Чтение онлайн

Следом за семьями с поздравлениями подступают архивампиры...

Сюрпризы на этой свадьбе ждут не только Арена, но и меня: традиционное развлекательное представление на свадьбе Аранских — история возникновения их рода. На нашей свадьбе иллюзионисты показывают битву с Безымянным ужасом.

На мой взгляд со стороны это выглядит жутко. В смысле — мы получаемся какими-то слишком уж страшными в боевом раже. Родители у меня бледнеют до зеленоватых оттенков, дергаются в самых страшных местах и косятся на меня уж очень выразительно. «На брачные недели?» — сразу предлагает Арен, но я только локтем его под ребра поддеваю. Костя нервно покусывает костяшки пальцев. Похоже, больше он не станет меня подкалывать или Годзиллой называть. Некоторые из гостей — побывавшие там или потерявшие родных — тяжко вздыхают. Остальные за развернувшимся над парковой стеной действом наблюдают с живым интересом и восторженно ахают на наших атаках или охают, когда удары приходятся по объединенной армии. Повелитель что-то громко вещает со своей стороны гостей и хлопает сопровождающих его демонов по плечам.

Зато когда представление заканчивается, и дворец с парком накрывает иллюзорный купол из цветочных арок, становится легко и радостно, все выдыхают с облегчением, и еда, вино после такого представления в тысячу раз вкуснее, а музыка приятнее. Папа еще раз подходит и просто молча меня обнимает. Передает мою руку Арену. Самое время — нам пора открывать танцы.

На освободившуюся каменную площадку мы ступаем под музыку вроде вальса. Чувствуя Арена продолжением своего тела, танцевать легко, как дышать. Волшебный шлейф легко скользит за мной, не мешая кружиться. Несколько мгновений я еще пытаюсь различать лица гостей, но почти сразу сосредотачиваюсь на сияющих глазах Арена. Мы скользим, будто подхваченные музыкой, и весь мир отступает, оставив нас наедине.

«Даже в битве ты была великолепна, моя драконица».

«Ты тоже был неподражаем, я окончательно поняла, что никуда от тебя не убегу».

Улыбнувшись, Арен обнимает меня за талию и кружит, а я наконец замечаю остальных гостей, тоже танцующих, улыбающихся, флиртующих друг с другом.

Чем дальше, тем веселее становятся гости. И каждому находится развлечение по душе: кто-то наблюдает за гонками на хорнордах, а кто-то даже участвует. Элоранарр там бессменный наездник, а Пушиночка — его верная болельщица. Повелитель вовсе пытается тотализатор устроить.

Вильгетта с Бальтаром, Иссена с Геринхом, Диора с Эрршамом дедуля с женой с танцевальной площадки почти не сходят. Даже профессора порой заглядывают подвигаться, особенным успехом пользуется Иморана. Порой выходят станцевать Тарлон с Элидой. А вот Ника с Валарионом куда-то запропастились.

Драконы соревнуются на скорость взлета и приземления: стартуют с отдельной лужайки, ловят зубами висящие в воздухе кольца и возвращаются на землю. В это состязание влезают и Шарон Фламир с ректором Дегоном Фламиром. Молодой глава рода бросает на бородатого сородича гневные взгляды, огрызается на что-то говорящую ему Изольду, и та отходит к его сыновьям — Тавегрину и Иверрену. Гости перешептываются, на предстоящее состязание старого ректора и женатого главы рода Фламир собирается больше зрителей, чем на предыдущее, где красовались молодые и свободные драконы.

Дегон и Шарон встают на расстоянии друг от друга, на счет «Три!» перекидываются и взмывают вверх.

Дегон крупнее, поэтому по логике должен взлетать медленнее, но он отталкивается хвостом, и под крыльями у него взрываются огненные шары, мигом подбросив его выше Шарона. Тот, предчувствуя поражение, резко дергает крылом вбок, пытаясь зацепить морду соперника, но Дегон ловко уходит в сторону, хватает свое кольцо и камнем падает вниз. Шарон с кольцом приземляется секунд на пять позже, сплевывает кольцо в едва успевшую отскочить толпу, превращается в человека и, задрав нос, уходит прочь. Обратившийся в человека Дегон, легко подбрасывая и ловя огромное кольцо, только усмехается.

