Чтение онлайн

— О! Тебе понравится. Эмилий был весьма специфичным владеющим. Таких называют малефиками. Он был служкой в монастыре Гесты, покровительницы темной магии. Ну и, судя по всему, украл в монастыре знания. Подглядывал, а может и священные свитки спер. Та магия, которую он использовал, в основном считается женской. Так. О чем я? Малефик. Он практиковал проклятия, привороты, манипуляции с душами… В общем его профиль идеально подходит к твоему плану. Я большую часть из его заклятий никогда не применял, а о части даже не слышал, но понять примерно, что они делают, вполне способен.

— То есть моя придумка может быть и правдой? Интересно. Спасибо, Гней. Сама Богиня привела меня к тебе сегодня. — добавил я автоматически.

— Вполне возможно. По крайней мере, его колдовской арсенал позволяет сделать то, о чем ты говоришь, Максимус. А записи послужат еще одним доказательством.

— Это, конечно, не решает проблемы моих отношений с Еленой… Но направление теперь понятно.

— А что с твоими отношениями, если мне позволено задать такой вопрос?

— Их нет. Она меня ненавидит и считает чудовищем. Я, зная, что это правда, ничего, кроме развода, придумать не могу.

— А зачем тебе развод? Какая причина? Это оскорбит ее род не меньше, чем облыжное признание безумной, насколько я понимаю. Не самое разумное решение.

— Да. Но мы не можем быть мужем и женой, после всего, что было. Я над ней издевался. Она пыталась меня убить. Не самое лучшее основание для будущей счастливой семейной жизни, знаешь ли.

— Половина семей в империи так живут. Разве что жены благородных патрициев только планируют убийство. Второй попытки им обычно не дают.

— Я так не хочу. Мне это не нужно!

— Хм. В общем-то, наследство Эмилия может помочь и в этом, патриций. Один из его ритуалов называется «Вода забвения». Насколько я знаю, он стирает память. Если твоя супруга не будет помнить твое свинское поведение, у нее не будет причин тебя ненавидеть. Ну, если только ты снова не начнешь.

— И ты можешь провести этот ритуал?

— Нет. — и, видя, как я дернулся, он добавил, — но ты сможешь. Месяца через два постоянных занятий и развития пневмы. С моей помощью, но сможешь.

Мы оба замолчали. Я обдумывал ситуацию, а он просто ждал моей реакции. Чем больше я думал, тем больше понимал, — все складывалось почти идеально. Даже подозрительно. С другой стороны, на Гнея указало гадание Кассандры. Может, весь этот тетрис неспроста?

Кассандра. Это еще одна проблема. С ней я так откровенно поговорить не смогу. Придется придумывать какие-то правдоподобные отговорки. А то с нее станется самой Елену зарезать. Я ее, конечно, после этого минимум отошлю в монастырь, а максимум казню. Но ситуации это не исправит.

Я встал с неудобного табурета и обратился к Гнею:

— Идем. Посмотри Елену сейчас. Мне надо знать, от чего отталкиваться.

Мы вышли из комнаты, я кивнул охранникам у двери Елены, чтобы они нас пропустили. Она вскинулась на звук открываемой двери. Лицу слегка покраснело и опухло. Рыдала, видимо. Но других следов переживаний видно не было. Она отлично умела «держать маску». Смотрела она на нас с высокомерием патрицианки, к которой заявились с улицы двое голоногих.

— С чем пожаловали, господа, — холодно спросила она. — Будет лучше, если вы оставите меня в одиночестве.

— Будет лучше, если мы все сделаем быстро, не тратя времени на пустые светские беседы. — В тон ей ответил я. — После чего мы с Гнеем оставим тебя в одиночестве, как ты и хотела. Это Гней Констриктор. Владеющий и мой клиент. Ему нужно кое-что проверить.

— Прошу госпожу сесть на табурет. — Понизив голос, хрипло сказал Гней.

Она вздернула подбородок, глядя на нас с нескрываемым презрением. Только где-то в глубине карих глаз таилась опаска. Я вздохнул.

— Елена. Пожалуйста, не усложняй. Мы просто хотим убедиться, что на тебе нет следов враждебной магии.

— Хорошо. — Она царственно кивнула, спутанная грива волос на секунду закрыла лицо. — Я дозволяю вам меня осмотреть. Надеюсь, ты не станешь меня раздевать перед своим уродливым дружком.

Я поморщился. Был и такой эпизод в череде издевательств Максимуса над женой. Как бы она могла нам помешать, если бы даже захотела? Но девчонка прямо молодец. Держится в дикой совершенно ситуации. Ни истерики, ни паники. Гвозди бы делать. Вышло бы полкило гвоздей минимум.

Она пересела с постели на квадратную банкетку, которую сюда доставили, скорее всего, из ее портшеза.

Гней пошел к ней, внимательно осматривая. Затем он закрыл глаза, и я почувствовал, как слабые токи эфира пришли в движение. Гней несколько раз перемещался по комнате, что-то бормоча под нос. Наконец, он закончил процедуру. И сказал:

— Благодарю за терпение, госпожа. Я удалюсь с вашего соизволения, по своим уродливым делам. — Он поклонился Елене и направился к двери.

— Что ты понял, старик? — бросила она ему в спину. — Я хочу знать!

Гней остановился, повернулся к ней, склонил голову и спокойно ответил:

— Я служу вашему мужу, госпожа. Ему и доложу о результатах исследования. А он, если сочтет необходимым, расскажет все вам. — После чего снова развернулся и покинул комнату, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Когда мы остались одни, я начал второй на сегодня непростой разговор с супругой:

— У нас есть подозрения, что тебя околдовали. Это нисколько не извиняет меня. Но, возможно, выводит тебя из-под удара. Гней мне доложит, и я тебе расскажу, что узнаю. Я готов обеспечить тебе забвение. Но у меня есть ряд условий.

— Это каких же. — Стараясь не показывать интереса, небрежно вопросила Елена.

— Я попробую все уладить, так чтобы не пострадала честь моей и твоей семьи. Ты же до суда с Мутато не будешь пытаться совершить самоубийство или сбежать. Будешь публично вести себя со мной вежливо и ровно. И с моими людьми тоже. Поговоришь с моим юристом и выполнишь его рекомендации. Взамен обещаю не тревожить тебя сверх необходимого, никогда больше не поднимать на тебя руку и не повышать на тебя голос. Я вообще больше к тебе не прикоснусь. Ну как?

Она думала несколько минут. Я уже думал, что Елена так объявила мне молчаливый бойкот, и собирался уходить, но, наконец, она разродилась:

— Это честные условия, Доримед. Признаю, с твоим родовым имуществом я совершила ошибку. Я принимаю твое предложение. Клянусь Богиней! — Эфир в комнате пришел в движение, я спиной ощутил потусторонний взгляд. — Но если ты нарушишь свои обещания, договор будет разорван, так и знай.

— Клянусь Богиней, я выполню свою часть договора. — Ответил я в том же высокопарном ключе.