Чтение онлайн

— Сержант Сивов, позвоните на берег, пусть передадут комиссару, что я жду его у себя в палатке.

Спустился с крыльца, откинул чуть влажное полотнище входа палатки, оставив его открытым. Не раздеваясь, прилег на раскладушку. В проеме входа виднелся уголок по-южному темного неба, как кусок сине-черного бархата с ярко светящимися дырочками — звездами.

Попытался дать голове отдохнуть, ни о чем не думая. Не получилось. Все равно теснились мысли: «Надо было давно разведать все дороги на восток. А то теперь гадай: пройдут ли машины по выбранному маршруту? Недаром говорят: хорошо было на бумаге, да забыли про овраги».

Через некоторое время пришел Сорочан.

— Комсорг батальона Микулович, — сказал комиссар, — беседовал со многими понтонерами и пришел к выводу: паника охватила плохо знающих русский язык. Не поняли, что делать надо.

— Я примерно тоже так думаю. Недаром никак не могу отделаться от чувства и своей вины в случившемся.

— Это ты зря. Зачем просил зайти?

— Пойдем в штаб. Обстановка сложная. На карте кое-что покажу. Нам надо переходить на Южный Буг, а дороги могут быть перерезаны немцами.

В штабе над развернутой картой Сорочан задумался:

— На марше, может, и бой принять придется. К этому надо людей готовить. Собирать совещаний не стану. Обойду подразделения сам. а в лес съездить — дай машину.

Корнев показал комиссару маршруты и схемы колонн:

— С головной колонной поеду сам, со средней — штаб и ты. Замыкать будет зампотех Копачовец. А вот с технической ротой, которая выйдет отдельно раньше всех, направим старшего политрука Спицина и для подготовки хозяйственных дел старшину Тюрина.

— Все так, только мы с тобой местами поменяемся. Тебе положено быть в центре.

— Хорошо. Будь по-твоему.

Вошел командир взвода управления лейтенант Донец:

— Разрешите, товарищ капитан? — В руке дощечка. Один конец заострен, посредине краской проведены две наклонные черты. — Хочу такие указатели на поворотах выставить.

— Добро, введем в батальоне такие указки, — сказал капитан. — Но где взять для них дощечек?

— У сельпо была куча ящиков, разобрали их и заготовили этих стрелок сотен пять.

— Ну что ж, вот вам задача. Смотрите на карту, на ней нанесен маршрут, основной и запасный. Техническую роту подниму на марш в два часа. Вышлите вперед разведчиков и обозначьте маршрут указками.

Корневу и Сорочану понравилась инициатива лейтенанта Донца. Комбат решил при случае поставить его в пример остальным командирам.

Пришел вызванный по телефону командир технической роты. Не дав доложить о прибытии, капитан сказал:

— Вовремя пришли. Сержант Сивов! Выдайте старшему лейтенанту карту.

Затем показал маршрут и объяснил, какими указками он будет обозначен. В конце отметил, где должна сосредоточиться рота, спросил:

— Готовы к такому переходу?

— Готовы! Только как быть с лесопильной рамой? У меня пятитонной машины нет. На прицепе рама не дойдет: чугунные колеса отвалятся.

— Оставьте для буксировки катера трактор, а раму погрузите на катерный тягач.

Командир технической роты аккуратно сложил карту.

— Разрешите узнать: когда ожидать батальон на новом месте?

— Точно сам не знаю. До нашего прибытия организуйте сбор местных плавсредств: баркасов, барж, лодок. Даже деревянные винные бочки пойдут. Места здесь виноградарские — бочки должны быть. Разведайте, где какой есть лес. Нам поставлена задача: переправы навести только из подручных средств.

Опять зазуммерил телефон. Трубку взял Сорочан:

— Слушаю. Да, я… Кто? Полковник? Начальник штаба дивизии? А беженцев много? — И, обращаясь к комбату, сказал: — Там на мосту комендантскую службу отстранил начальник штаба переправляющейся дивизии. Выставил свою. Скопившиеся подводы беженцев оттеснил от моста на край села.

— Передай, скоро сам прибуду. Разберусь.

— Хорошо, ты — на мост, а я — по ротам. — И в телефон: — Капитан сам скоро будет. Пусть пока полковник хозяйничает.

По мосту на предельно сокращенных дистанциях шли машины и тягачи с пушками. Временами — плотным строем — роты и взводы. Командиры поторапливали:

— Не отставать!

Едва, по привычке к строю, бойцы начинали бежать в ногу, мост сразу раскачивался из стороны в сторону. Понтонеры тогда прикрикивали:

— Смешать ногу!

Чтобы не тормозить движение по мосту, Корнев переправился на легковом катере, сразу нашел хозяйничающего полковника, представился:

— Командир понтонного батальона капитан Корнев.

— Ругаться, капитан, пришел? Не советую. Твои тут все в бумажку смотрят, а я и без бумажки свою дивизию пропущу как надо.

— Это же хорошо! Надо бы, чтобы и остальные части представитель корпуса пропускал.

— Так и будет. За нами идет корпусной артполк, скоро подъедет командир корпуса, с ним инженер, и порядок будет обеспечен.

— Товарищ полковник, вы совсем оттерли обозы беженцев. Там старики и дети. Что с ними делать — не знаю.

— Война, капитан. Командир дивизии с одним полком уже рубеж обороны занимает, надо скорее остальные части к нему выдвигать.

— Если не секрет, какой рубеж? Мне надо сориентироваться в обстановке.

— Приедет генерал — у него и узнавай. Я не уполномочен тебя в курс дела вводить.

Корнев нахмурился.

— Не обижайся. Сам точно не знаю, где займем оборону. Намечали сорок километров отсюда к северо-востоку. — Взял капитана под руку, подвел к своей машине. Обращаясь к кому-то, сидящему в размалеванной в разные цвета эмке, крикнул: — Карту!

Из машины выскочил молоденький лейтенант, подал планшет с картой. Подсвечивая карманным фонариком, полковник показал намеченный для дивизии рубеж обороны:

— Левее уровцы должны занять оборону фронтом на север. Они отходят с реки выше по течению. Вот все, что сам знаю.

Разглядывая карту, Корнев нашел станцию, куда уехал зампотех. Она оказалась хотя и близко от показанного рубежа, но все-таки еще в тылу. С надеждой подумал: «Значит, должен успеть вернуться».

— Если задержите немцев здесь на сутки, все части корпуса переправлю и парк с реки успею снять.