Попасть - не напасть
Шрифт:
Ну не могу я!
Не умею!
На параплане летала, доводилось, но то машина, у нее мозгов нет. А у лошади - есть. И я ей тоже не нравлюсь. Вон как косит... точно, цапнуть хочет.
Лошади не кусаются?
Не кусаются только беззубые киты - у них зубов нет, им кусать нечем. А остальные очень даже могут тяпнуть.
Вот и знакомый поселок, домик управляющего...
И нехорошего вида личности, которые наставляют на нас ружья.
– Стоять! Руки вверх!
Так. Мой выход.
– Вы что, с ума сошли? Я - Мария Ивановна Храмова, хозяйка рудника! Какие руки!?
Мордовороты расплываются в улыбках.
– Простите, барыня, не признали. Только вас и ждем... лошадку позвольте?
Один ловко перехватывает мою лошадь под уздцы. Скотина косится лиловым глазом, но не дергается.
Второй так и продолжает держать под прицелом мою охрану.
– Опустите оружие!
– возмущаюсь я.
– Вконец охамели?!
Ругательства ничего не дают. Лошадь ведут под уздцы к домику управляющего. А там на пороге стоит и паскудно ухмыляется мой несостоявшийся жених.
– Мария Ивановна. Как я рад вас видеть!
– Сергей Владимирович. Вы еще живы? Какая неожиданность!
Моя улыбка по гадостности может сравниться только с улыбкой разговевшегося маньяка. Который лет двадцать сдерживался.
Такого приема Демидов не ожидал, и улыбка его слегка увяла.
– Я надеялся, что судьба еще пошлет нам встречу.
– Да, хорошо она послала, качественно и далеко, - я продолжала ухмыляться.
– А где мой управляющий?
– Здесь, конечно. Не буду же я своих людей увечить и калечить?
– А с какого перепуга мои люди вашими станут?
– Ну, Мария Ивановна...
И столько укоризны! Столько возмущения...
Вот как ребеночку объяснять, что это один пальчик, это второй пальчик, а всего их пять, чего уж проще!
Я даже головой покачала.
– Сергей Владимирович, я бы в вашем положении не на девушек заглядывалась, а на червячков.
– Червячков?
– И гробик присматривала поуютнее.
Демидов намек понял, и глаза его сверкнули злобой.
– Я еще вас переживу, Мария Ивановна.
Ответом ему была безмятежная улыбка.
– Поспорим?
Руки у мужчины сжались в кулаки. Эх, был бы у него наган, как у меня - точно бы пристрелил. Или хоть попробовал.
Да вот беда - нельзя. Трупы не размножаются. А детей-то хочется. И не только детей, похоже.
– Ладно, - поменяла я тон.
– Пошутили и хватит. Теперь о серьезном. Сергей Владимирович, так кто вас настолько не любит, что так подставил?
Демидов аж рот открыл.
– Откуда вы знаете?
– Письмо возьмите. От его превосходительства Благовещенского, Александра Викторовича.
Я кое-как сползла с лошади и вытащила из кармана платья письмо. Вручила его Демидову, и пока тот бараном смотрел на конверт, обошла его, как мебель. Кивнула управляющему.
– Что скажете, Иван Федорович?
Управляющий даже сразу и с ответом не нашелся. Чего бы он не ожидал от своих действий, сделала я явно что-то не то.
– В-ваше... Мария Ивановна?
– Мое, а то ж. У вас найдется чашка кофе?
Управляющий поцеловал мне руку и повел в дом. Кажется мне - или его глаза одобрительно блеснули?
***
Когда Демидов вошел в дом, мы уже пили кофе. Я с сахаром и сливками, управляющий - простой черный, кто как привык.
– Иван Федорович, так что там с каверной?
– Сергей Владимирович приказал...
– Насчет медного изумруда - тоже вранье?
– Нет, что вы! Чистая правда, Мария Ивановна. Да такое месторождение богатое!
– Вот видите, дела уже не так плохи. И взрыва не было?
– Не было, госпожа.
– Просто замечательно. Надеюсь, Сергей Владимирович не поскромничал, когда оплачивал письмо?
Управляющий настороженно посмотрел на меня, потом разглядел в моих глазах веселые искорки и расслабился.
– Никак нет, барыня. Не поскромничал.
Я улыбнулась во всю ширь.
– Ну, будем считать, пятьдесят процентов от премии он вам выплатил. Остальные за мной будут.
Управляющий поймал мою руку и поцеловал.
– Премного благодарен, Мария Ивановна.
Умничка.
Все он правильно понял. И я тоже все поняла правильно. А за верную службу и отблагодарить не грех.
Демидов смотрел на это злыми глазами. А потом направился к столу.
– Поухаживайте за будущим мужем, Мария Ивановна. Налейте мне кофе.
– Сергей Владимирович, я решила уйти в монастырь, - фыркнула я.
– Мужской. Банщицей.
Старая шуточка вызвала у мужчины ступор еще ненадолго. Я устроилась поудобнее, наплевав на все правила хорошего тона, и кивнула Демидову.
– Присаживайтесь, Сергей Владимирович и рассказывайте.
Демидов действительно сел за стол, потом опомнился и разозлился.
Положил на столешницу ладони, чуть приподнялся и уставился на меня немигающим змеиным взглядом. Да, раньше я бы его испугалась.
А сейчас...
Мной владело какое-то хмельное веселье. Как в компьютерной игрушке, когда проходишь уровни и рубишься с монстрами. Есть удар!
И еще!
А если помрешь - так сохраниться можно и начать все заново.
Здесь, правда, не сохранишься, но ощущения были примерно те же.
– Так кто вас скушать собрался, дорогой несостоявшийся супруг?
И я светски утащила с блюда вкуснющее безе. Крохотное, как раз сунуть в рот и не кусать, а то вечно с него крошки на платье сыплются.
Картинная поза Демидова прошла втуне. Я слишком наслаждалась пирожным. Обычно я себе такие радости обрезаю, и так фигуристая, но после долгой дороги, да плюс стресс...
Ладно!
Сладкое в малых дозах безвредно в любых количествах!
– Откуда вы знаете?
– Демидов поневоле заинтересовался. Слишком уж я ему все шаблоны обломала. Что должна делать приличная жертва?