Чтение онлайн

– Когда речь шла обо мне, ты не очень-то интересовался моим мнением, – вот теперь Милтон подобрался и метнул в своего собеседника неприязненный взгляд.

– У меня не было на это времени, если ты помнишь... – насмешливо ответил Ливейский.

Магистр отвел глаза. Помнит, разумеется... еще бы не помнить.

– Ты передумал? – спросил Эдвард спустя несколько минут молчания.

– Нет.

– Почему тогда не выставил ее вон?

– Она заявила, что меня ненавидит, – невесело хмыкнул дракон.

– И? – блондин в недоумении развел руками, а спустя мгновение искра понимания мелькнула в глубине его серых глаз: А-а-а.. О-о-о! Ну что ж, это меняет дело... Поздравляю!

– Совершенно не с чем, – бесцветно отозвался Гилард, – я предпочел бы другую кандидатуру.. Какую угодно, но другую.

– Добро пожаловать в клуб! – ехидно отозвался Милтон и только ухмыльнулся недобро, увидев, как полыхнул недовольством драконий взгляд. – У судьбы весьма странное чувство юмора, не находишь?

В кабинете повисло тягостное молчание.

– И что теперь собираешься делать? – спросил наконец магистр.

– А какие у меня варианты? – пожал плечами ректор, – Присматриваться и пытаться смириться с подобным раскладом.

– Ну что ж... – мрачно произнес Эдвард, глядя в сторону, – надеюсь, в этом ты будешь успешнее меня.

– Значит, ты драконья невеста, – подвела итог моему рассказу Марша.

Мы с ней и Берни сидели на крыше лабораторного корпуса, приходили в себя после всех треволнений и жевали бутерброды, захваченные нами из столовой.

– Ага, – ответила грустно.

– Слушай, может, это и не так страшно, – продолжила свою мысль подруга, – дагон Ливейский вроде бы ничего такой.. на мордочку-то.

От этого «на мордочку» мне стало так смешно, что я глупо хихикнула и тут же стукнула огневика меж лопаток: он в очередной раз умудрился подавиться бутербродом.

– Марша, ты как что скажешь! Ты видела этих жен драконьих? Только что лужей перед своими ящерами не растекаются... фу просто!

– Ну, может господа драконы так хороши в семейной жизни, что другого потом и не захочешь? – продолжала философствовать водница.

– Ты вообще за кого? – возмутилась я.

– Я за здравый смысл, – изрекла эта, простите, Создатели, «подруга», и тут же поправилась: – и за тебя, конечно.

– Терпеть не могу этих древних таинственных хрычей, – пожаловалась я. – Сначала он сказал, что от меня не в восторге и собрался отчислить, потом услышал, что я его ненавижу и резко передумал.

– Может, понял, что ничего у него не выйдет, раз ты так категорично настроена? – предположил Берни.

– Хорошо, если так, только что-то я в этом сомневаюсь. Про отмену помолвки он так ничего и не сказал. Как прикажешь понимать? Или это такой новый вид воспитательного процесса по-драконьи: «если будешь плохо учиться, то я на тебе женюсь» ? Жуть... тогда я точно стану отличницей.

– Что будешь дальше делать? – полюбопытствовала Марша.

– Держаться от него подальше, – ответила я, чуть подумав, – и еще займусь тем, чем стоило озадачиться с самого начала: буду искать подробную информацию о драконах.

– Внимание! Внимание! – раздался громкий звуковой сигнал, заставивший нас втроем вздрогнуть, – студентам пятого курса факультетов огня и земли вместе с кураторами срочно подойти к рамке перехода! Повторяю...

И все это могло означать только одно.

– Прорыв! – озвучил общую мысль Берни, – Где-то снова жахнуло!

Если дракон начинает нарезать вокруг вас круги, значит, он хочет вас сожрать.

Прорывы у нас в Аларии не редкость. Считается, что это расплата за владение магией: чем больше магии применяется в мире, тем неравномернее распределяется напряженность магического поля, и в какой-то момент возникает сбой – неконтролируемый выброс сырой магической энергии. Выглядит это страшно: как землетрясение в отдельно взятой точке, сход лавины в горах, внезапный ураган, неожиданный потоп – все зависит от того, какие стихии принимают в нем участие.

Сложность в том, что заранее предугадать, где прорыв произойдет, практически невозможно. Чувствовать его приближение удается только драконам, да и то не всегда. Теоретически выбросы могут произойти где угодно, хоть на главной дворцовой площади. Поэтому на всех заселенных территориях обязательно присутствуют дежурные боевики. Туда, где выбросы происходят чаще всего, драконы проложили пространственные переходы, и команды быстрого реагирования имеют возможность прибыть на место в кратчайшие сроки.

По счастью, большинство прорывов не особо сильны: балла два-три из десяти. Именно на таких случаях «натаскивают» старшекурсников нашей академии.

Но бывает и иначе. Например лет пятнадцать назад в Лиерре, втором по величине городе нашей страны после Рейсталя, произошел мощный выброс земляной и водной стихий: окраину города тряхануло, возникла огромная расщелина. Проходящая через город река Эйна вышла из берегов, превратилась в огромную стоячую волну и, как обезумевшая, смыла часть города в образовавшуюся пропасть. Жертв тогда было огромное количество и среди простых горожан, и среди явившихся на помощь боевиков, ценой невероятных усилий которых и был сдержан этот ужасный прорыв.

Ничего удивительного, что все происходящее взволновало нас настолько, что даже я, позабыв о своих злоключениях, с тревогой следила за тем, как на полигон постепенно, один за другим, выходят парни и девушки в красных и темно-коричневых костюмах. Кто-то шел уверенно, кто-то с предвкушением разминался, большинство же выглядели несколько растерянными.

На дальнем полигоне в это время тренировались воздушники во главе с магистром Хоксли. Она, надо отдать ей должное, сразу поспешила на помощь студентам и организовала процесс.

– Встаете сюда в две шеренги, огневики справа от меня, маги земли слева. Ждете своих кураторов.

Рамка портала располагалась сбоку от полигонов, под куполообразным воздушным щитом. Расстояние от нас было приличное, и слышно поэтому было плохо.

– Если подойти поближе к краю крыши, я смогу слегка подтолкнуть к нам звуковую волну, – сказала я приятелям, – только придется лечь, иначе нас могут заметить.

Сказано-сделано, мы подобрались поближе к краю и залегли на свой наблюдательный пункт.