миллиардов частей — предо мной предстают отметины, день за днём, в которых нет меня.

"Первый день без дочи", "съездить к Михаилу, купить цветы в палату", "состояние стабильно, кома", "убирают бинты, встреча с хирургом в 15:00"…

Рука сама собой прикрывает рот, и я издаю в неё глухой вой. Сажусь, или, скорее, падаю камнем рядом с папой, кладу свою руку на его колено и не могу сдержать слёз.

Как же так вышло, что я оставила его? Не подумала о том, что могу разбить ему сердце? Причинить огромную боль?

— Прости, пап, прости. Я вернусь, честно, меня так просто не убить. Я здесь, видишь меня, чувствуешь? Я знаю, ты сейчас безумно одинок, но, пожалуйста, потерпи, ради нас обоих. Я вернусь, папуль, слышишь?

***

Я почувствовала, как чьи-то холодные руки коснулись и крепко сжали мои плечи, я же громко закричала.

— Спокойно, Елена, это я, слышишь? — Аверил сидел на моей кровати и уже крепко меня обнимал. Или это я позволила себе такую роскошь, как объятия Короля, прижавшись к нему. Но парень не возникал. Лишь молча поглаживал меня по спине и слегка качал.

Некоторое время спустя, когда я уже успокоилась, прислушиваясь к бешеному ритму сердца Его Величества, брюнет сказал:

— Тебе снился страшный сон? Кто тебя так напугал? Почему плакала?

Говорить про убитого горем отца я не хотела, потому, отстранившись от Аверила, вытерла слёзы и тихо шепнула:

— Снился дом, вот и всё.

Король молча кивнул. Затем произнёс уже более спокойно:

— Иди, умойся, а затем пошли ужинать.

— Ужинать? Неужели я так долго спала?

— Ты спала три дня, Лена, но всё уже хорошо, — и на этих словах мой кончик языка как будто что-то сжало. Не знаю, что это было за чувство такое, то ли магия разыгралась, то ли галлюцинации от голода начались, но слова Короля показались мне не чисты. Неужели я распознала его ложь? Вот так сразу? Что этот Эрн мне такое дал?!

Но не важно. Сейчас я уже поднялась и направляюсь в так называемую ванную — просто маленькая комната, размером метр на два, где стоит лишь раковина и зеркало над ней.

Я умылась и, крепко вцепившись за бока стеклянной ёмкости, нашла в себе силы заглянуть в предмет, отражающий меня. Проклятое зеркало, не иначе. С ним всегда ютились мои кошмары, моя боль и ненависть. И сейчас, глядя на эту прекрасную физиономию, о которой я так всегда мечтала, я впервые поняла, что хочу увидеть себя настоящую. Зачем? Не знаю. Возможно, чтобы вместе с ней увидеть и то хорошее прошлое, по сравнению с этим настоящим, в котором я когда-то прибывала. Вспомнить счастливое лицо отца, каждый раз который уговаривал меня поесть или смеялся над моими шутками. Я хочу увидеть себя настоящую, без этой фальши, до неё у меня уже нет дела.

Я виновата во всём. И Никита сейчас страдает из-за меня и по мне. Значит, кома, так? Ну, это ещё полбеды. Нужно в замок и срочно, а на себя мне уже плевать — отыщу по-быстрому невесту, проведём брачный ритуал и я свободна. А где свобода — там спокойная жизнь, там радостное лицо отца и моё, новое.

Очнулась я от мыслей на моменте, когда моя правая рука уже была занесена вверх и готовая разбить очередную стеклянную жертву на кусочки. Но я остановилась, смогла! Опустила дрожащую руку, сжала ту в кулак. Заглянула ещё раз в зеркало и, на удивление самой, впервые не улыбнулась красивому личику.

Внешность, как я когда-то говорила самой себе, — не главное. Важно, что под оболочкой. Что в этой черепной коробке и в этом сердце. Откуда и куда ведёт меня моя дорожка — вот, что главное. Не внешность.

— Лена, там всё нормально? Тебе помочь? — голос Аверила, настоящий голос, звучал снисходительно, в нём прослеживалась некая забота. Странно. С чем это вязалось? С моей раной или убитым состоянием? И с тем и с тем одновременно?

— Выхожу, — почти шепчу я и отворачиваюсь от новой себя. Слишком много жертв было возложено ради этой оболочки. И пойти на очередную я была не готова.

***

Только выйдя из "ванны" я заметила, что больше не парю над землёй и Королю не нужно меня держать. Значит, Эрн смог разрушить как-то чары Морица. Но это и пугало. Если так всё и было, то, вероятнее всего, ученик зельевара уже доложил всё самому зельевару и нас сожгут к чёрт…

А, стоп.

— Сколько дней, ты говоришь, я спала? — обращаюсь к Аверилу, стоящему у двери на выходе спальни.

— Около трёх дней.

— И нас за это время не раскрыли?

— Доррону мы стали не интересны, когда он так и не мог разрушить… твои чары. Даже когда ты спала. Ты… молодец, Лана.

Меня это удивило и обрадовало. Правда, если оценить моё состояние, мне всё равно было хуже. Намного, чем три дня назад. Эти все чары отнимали у меня не только физические силы, но и духовные. Я прямо чувствовала, как некая цепь вытаскивает из меня понемногу, час за часом, самую главную деталь. Магическую, бьющуюся, словно сердце, внутри меня.

— Вся одежда в этом шкафу. Оденешься и спустишься вниз. Мы будем ждать тебя там.

И Его Величество покинул мои опочивальни.

Разглядеть мне их удалось позже, но понять, в чьём конкретно доме я нахожусь — я не смогла.

Комната была тёмной и закруглённой, пахло древесиной. Односпальная кровать, напротив неё, справа от входа, шкаф. Каменный, что увидительно.

Посередине комнаты красивыми узорами расползался ковёр, ступив на который, я сразу же ощутила блаженство — до того он был мягок и слегка прохладен.

Ещё передо мной раскрывалось окно — небольшое, но мне хватило места, чтобы оценить взглядом весь периметр деревни. Уже стоял вечер, но воздух не был наполнен спокойствием и умиротворением. Деревня жила своей жизнью.

Меня поселили на второй этаж, в одном из домов, цепляющих в кольцо площадь. На ней я увидела рынок, множество разных существ, включая и людей с эльфийскими ушами.

Торговцы громко смеялись, призывали народ к покупке своего товара и о чём-то перешёптывались. В один из моментов один мужчина кинул слегка напуганный взгляд в мою сторону и напуган был далее ещё сильнее — наши взгляды пересеклись.

Я быстро юркнула на пол. Видимо, эти существа с простых земель не особо жалуют чужаков. Надеюсь, бунт не устроят и дом не подожгут, да и на костёр, упаси Боже, не направят.

Не заставляя ждать меня других, я быстро открыла шкаф, схватила первое попавшееся (а выбор там был огромен!) и, переодевшись, побежала вниз.

Меня встретили с улыбками. Благо, лица встречающих я уже знала: Милн, Магоша, Аверил (он единственный, кто не обратил на моё появление внимания) и… ЭРН?

Я заикнулась, пытаясь понять, что происходит. Вот эльф недавно совсем говорит, что у него Магоша — единственный ребёнок, а вот этот мужичок уже сидит в окружение и сына, и дочери и не находит куда можно деть своё счастье.