Чтение онлайн

– Хватит, - только когда отец несколько раз несильно, но вполне ощутимо встряхнул меня, одним рывком подняв с колен, я смогла хоть немного прийти в себя.
– Собирайся, и поехали домой. Прекрати это сумасшествие.

– Я не могу,...Тимур...я не могу вот так сбежать...

– А я тебе переезжать обратно и не предлагаю,...хотя это было бы самое разумное решение. Но сейчас нам просто нужно поговорить. Всей семьёй.

Конечно, вся наша родня на этом семейном совете не собралась. Не было ни одного моего брата, ни дяди Игоря. Только я, отец и мама. И сейчас я была этому безмерно рада. Давления со стороны всех своих родственником я бы точно не выдержала. А так психовал только папа. И то, в присутствии мамы он хоть как-то старался держать себя в руках. Ходил из угла в угол, выкуривал одну сигарету за другой и тихо матерился сквозь сжатые зубы.

– Ты можешь сесть? Голова уже кружится, - мама тоже пребывала не в лучшем расположении духа, хотя и старалась этого не показывать. Вертела в руках разломанную сушку, иногда подливала воды себе в стакан и практически не поднимала на меня взгляд. По-моему, она пыталась отыграться на отце, который так и продолжал измерять комнату нервными шагами.
– Костя, да успокойся ты, наконец! Сядь за стол и прекрати курить!

Чертыхнувшись, папа смял пачку сигарет и выкинул её в урну. Значительно сложнее ему удалось унять собственные нервы. Было видно, что он еле заставил себя сесть с нами за один стол. В итоге после затяжного молчания (никто не решался первым начать разговор), он открыл бутылку водки, налил жидкость в рюмку и залпом её осушил.

– Ну, может, кто-нибудь уже что-нибудь скажет? Нет, я, конечно, мог бы и сам, но боюсь, вам двоим это опять не понравится.

– Пап, - с большим трудом, но я смогла хоть как-то взять себя в руки. Удалось даже поднять вполне спокойный взгляд на отца. В конце концов, я начала понимать, что это не зал суда, а я не обвиняемая.
– Как ты вообще узнал о ребёнке?

– Нет, ну ты слышала?
– отец издевательски усмехнулся, покосившись на маму.
– И это всё, что её в данный момент волнует?

– Нет не всё. Но мне бы очень хотелось знать, откуда такая осведомлённость? Всё это время...ты следил за мной да? А говорил, что у меня теперь началась самостоятельная жизнь...

– Замолчи!
– когда он стукнул кулаком по столу, даже мама вздрогнула, а я просто забыла, как надо дышать. Правда, через пару секунду вновь заставила себя успокоиться.
– Слышать больше ничего не хочу об этой самостоятельной жизни. Не знаю, где были мои мозги, когда я вообще позволил тебе затеять эту хрень. Посмотри, чем в итоге всё закончилось?

– А чем всё закончилось? Я не понимаю, какая катастрофа произошла?

– Нет, ты слышала? Ксан, ты вообще слышишь, что она сейчас говорит? Какая катастрофа? Да ты...

– Так, - не знаю, что именно хотел сказать отец (предполагаю, что ничего нового бы я не услышала), но в разговор, наконец, вмешалась мама.
– Прекратите оба. Мы, кажется, договорились, что постараемся разговаривать спокойно, без эмоций. Сейчас только очередного скандала не хватало. В сложившейся ситуации нам всем необходимо научиться, хотя бы банально слышать друг друга. Рит, папа сказал мне, что ты собираешься оставить ребёнка? Это так?

– Да. Мы с Тимуром решили, что так будет правильней.

– Нет, ты слышала да? Они уже всё решили. А наше мнение просто до фонаря.

Папа не унимался, но и мама, похоже, сегодня тоже была настроена решительно.

