Чтение онлайн

В чем же дело? В короле?

Она его так любила, что эта любовь до сих пор живет в жилах, я ее чувствую так остро, что порой даже забываю, кому она принадлежит. И это опасно. Надо гнать это прочь от себя.

Задумавшись, даже не сразу замечаю суету на каменной дорожке у сада.

— Ровнее! — командует девица в пышном бирюзовом платье и свысока глядит на прислугу у ее ног.

Я бы сказала, что эта брюнетка очень мила личиком, вот только взгляд у нее такой, что лишь одно слово приходит на ум: стерва. Очень красивая стерва.

Кто она? Разве у короля есть младшие сестры?

— Еще ровнее! — командует брюнетка, и я лишь сейчас понимаю, что именно делает у ее ног несчастная служанка.

Она вытаскивает голыми сбитыми пальцами тяжелые камни дорожки и вновь укладывает их. Один за другим. Глаза ее блестят от слез, пальцы уже в крови, но возразить не смеет.

— Злыдня, — слышу шепот за спиной и натыкаюсь на тех самых мальчишек, что недавно чуть не сбили меня с ног.

— Псс, — подзываю их. — Что тут происходит?

— Мирта споткнулась и уронила кувшин с водой. Туфли дочке министра забрызгала парой капель, вот та и заставляет ее делать дорогу ровной.

Чего?!

Я тут за два года бесправной жизни ко многому привыкла, но это…. Из-за пары капель воды так издеваться над девочкой?! Эта министерская дочка вообще человек?!

Берет такая ярость, что задыхаюсь….

Тихо, Аня, не забывай, что это не твой мир. Тут другие правила.

— Что, дорожка ровная? — задирает нос еще выше министерская дочка, когда несчастная девчушка едва может шевелить дрожащими пальцами.

Боги, да этой девочке лет пятнадцать от силы. Как можно так мучить ребенка?

— Да, Ваша Светлость.

— Значит, дело не в ней, а в твоих дырявых руках? — выдает нахалка и в следующую секунду опускает свой каблук прямо на руку несчастной девчонке. Да с такой силой, что та вскрикивает.

Боги!

— Что вы делаете?! — выскакиваю я, не успев даже подумать.

Черт! Гоблины! Отец меня убьет если узнает, что я вмешалась, но это просто невозможно! Невыносимо стоять в стороне.

— Что? Ты это мне? — стреляет в меня серыми глазами красотка…. Я попала.

— Что? Ты это мне? — стреляет в меня серыми глазами красотка….

— Смеешь мне хамить, заступаясь за простолюдинку? — выкатываются от возмущения глаза брюнетки. Блестят так, что я уже слышу в мыслях, как по мне проходятся розги.

Боги, как поступить?

— Что вы госпожа, — выдавливаю из себя улыбку, когда хочется попросту сломать этой хамке ту самую ногу, которой она только что чуть не раздавила пальцы служанке. — Ни в коем случае. Как такая, как я, посмела бы вам перечить? Я лишь беспокоюсь о том, что вы испачкаете свою обувь, Ваша Светлость. Позвольте мне наказать эту неумеху для вас.

— Тебе? — изгибается черная бровь, а надменный взгляд оценивающе проходится по моему платью. Видит, что я слуга высшего ранга и по идее имею власть над низшими слугами.

— А кто тебе вообще право давал вмешиваться? Думаешь, тебе сойдет это хамство с рук? Я вас обеих накажу! — фыркает дамочка, но все же убирает свою проклятую туфлю с руки несчастной девочки, что все это время закусывает губы, чтобы не взвыть от боли.

Злыдня задирает нос, и стрельнув в меня угрожающим взглядом, уходит прочь. А я тот час кидаюсь к девочке.

— О боги! — смотрю на нее окровавленные пальцы. Они ведь не поломаны?

Нет. Но сухожилия… Черт!

Как же ей больно....

— Идем со мной. Скорее. Это нужно срочно залечить.

Со всех ног спешу в лекарню, и вновь ловлю негодующие взгляды местных мужчин. Тьфу! Будто только у них есть мозги для врачевания. Ладно, сейчас не об этом.

Скорее завожу девушку в кабинеты отца, чтобы меньше глазели.

— Садись. Потерпи немного. Я мигом, — говорю несчастной, которая так корчится от боли, что даже не понимает, куда я ее притащила.

Где же обеззараживающие травы?

Вот! Наспех толчу корешки в ступе. Если все сделать вовремя, то девочка сможет двигать пальцами. А если применить еще и компресс после, то и шрамов не останется.

— Анна? — хмурится отец, замечая мою суету и несчастную девочку. — Что ты делаешь? Зачем ты привела сюда служанку?

— Разве ты не видите? У нее рука серьезно ранена. — выдаю ему, не отвлекаясь от дела и надеюсь, что он мне поможет, как делал всегда.

Но отец почему-то застывает как камень.

— Анна, — хмурится он и тотчас хочет останавить меня. — Мы не можем лечить здесь слуг!

— Что?

— Это королевская лекарня. И лечат тут только Его Величество и благородных господ, приближенных к нему. Никак не слуг. Немедленно уведи ее отсюда! — выдает отец, и я впадаю в ступор от шока и негодования.

То есть как это? Нельзя лечить здесь девочку только потому, что она служанка? Что за бред? Я не ослышалась?

Судя по давящему взгляду отца, нет.

— Я не могу. Если ей не оказать помощь вовремя, то она не сможет шевелить нормально пальцами! — пытаюсь объяснить ему, но он…

Он даже слушать не хочет. Стоит на своем, а я....

Боги, я никогда не пойму этот мир.

Плевать! Не хотят помогать, пусть хоть не мешают.

— Анна. Остановись! Тебя могут наказать. — вновь взывает отец, когда я, невзирая на его приказ, вновь толчу травы.

— И пусть. Я устала всего бояться. — выдаю я, хватаю ступку и кувшин и спешу к девочке.

— Потерпи, — очень прошу ее и обливаю руку теплой водой. Она щурится и взвывает от боли. Я сейчас! Я мигом!

— Остановись! — оттягивает меня отец в столь важный момент.

Но как тут послушаться, когда девочке больно.

Вырываюсь и прикладываю компресс к ранам. Должно обезболить и заживить. Но этого мало. Нужна повязка.

— Глупая, что же ты творишь? Ты хоть понимаешь, что нарушаешь закон?! — вновь хватает меня отец и встряхивает за плечи как куклу, чтобы у нее в голове все шестеренки на место встали.

Только вот сейчас я не могу ему подчиниться. Я должна ей помочь....

— Да что за закон такой? Нужно молча смотреть, как у нее отнимается рука, когда здесь есть все, чтобы это предотвратить?! Кто только придумал эти тупые правила?! — шиплю я в гневе и что есть силы вырываюсь из хватки и лечу к девочке, но застываю, когда вижу на пороге…. короля.