Чтение онлайн

Приветливый взгляд голубо-серых глаз обращается ко мне. Меня с интересом разглядывают, а мне кажется, что я сейчас нахожусь в витрине в качестве товара, который оценивает покупатель.

– Рокотов, ты меня зачем сюда привёл? – дёргаю парня за руку, которая меня так и не отпускает.

У девушки дёргаются брови, и она с насмешкой смотрит теперь на безмятежного «короля».

– Неужели ты начал общаться с нормальными девушками? – ироничным тоном обращается к нему, а мне вдруг подмигивает. – Меня зовут Дарина, – представляется, когда понимает, что никто не собирается этого делать. – Я давняя знакомая вот это мажора.

Этот мажор закатывает глаза, расплываясь тем не менее в широкой улыбке.

– Очень приятно, – протягиваю ей свободную руку. – Доминика, можно просто Ника.

– Как-как? – вдруг раздаётся удивлённое сбоку.

Повернувшись к нему лицом, с прищуром разглядываю вытянувшуюся физиономию, с которого слетает самодовольное выражение. Он теряет контроль, и я пользуюсь заминкой, выдёргивая свою ладонь из капкана сильных пальцев. Складываю руки на груди и добавляю своему взгляду выразительности.

– Ты даже не знаешь, кого ко мне привёл? – фыркает Дарина и повторяет мой жест. Теперь мы вдвоём сверлим незадачливого «короля», который не такой уж сейчас и король.

– Я думал, ты Вероника, – невразумительно оправдывается.

– Индюк тоже думал, – с намёком произношу.

– В суп попал, – подхватывает девушка, переглядывается со мной, и мы даём друг другу звонкую пятюню. – Ваня-Ваня, и давно ты стал таким… лохом?

– Что сразу обзываться?

– Ты выданные тебе документы вообще не читал? – спрашиваю я, снова сложив руки под грудью. – Там чётко написаны все имена участников, адрес жительства, контакты для связи и даже возраст.

– И как ты на него повелась такая умная? – тянет Дарина, посматривая на меня заинтересованным взглядом.

– А я не повелась, – равнодушно отвечаю, пожимая плечами. – Мы всего лишь работаем в одной команде над проектом.

– Но как же… – её взгляд красноречиво смотрит на свои руки.

– Это к нему вопросы, что он за самодеятельность устроил тут без каких-либо объяснений, – киваю на Рокотова, который уже вернул себе привычный вид короля жизни. – С начала не дал Дамиру меня отвезти до дома, заявив, что мы уже договорились с ним заранее, потом не довозит до дома, выгоняет из машины, хватает за руку и приводит сюда. А я есть хочу, и у меня через полтора часа занятие с ребёнком.

– Какой негодяй, – с хитрой улыбкой тянет та, а потом будто опомнившись. – У тебя есть ребёнок?

– Я репетитор, – поясняю, хотя меня так и подмывает пошутить, что я многодетная мать.

– Ванька, ты долго будешь столь замечательную девушку голодной держать? – упирает руки в бока, глядя на довольного не пойми чем Рокотова. Он оглядывает нас по очереди, будто рад, что мы с его давней знакомой быстро находим общий язык, и его не смущает, что объединяемся мы против него. – Если так тупит, то значит, ты ему очень нравишься, – заявляет заговорщическим тоном Дарина. – Что будешь? У нас есть обалденный салат с двумя видами солёной рыбы, просто пальчики оближешь.

– Давай салат и американо с классическим круассаном, – обращаю своё внимание на витрину, призывно светящуюся.

– Может лучше с форелью? – предлагает тут же бариста другой вариант.

– Не слишком много солёной рыбы за один раз? – со скепсисом в голосе спрашиваю я.

– Нормально. Тебе понравится, ты ещё за добавкой придёшь.

– Уговорила.

Не дожидаясь Рокотова, прохожу к столику недалеко от барной стойки и занимаю его лицом к ней, чтобы можно было общаться с Дариной без проблем и затекания шеи.

– Действительно вкусно, – съев всё подчистую, удивлённо произношу, так как не замечаю с какой скоростью исчезает еда. – И почему я сюда раньше не заходила?

– У нас нет ничего привлекающего внимание, а вывеска вообще блёклая, незаметная, – отвечает девушка. – Всё не могу хозяину доказать необходимость потратить деньги на ремонт.

– Что же это за бизнесмен, если не понимает таких элементарных вещей?

– Хреновый.

Через некоторое время прощаюсь с Дариной, пообещав заглянуть с подругой сюда ещё раз. Снег больше не идёт, но ледяной ветер по-прежнему дует.

– Оригинальное у тебя, конечно, предложение поужинать, – хмыкаю я, когда мы выезжаем с парковки.

– Ты мне столько раз отказывала, что ещё мне оставалось делать?

– За сообразительность и наглость пять, а за поведение два, – разморённая хорошей и вкусной едой, я даже не злюсь на него. Но для проформы надо немного поделать недовольный вид, чтобы не расслаблялся. Хотя, судя по довольной физиономии Рокотова, у меня выходит из рук вон плохо. Жаль.

– Ника, что у вас с Ванечкой? – спрашивает в перерыве перед информатикой Лиля.

Окружает нас в коридоре вместе со своей свитой и с интересом меня разглядывает. Она учится на курс старше на международном менеджменте, если мне не изменяет память, и, к сожалению, дружит с моей двоюродной сестрой. Той самой. Раньше не удавалось понять, как они начали так тесно общаться, зато, когда открылось истинное лицо Оксаны, всё встало на свои места.

– То, что тебя не касается, – строю ей милые глазки, с удовольствием наблюдая за сменой эмоций на наштукатуренном лице. Переглядывается со своими приятельницами, если их можно так назвать.

– Ника-Ника, – деланно сокрушённо качает головой, выдавливая из себя дружелюбную улыбку, которая больше походит на разъярённый оскал. – Я понимаю причину твоих колючек и пропущу мимо ушей грубость…

– Какая щедрость, – язвлю я. – Спасибо вам, матушка, за благосклонность.

Накаченные губы сжимаются в тонкую нить, выдавая истинные эмоции девушки, которая по какой-то неведомой причине сейчас строит из себя доброго самаритянина.

– Я всего лишь хочу предостеречь тебя от боли и уберечь твоё сердце, – продолжает она ломать комедию, то есть мелодраму. – Ванечка не тот человек, с которым можно построить серьёзные отношения. Он ещё совсем молодой, ему надо нагуляться, а ты у нас девочка добрая, нежная, доверчивая, ранимая…

– Батюшки! Сколько комплиментов, – всплеснув руками, толкаю подругу в бок. – Ева, ты запомнила какая я?

– Чего запоминать-то? – она закатывает глаза. – Я и так всё это знаю про тебя и даже больше.

Лиля начинает терять терпение, а как следствие и контроль за маской «добродушной тётушки».

– Ника, не связывайся с ним. Я серьёзно, – добавляет, видя наши с Евой улыбки. – Ты ему не подходишь.

– Ты ему что-ль подходишь? – фыркает Вьюнкова.

– Ну так вперёд и с песней, – указываю ей нужное направление. – Без тебя решу, что, как, с кем, зачем и почему мне делать. Ты лучше подруженьке своей расчудесной помогай с организацией свадьбы и удержанием рядом с ней такого же чудесного жениха, как она сама. Вот кто точно уж друг другу подходит.