– Костя, замолчи. Я прошу тебя, хотя бы пять минут посиди спокойно, - отец, похоже, собирался что-то возразить, но убийственный взгляд жены видимо хоть немного, но утихомирил его. Если честно, я была удивленна. Всё-таки обычно, мама никогда особо своего мнения не высказывает. Только соглашается во всём с отцом. Но сегодня видно был другой случай.
– Рит,...а как вы дальше собираетесь жить? Ты планируешь учиться?

– Конечно. Я обязательно закончу институт. Ну, разумеется, придётся сначала взять академический отпуск, но как только родится ребёнок, я сразу восстановлюсь.

После этих слов папу просто пробила волна смеха. Какого-то истерического и явно издевательского.

– Боже мой,...вот девятнадцать лет скоро стукнет, пузо уже вот-вот на лоб полезет, а мозгов ни на грамм. Восстановится она. Ну, конечно. На второй день после родов сразу в институт. А ребёнка куда? Бабушке с дедушкой?

– Почему бабушке с дедушкой? Мы в ясли отдадим.

По-моему, папа сматерился. Только очень тихо и сквозь застывшую на губах презрительную усмешку.

– Ксюшенька, родная моя, я прошу тебя, скажи сейчас сама что-нибудь своей дочери или я просто не сдержусь.

Бросив на отца упрекающий взгляд, мама взглянула на меня... и я не сразу поняла, почему в её глазах появилось столько грусти и боли.

– Грудного малыша никто в ясли не возьмёт. Минимальный возраст - хотя бы девять месяцев и то, обычно берут не раньше полутора года. А до этого времени, да и много позже с ребёнком должны быть рядом мама и папа, - и хотя всё было сказано очень мягко, и на этот раз даже отец воздержался от комментариев, я всё равно на несколько секунд впала в ступор. А ведь, правда,...кто будет сидеть с малышом?
– Дочка, а что родители Тимура? Вы с ними говорили на эту тему?

– Нет,...они пока ничего не знают.

– Мне это нравится, - усмехнувшись, отец ослабил узел галстука, налил в рюмку ещё водки и вновь осушил всё до последней капли, даже не поморщившись.
– Никто ничего не знает. Его родителям насрать. Эти двое вообще без мозгов и нихрена не соображают. Одни мы должны рвать на себе волосы и думать, что же делать. Круто. У меня ведь других забот вообще нет. И у тебя Ксан тоже. Ритка ведь у нас единственный ребёнок. Всё внимание должно быть только ей. Слушай, а может мне Шахновскому позвонить? Вот это будет номер. Мы же породнимся скоро. Пора решать, кто будет подгузники менять, распределить график прогулок с ребёнком и вообще, надо уже и об имени думать.

– Кость, - несколько секунд мама молча, как-то безразлично глядела в усмехающееся лицо отца, но зато от её последующих слов, даже у меня чуть челюсть не выпала.
– Пошёл вон.

– Чего?

Отец так и замер с поднесённой к губам рюмкой.

– Я говорю, выйди из комнаты и закрой за собой дверь. У тебя нормально разговаривать не получается.

– За-ши-бись, - проговорил по слогам, медленно поднявшись со стула.
– То есть я, как всегда остался крайним? Хорошо. Просто замечательно! Тогда сама во всём разбирайся. А я пойду, прогуляюсь.

– Вот и замечательно, заодно мозги проветришь.

– О да, - усмехнувшись, отец вышел из комнаты, бросив мне напоследок.
– Слава богу, что в отличие от некоторых, мне есть что проветривать.

После того, как в коридоре захлопнулась дверь, ещё несколько минут в комнате висела напрягающая тишина. Я не знала, что сказать. Да и мама...тоже пребывала в растерянности, хотя в итоге, она всё-таки начала разговор первой.

– Рит, почему ты сразу мне ничего не сказала?

– Потому что об этом бы тут же узнал отец. А я не хотела, чтобы началось то,...что собственно итак началось.