Чтение онлайн

***

В себя я пришла только в домике управляющего.

Выпила три чашки горячего чая, крепко обожгла язык, но трясти меня перестало. А уж когда в дверь влетели братики с детьми наперевес, меня и вообще отпустило. Я сгребла всех в охапку и от души разревелась.

– Родные вы моиииии!

Родные слаженно засопели, но вырываться не стали. И в ответ обняли меня.

Вот и хорошо. Все живы, все рядом, что еще надо для счастья? Да ничего! Вдохнуть, выдохнуть и расслабиться. Мы справились.

Еще один этап пройден. А кто там в столице на меня зубы оскалил - я еще разберусь. В столице тоже змеи водятся.

И не только в переносном смысле, вот!

***

Поздно ночью я проснулась от странного ощущения.

Что-то острое мне щекотало нос. Не поняла?

Глаза я открыла. А вот каким чудом не заорала - не знаю и по сей день.

У меня на груди свернулась средних размеров змея, которая душевно щекотала мне нос кончиком хвоста. Кажется, гадюка.

Ёжь твою рожь!

Больше у меня ни слов, ни эмоций не было. Вот просто - никаких! Горло перехватило так, что я даже вздохнуть пару минут не могла. Змея забеспокоилась, когда я начала синеть и вежливо так потрепала меня хвостом по щечке. Мол, ты чего?

Воздух ломанулся обратно в легкие.

Я чертыхнулась, закашлялась и зарылась носом в подушку, уже окончательно наплевав на гадюку. Кусать меня она точно не будет, давно бы укусила, если бы хотела, а вот если я детей разбужу...

Пусть лучше кусает!

Если кто не в курсе, чтобы укачать разбуженного ребенка, требуется от часа времени. От - это до суток. Случались прецеденты, хотя и не у меня.

Когда я профыркавшись, выглянула наружу из подушек, дети спали. А змея лежала рядом с таким видом...

Мне стало стыдно за себя и за человечество.

– И чего тебе надо, пресмыкающееся?

Гадюка отлично поняла вопрос. И сползла с кровати. Проползла к двери, оглянулась, явно подзывая меня к себе...

Ну, ладно!

Где там моя шаль?

Я замоталась так, что наружу только нос торчал, сунула ноги в домашние туфельки и вышла из комнаты.

Залитый лунным светом поселок больше всего походил на город-призрак. Когда-то здесь была жизнь, но потом люди ушли, и жизнь ушла, и только здания оплакивают свою кончину, и ветер заносит их пылью веков, оседающей на оскалах дверей и окон...

Страшно не было.

Змея целеустремленно ползла куда-то к окраине, и я шла за ней. Пока из лунного света не соткалась мужская фигура.

– Кто вы?

– Кто ты?

Мы спросили это одновременно, переглянулись, и я махнула рукой.

– Мария Ивановна Храмова. Дворянка. А вы?

– Ташшаралдан эн Шшарраласс.

Дальше представляться не потребовалось.

– Аншшшшаранита эн Шшарраласс - ваша сестра?

– Да, - кивнул второй увиденный мной ссарешесс.
– Она моя сестра. Что с ней?

Я помялась, а потом сказала что могла.

– Она мертва.

– Я чувствовал ее кровь?

– Все верно. Она поделилась со мной кровью.

Каким-то гипнозом эти гады, наверняка, владеют. Общалась я с полозом так спокойно, словно это в порядке вещей. Откровенно разговаривать с полозом, которого я видела первый раз в жизни посреди залитой лунным светом опушки...

– Вот как... расскажите мне о ее кончине.

Я вздохнула.

– Присядем? Это долгая история.

Ссарешесс не стал спорить. Он устроился на стволе дерева и посмотрел на меня. Я присела неподалеку, подобрав концы шали под себя, и принялась рассказывать.

Как я поехала в Лощинку.

Как встретилась с Нитой.

Что она мне рассказала, и как мы обменялись кровью.

Мужчина внимательно слушал. Я разглядывала его. Да, с человеком полоза не спутаешь при всем желании. Дело даже не в телосложении, хотя вот ей-ей, так и кажется, что ползать ему привычнее, чем ходить. Не в одежде, которая больше всего напоминает змеиную чешую. Не в глазах, которые так и сверкают вертикальными зрачками.

Что-то неуловимо чуждое... запах?

Манера двигаться?

Не знаю. Но общее впечатление - чужак, и опасный. Даже для меня.

– Что с ее ребенком?

– Жив, здоров, растет.

– Понятно...

– А мне пока ничего не понятно, - огрызнулась я.
– Почему вы раньше не помогли сестре? Где вы были? Что хотите сделать сейчас?

– Я не обязан отвечать на вопросы смертных.

– Во мне есть кровь вашей семьи.

Парень - вот не могла я его воспринимать, как взрослого и мудрого, пожал плечами.

– Я мог бы убить вас.

– И окончательно убить этим свою сестру. Да?

– Ты знаешь, о чем говоришь, смертная.

Знаю. Я такие случаи видела. И не такие видела, и похуже... всякое в жизни бывало.

– Так что вы мне можете сказать?

– А что ты хочешь узнать?

Я подумала, и выбрала самый простой вариант.

– Что ждет меня и Нила.

– Нила?

– Аншшшшаранита назвала его Нааршерессс. Я переделала на Нила, все же он живет среди людей.

– Как отца. Ничего не ждет.

Честно признаться, я выдохнула то ли с облегчением, то ли с досадой. И хочется, и колется...

– Вообще ничего?

– Смески с людьми нас не интересуют. Вы неполноценны.

– Нацисты, - фыркнула я. Но порадовалась.
– То есть вы нас трогать не будете?

– Нет.

– А сегодня это что было?

– Я следовал на зов родной крови. И вмешался, чтобы не потерять свой шанс узнать правду.

Я кивнула.

– Понятно. Что ж, можете радоваться, вы даже немного отомстили за сестру. Демидов был потомком того типа, который ее соблазнил и бросил.

– Сволочь.

– Сволочь. Причем потомственная, - подтвердила я.