Маги иллюзий соревнуются в правдоподобности своих иллюзий, и над дворцом порой растекается чернота звездного неба или пурпур восхода. Эльфы милостиво разрешают гостям пообщаться со своими живыми деревьями. Это даже папу моего пронимает, он подходит посмотреть на чудо магической природы.

За пределами парка состязаются в стрельбе. До меня доносятся едкие комментарии Пронзающего, зависшего вместе со связанным с ним спящим Хаосом над тиром.

Маги земли развлекаются состязанием по выращиванию цветов, огненные — скоростным испепелением деревянных болванчиков, водяные играют с родниками, а маги ветра гоняют в небе змеев и, кажется, временами подстегивают ветром взлетающих на скорость драконов. За стихийниками с высоты наблюдает Рассекающая. А двуручник Арена так и висит над телепортационной площадкой, будто охраняет.

А те, кому не нашлось развлечений ни в этом, ни за игровыми столами, занимаются политикой. Особенно достается демонам — их прямо осадили со всех сторон. И если семья Арена там к месту, то что рядом с ними делает Тарлон, да еще с таким воодушевленным видом? И пока он влезает в разговоры с демонами, Элида присаживается рядом с Флосами, сидит с пирожным, будто перекусывает, но видно, что она прислушивается к их разговору. Хоть подходи и знакомь их, чтобы поговорили. Но пусть все идет своим чередом.

Арен опять приглашает меня на танец. Взгляд золотистых глаз все задумчивее, и кожа Арена все горячее от мыслей о предстоящих брачных неделях.

— Арен, потерпи немного, — прошу я. — Мне еще с папой потанцевать хочется. И с дедулей. И букет бросать...

— Меня спасает только мысль, что потом целых двадцать дней ты будешь моя и только моя, р-р-р, — наклонившись, Арен прикусывает меня за шею.

Стараясь сохранить здравость мыслей, смотрю по сторонам. Тарлон уже что-то нашептывает Вейре, и та направляется к делегации демонов, приглашает одного человекоподобного с фиолетовыми рогами на танец.

Заметив мой взгляд, Тарлон показывает поднятый вверх большой палец и подмигивает. Мало ему Эерана, уже на Нарак целится.

Арен снова прикусывает меня за шею, и мысль о том, что Тарлона надо придержать, улетает куда-то далеко.

Заставлять Арена ждать до вечера было бы кощунством, так что вечер нам создают иллюзионисты, просто накрыв парк куполом ночного неба. Тысячи мелких фонариков загораются в сумрачном саду, подсвечивают цветы. И опять я наслаждаюсь восторгом Арена, улыбаюсь. Он обнимает меня, оглядывается по сторонам, и когда подходит папа и просит меня на танец, медлит, не желая выпускать из цепких драконьих лапок.

«Арен, пожалуйста», — мягко прошу я и передаю его руку подошедшей Ланабет.

Папа увлекает меня в кружение вальса. Долго молчит, потерянно разглядывая лицо. Из-за набитых в одежду кристаллов на ощупь он кажется каменным.

— Нет, я не верю, что все это происходит на самом деле, — произносит папа, и мы проскальзываем мимо танцующего с мамой Арена.

— Но это происходит.

— Невероятно. — Папа оглядывается по сторонам. — Просто невероятно, что это все существует. Может, я просто брежу? Вон тот вампир очень похож на мужчину, с которым я однажды ехал в одном плацкарте. А ведь не может быть, чтобы я ехал в поезде с вампиром.

Оглядываюсь: Санаду что-то говорит Геринху, а тот кивает.

— Если ты об архивампире, который говорит с желтоглазым парнем, то вполне мог: он некоторое время жил на Земле.

— А... — папа несколько мгновений танцует с приоткрытым ртом. Кивает. Склоняет голову. — В принципе, логично: если есть возможность путешествовать между мирами, кто-то путешествует.

— Верно.

Мелодия постепенно сходит на нет. Остановившись, папа целует меня в лоб.

— Будь счастлива, Лерочка.